Inhabited Painting, 1975

«В фильме Вуди Аллена "Пурпурная роза Каира" есть момент, когда один из персонажей буквально сходит с экрана кинотеатра и спускается в зрительный зал. "Это же абсолютная метафора моего творчества", — подумала я». Это фраза, произнесенная португальской художницей Еленой Альмейдой в одном из интервью, и в самом деле емко характеризует ее арт-деятельность. Ее работы трудно поддаются четкой идентификации, их невозможно отнести к какому-то определенному виду искусства: Альмейда творит на стыке живописи, графики и фотографии, и ключевой тематикой ее произведений всегда являются эксперименты с границами художественного полотна. Больше всего на свете Альмейду интересует вопрос, где кончается искусство и начинается реальная жизнь.

Study for Inner Improvement, 1977

Inside me, 1979

Об Альмейде всерьез заговорили в середине 60-х. К тому времени она уже успела закончить лиссабонскую академию искусств, выйти замуж за португальского архитектора и скульптора Артура Роса, родить дочь и переехать в Париж. Как и для большинства ее коллег по арт-сцене, отправной точкой для творческого вдохновения Альмейды стал неоконкретизм, авангардное направление в бразильском искусстве середины прошлого века. Художники-неоконкретисты во главе с Элио Ойтисикой и Лигией Кларк стремились интегрировать искусство в повседневную жизнь и много внимания уделяли изучению цвета и пространства. Альмейда пошла еще дальше и подключила к творческому процессу зрителя. Ее работы имеют вполне привычный двухмерный облик: обычно это фотографии или коллажи с живописными элементами, в основе которых все равно фотография. Но благодаря новаторскому художественному подходу Альмейде удается создать полную иллюзию трехмерной реальности. 


Inhabited Canvas,1977

To seduce, 2000; Listen To Me, 1979

Ярким примером типичной для Альмейды творческой техники служит серия работ Inhabited Drawing (1977). На первом снимке снятая крупным планом рука Елены авторучкой проводит на бумаге черту, но с каждым последующим кадром становится ясно: это вовсе не нарисованная линия, а конский волос, умело притворяющийся ею. Взаимодействуя с ним, вытягивая его во все стороны, Альмейда заставляет зрителя думать, что рисунок выходит за рамки двухмерного пространства.

В 70-х Альмейда вообще часто обращается к исследованию мира предметного инструментария, с помощью которого художник творит искусство. Полноправными участниками ее проектов становятся полотно, рамы, краски и кисти: виртуозно смешивая техники и художественные приемы, Альмейда создает у зрителя ощущение полной включенности в процесс создания своих работ. Ей буквально удается стереть границы пространства, разделяющие художника и созерцателя.


Inhabited Drawing, 1977

|

Альмейда творит на стыке живописи, графики и фотографии, и ключевой тематикой ее произведений всегда являются эксперименты с границами художественного полотна. Больше всего на свете Альмейду интересует вопрос, где кончается искусство и начинается реальная жизнь.

|

Как правило, Альмейде узки рамки одного объекта: почти все ее работы — это серии или циклы. «Мне важно рассказать историю», — утверждает сама художница. Ее истории, рассказанные визуальными образами, порой куда более доходчивы, чем те, что излагаются с помощью слов. Так, серия Inhabited Painting (1975) представляет собой массив фотографий самой Альмейды, которая стоит на фоне зеркальной стены и будто закрашивает свою фигуру широкими мазками синей краски. Фоторассказ, созданный в контексте активного феминистического движения 70-х, складывается в ладный и стройный нарратив о женщине-творце, жаждущей самоопределения.


Study for Inner
Imrovement, 1977

Слева: Inhabited Painting, 1975
Внизу: Study for Inner Improvement, 1977

Имя Альмейды в целом часто связывают с феминизмом и, вопреки ее собственным протестам, называют главной антагонисткой Ива Кляйна. Все благодаря проекту под названием Study for Inner Improvement (1977), который служит логическим продолжением Inhabited Painting. Центральным элементом этого произведения также является ярко-синий цвет — почти такого же оттенка, что и фирменный International Klein Blue, который французский художник запатентовал в 1960 году. Альмейда просто накладывает синюю краску поверх своих черно-белых фотопортретов авторства мужа, архитектора Артура Росы, изображая процесс ее поедания или, напротив, выплевывания. И снова у нее получается очень яркое, доходчивое и логичное визуальное повествование о мужском доминировании в искусстве и в жизни: ведь, если вспомнить, художественным инструментом для полотен Кляйна служили обнаженные женские тела.

Несмотря на немыслимую продуктивность, творческий конвейер Альмейды ни разу не давал сбоя: каждая из ее многочисленных работ является важным художественным высказыванием и подернута легкой дымкой тонкой и деликатной иронии. Художница дважды представляла Португалию на Венецианской биеннале — в 1982-м и 2005-м — и, невзирая на возраст (в этом году Альмейда отметила 80-летний юбилей), находится в отличной форме. В ближайшие два года запланировано сразу три персональных выставки художницы: в Порто, Париже и Сан-Паулу.

Study for Inner Improvement, 1977

{"width":120,"columns":10,"padding":0,"line":40}