Обстоятельства, при которых, согласно семейной легенде, была зачата средняя — самая красивая и самая несчастная внучка Эрнеста Хемингуэя, — обещали ей жизнь, полную крутых виражей и беспокойства: Марго назвали в честь французского вина Château Margaux, бутылку которого ее родители, Джек Хемингуэй и Бира Луиз, распили прямо в процессе ее зачатия.

Так и случилось. Задумывая Марго, Вселенная будто выкрутила контрастность до предела: каноническая красавица-блондинка ростом под метр восемьдесят, ставшая олицетворением эпохи дискотечных блесток и тотальной победы гламура, была воспитана знаменитым дедушкой в брутальных декорациях семейной фермы в Кетчуме, штат Айдахо, и, по воспоминаниям друзей, 

была донельзя проста в общении, не стеснялась хриплым басом обсуждать вслух самые стыдливые темы, обладала тяжелым характером и рукой. Рассказывают, что однажды она поколотила Франсуазу Саган, когда та посмела в ее присутствии назвать Хемингуэя третьесортным писателем, — после инцидента французская романистка навсегда взяла свои слова назад. Впрочем, сама Марго познакомилась с творчеством деда совсем незадолго до своей трагической гибели: тяжелая форма дислексии не позволяла ей наслаждаться литературой. Невероятная харизма досталась ей по наследству пополам с непреодолимой тягой к саморазрушению: хроническая депрессия, алкогольная и наркотическая зависимости — записи в медицинской карте Марго словно под копирку дублируют все диагнозы самого Хемингуэя. К тому же с детства ее мучили жесточайшие приступы эпилепсии: впоследствии Марго стала вести широкую общественную деятельность, направленную на борьбу с предрассудками в отношении эпилептиков.


 Сан-Велли, Калифорния, США, 1974                                                  Фото: Рене Бурри

Кадр из в фильма "Губная помада", 1976

|

Oднажды Марго поколотила Франсуазу Саган, когда та посмела в ее присутствии назвать Хэмингуэя третьесортным писателем: после инциндента французская романистка навсегда взяла свои слова назад. 

|

Но Марго обладала главным женским козырем: безупречной внешностью классической американской красавицы, спортивной, пышущей здоровьем и настолько обжигающе привлекательной, что, по словам ближайшего друга и ментора Закари Селига, ей было под силу наполнить светом и чувственностью любое пространство, в котором она появлялась. В 16 лет Марго начала подрабатывать моделью. В 19, будучи сотрудницей небольшого пиар-агентства в Кетчуме, Марго отправляется на деловые переговоры в Нью-Йорк и домой уже не возвращается: в холле отеля, где она ожидала начала встречи, Хемингуэй встречает Эррола Ветсона, наследника сети закусочных, который был старше Марго на 14 лет, мгновенно влюбляется, выходит за него замуж и переезжает в квартиру Ветсона на Манхэттене. Муж становится ее личным менеджером и Пигмалионом: «Я была простушкой в стоптанных казаках и с провинциальным акцентом, Эррол взялся лепить из меня диву: рассказывал, что мне следует есть, пить, как одеваться и краситься, с кем общаться и куда ходить», — вспоминает Хемингуэй в одном из интервью. Через год Марго появляется на обложках всех важных глянцевых журналов: Vogue, Elle, Cosmopolitan, Harper’s Bazaar — а подписав контракт с косметическим концерном Faberge на рекламу аромата Babe, официально становится первой супермоделью в истории моды, получившей баснословный — $1 млн! — гонорар. Еженедельник Time помещает Марго на обложку и называет ее лицом поколения и «самой желанной моделью Америки». Заваленная выгодными предложениями, она проводит дни под вспышками фотокамер, а ночью делит танцпол с Миком Джаггером и Лайзой Минелли в «Студии 54», не забывая, впрочем, в многочисленных беседах с журналистами кокетливо удивляться тому, «чего это такого все в ней нашли».



Свадьба Марго Хэмингуэй и Эрролла Уэтсона, Париж, !975

Обложка журнала Time, 1975

Сан-Велли, Калифорния, США, 1974                          Фото: Рене Бурри

|

Марго официально становится первой супермоделью в истории моды, получившей баснословный - один миллион долларов! - гонорар.

|

В 1976 году Марго дебютирует в качестве актрисы в несколько обескураживающем триллере «Губная помада», посвященном проблемам объективизации женщины в мире моды. Прорыва не случилось, с ролью Марго справляется из рук вон плохо: критики называют ее игру деревянной и не заслуживающей внимания, куда больше их интригуют актерские способности ее младшей сестры Мэриел, также впервые появившейся на экране в этом фильме. Марго, и до этого довольно сильно злоупотребляющая всеми видами алкоголя и наркотиков, погружается в пучину тяжелейшей депрессии и теряет самоконтроль. Отношения с Ветсоном изживают себя, она влюбляется в венесуэльского кинорежиссера Бернарда «Барона» Фучера, разводится с первым мужем и выходит замуж во второй раз. Пара переезжает в Париж на целый год. Марго начинает работу над проектом, посвященным памяти ее деда, и даже отправляется на Кубу, чтобы встретиться с его соратниками, но довести задуманное до конца у нее не получается. Из-за нездорового образа жизни ее внешность начинает меняться. Она теряет контракты один за другим, но продолжает сниматься в кино, а сообщество критиков и публика продолжают подвергать обструкции каждую из ее ролей. «Я напивалась до полного беспамятства, а приходя в себя, все время думала о том, каким способом себя убить», — признается Марго в документальном фильме Running from Crazy, в котором сестры Хемингуэй откровенно рассказывают о своих проблемах с алкоголем и наркотиками.


Обложки Vogue 1975-1976

Кадры из фильма "Губная помада", 1976

Второй брак тоже рушится, Фучер и Хемингуэй разводятся в 1987-м. Чтобы забыться, Марго отправляется кататься на горных лыжах в Австрию и ломает ногу. За время реабилитации она набирает почти 30 кг, и булимия, от которой она страдала в юности, снова дает о себе знать. Семья насильно отправляет ее на лечение в Центр Бетти Форд в Калифорнии, откуда Марго возвращается в Нью-Йорк здоровой и полной сил. Она увлекается йогой и живописью, начинает брать уроки вокала и ходить на кулинарные курсы, вести активную общественную деятельность. Марго проводит несколько счастливых лет в союзе с бизнесменом Стюартом Сундулином, с которым она познакомилась на свидании вслепую, устроенном общими друзьями. В 1993-м она сближается с группой хиропрактиков, обещающих ей чудесное излечение от дислексии и всех остальных недугов. Под их влиянием Марго отправляется в путешествие по Индии, но возвращается оттуда вновь сломленной. «Надо честно признать, что в яростной борьбе со всеми своими пороками Марго проиграла», — заявит ее отец. Первого июля 1996 года, за день до 35-летия с момента самоубийства Эрнеста Хемингуэя, Марго осуществляет свои многочисленные угрозы покончить с собой и выпивает смертельную дозу снотворного. Ее похоронили рядом с дедом на семейном кладбище в Кетчуме. Друг и коллега Хемингуэя, американский журналист Дин Барт Петитклерк, хорошо знавший и внучку писателя, в прощальной речи на ее похоронах сказал: «Мы никогда не сходились во взглядах на феномен реинкарнации: Марго никогда не верила в переселение душ. Но я уверен, что где-то в африканских прериях бродит гепард с глазами и сердцем Марго».


Кадр из фильма "Губная помада", 1976

{"width":120,"columns":10,"padding":0,"line":40}