МОДА• ТЕНДЕНЦИИ

Мальчик в девочке: гендерно

нейтральная мода

АВТОР: ИРА БЕЛАЯ

Судя по мужским показам сезона весна-лето 2016, в недалеком будущем нас ждет мода без каких-либо различий на мужскую и женскую. Самое время разобраться, откуда тренд берет начало, и почему гендерная нейтрализация происходит именно сейчас.

Comme des Garcons, осень-зима 2015/16

Бой Джордж в объективе Мишеля Комте, 1993 г.

Costume National, осень-зима 2015/16

Брайан Джонс для Rolling Stones,
70-е

назад Facebook предложил своим пользователям на выбор 58 опций половой принадлежности (сейчас их уже больше 70 для некоторых стран): от agender до two-spirit. А резиденты Австралии, которые физиологически не могут отнести себя ни к мужчинам, ни женщинам, теперь в праве получить паспорт, в котором будет стоять Х, то есть «ни то, ни другое». И пока ролевые модели поколения Z на своем примере доказывают, что пол может быть таким же реверсивным понятием, как, например, цвет волос, индустрия моды с охотой откликается на перемены.



Гендерная нейтральность как определяющее направление современной моды на последних мужских показах утвердилась окончательно. Последние 40 лет дали нам возможность убедиться: чтобы быть и чувствовать себя женственной, девушке не обязательно облачаться в традиционно «женские» вещи. Мужской же гардероб все это время будто оставался на периферии эволюции, за исключением незначительных колебаний вроде изменения ширины штанин или внедрения в него цветов помимо черного, серого и синего. Поэтому появившиеся в мужских коллекциях кружевные блузы с бантами, шифон пастельных оттенков и прочие вещи, всплывающие в коллективном бессознательном как строго феминные, вызвали среди публики чрезвычайное волнение. По всему ясно — тренд обозначился более чем четко.


Год

Эмансипация последних ста с лишним лет постепенно освобождала мужчин от необходимости поддерживать навязанные им социальные роли. 

1) Gucci, осень-зима 2015/16 2) Thom Browne, осень-зима 2015/16 3) Saint Laurent, осень-зима 2015/16 4) Damir Doma, осень-зима 2015/16 5) Walter Van Beirendonck, осень-зима 2015/16 6) Thomas Tait, осень-зима 2015/16
7) Saint Laurent, осень-зима 2015/16 8) Alexander Wang, осень-зима 2015/16

1) Gucci, осень-зима 2015/16 2) Thom Browne, осень-зима 2015/16 3) Saint Laurent, осень-зима 2015/16 4) Burberry Prorsum, осень-зима 2015/16 5) Edmund Ooi, осень-зима 2015/16 6) Issey Miyake, осень-зима 2015/16

Более-менее мужской гардероб пришел к тому виду, каким мы его знаем сегодня, примерно 200 лет назад, и с того момента границы его почти не двигались. Одновременное взаимопроникновение женского и мужского гардеробов наметилось только в 70-х годах прошлого века, когда идеология всеобъемлющей свободы способствовала нейтрализации закостенелых стереотипов и норм. Она же нашла выражение в андрогинности панк- и гранж-эстетик. Но все это происходило локально, в рамках молодежных субкультур, а в целом традиционное гендерное разделение мужской моды продолжало держать оборону. «Нам внушили, что очень важно быть "гендерно нормальным", то есть соответствовать установленным критериям, — говорит социолог Филипп Коэн. — Поэтому маркетологам было на руку превратить этот маркер в инструмент продаж, чтобы заставить вас купить тот или иной продукт: косметику, пластическую операцию или одежду”. Принципиальное отличие того, что происходит в моде в настоящее время, от более ранних похожих процессов в том, что сейчас мы видим изменения не только на маргинальном уровне, но и в общем социокультурном фоне. Когда в этой связи речь заходит об одежде, мы не имеем в виду ни смену пола, ни травести, ни даже андрогинность. Главный посыл звучит так: мужчина (равно как и женщина) имеет полное право выглядеть угодным ему образом и при этом ни в малейшей степени не терять своей мужской состоятельности.


1) Фото авторства Уильяма Эглстона, 1974 г. 2)  Шер и Грегг Оллман в объективе Нормана Сееффа, 1977 г. 3) Патти Смит и Роберт Мэпплторп в объективе Нормана Сееффа, 1969 г. 4) The Ramones в объективе Нормана Сееффа, 1977 г.

Эмансипация последних ста с лишним лет постепенно освобождала мужчин от необходимости поддерживать навязанные им социальные роли. Женщины, подрывая патриархальную модель общества, избавляли их от обязанности финансово обеспечивать семью, быть сильным и несокрушимым. Последние лет 10 сдвиги гендерных ролей становились все более очевидными, пока, наконец, не достигли апофеоза, результат которого мы наблюдаем здесь и сейчас. Возникает чувство, что общество эпохи постмодернизма вообще отрицает любого рода обобщения, чествуя индивидуальность буквально во всем — от выбора религии до распределения гендерного функционала в семье. Поэтому если мужчина чувствует себя отчаянным домохозяином и не желает фрустрировать от невозможности обнажить чувства и эмоции, и при этом женщина вполне готова занять освободившуюся позицию, то почему бы нет. Или если этот же мужчина, скажем, захочет надеть юбку и не получить от общества клеймо «гей».


1) Дэниел Блэйлок и Кристен МакМенами в объективе Стивена Мейзела, 1992 г. 2) Игги Поп в объективе Мишеля Комте, 1992 г.
3) "Сюзанн и Люц, белое платье, армейская юбка", Вольфганг Тильманс, 1993 г.

Обложки прогрессивных журналов о мужской моде

Тренд, который повсюду сейчас муссируется под заголовком «гендерная амбивалентность», — это такой ответ женской моде, идущей последние лет пять под знаменем постфеминизма и давшей слабому полу возможность отказаться от тугих платьев, каблуков от 9 см и выше и полного мейкапа с 7 утра как единственной гарантии выглядеть привлекательно. То, что происходит сейчас в мужской моде, ставит перед собой схожую задачу — стереть знак равенства между мужественностью и мачизмом как единственно правильной моделью поведения и представить новые мужские архетипы. «Женская мода по-прежнему на передовой в том, что касается новых фасонов или отделки, — говорит креативный директор форкастинг-агентства Trend Atelier Джеральдин Уорри. — Но именно мужская мода стала плацдармом для изменений глобальных концепций и фэшн-парадигм, меняющих предубеждения насчет мужества, визуализации тела и прочего». Внимательно изучив осенне-зимние коллекции, не стоит формулировать посыл как «мужчин переодели в юбки, ничего святого». Скорее наглядно показали, что ни юбка, ни рюши не девальвируют (а в некоторых случаях даже подчеркивают) мужское начало, если оно априори достаточно сильно. Да и вообще, что определение той или иной вещи — не более чем набор характеристик, которыми мы сами ее и снабдили. Не странно ли, что общество, вплотную подошедшее к созданию искусственного интеллекта, настолько склонно к ортодоксии, когда дело касается всего лишь одежды?


1) Рекламная кампания Gucci сезона осень-зима 1995/96 авторства Марио Тестино 2) Donna Karan, осень-зима 1997/98

Есть еще один момент: помимо очевидной культурной подоплеки здесь явно прослеживается и коммерческая, даром что фэшн-бренды сейчас используют буквально любую возможность, чтобы подстегнуть продажи. Вот уже не первый сезон к мужским показам приковано внимание девушек — те из них, кто и раньше увлекался мужскими отделами одежды в магазинах, покупая там что-то нейтральное вроде кашемирового свитера или футболки с идеальным воротом, стали находить в мужских коллекциях больше интересных для себя вещей. Маркетологи брендов отреагировали мгновенно, дав указания дизайнерам двигаться в сторону размытия в коллекциях гендерных признаков вообще. Вещи, сшитые так, что одинаково хорошо сядут и на мужчин, и на женщин (которым теперь не придется нести их к портному), — идеальное решение с минимумом затрат. «Среди наших покупательниц довольно много тех, кому нравится маскулинная эстетика, и они покупают одежду в мужском отделе: настоящие джинсы-бойфренды, а не имитацию, рубашку или свитер, — говорит байер лондонского универмага Selfridges Элеанор Робинсон. — Все то же работает и в обратную сторону — мы все чаще видим продвинутых клиентов-мужчин, которые не прочь купить что-то из женских коллекций». Очевидным итогом этих наблюдений стал гендерно нейтральный корнер Agender, открытый в Selfridges несколько месяцев назад. «Торжество моды без строгих определений», — гласит его слоган. «В большинстве магазинов ты до сих чувствуешь явное визуальное разделение на мужскую и женскую зоны, — говорит сет-дизайнер Фей Тугуд, которая отвечала за оформление Agender. — Идеей Selfridges было создать пространство, где каждый мог бы выбирать вещи не по гендерному разделению, а по личному вкусу». В июне онлайн-магазин theCorner.com объявил о запуске отдела No Gender, где можно купить вещи от Ann Demeulemeester, Rick Owens, Rad Hourani или Hood by Air, причем не имея представления, мужские они или женские. А еще раньше, в начале прошлого года, Брюс Вебер снял для Barneys рекламную кампанию с 20 трансгендерами со всего мира: от Бронкса до Амстердама.


Витрины Selfridges, посвященные отделу Agender

Помимо культурной подоплеки в этих процессах явно прослеживается и коммерческая – бренды не прочь продавать мужские вещи покупателям обоих полов.

Подход к теме гендерного смешения у дизайнеров разный. Кто-то, как Джон Гальяно, спекулирует ей и снимает в лукбуке круизной коллекции Maison Margiela модель Роуна Лоуча, по которому не поймешь — то ли парень, то ли девушка с синдромом гирсутизма. Кто-то подходит к вопросу обстоятельно и снабжает коллекции почти философским смыслом, заставляя задуматься, а нужно ли вообще в моде разделение на мужское и женское. Кстати, задолго до Алессандро Микеле, которого называют пионером новой волны гендерно-нейтральной моды, был Джонатан Андерсон — тот одевал парней в платья еще до того, как это стало мейнстримом, то есть в 2009 году, а для дебютной коллекции в качестве креативного директора Loewe снял рекламную кампанию в духе новой идеологии. В работах же над собственным брендом Андерсон регулярно дублирует в мужских и женских коллекциях силуэты и ткани. «Я никогда не думал называть свои работы андрогинными, — говорит дизайнер. — Для меня они всегда были скорее попыткой создать гардероб, который одновременно подходил бы и мужчинам, и женщинам: идеальные рубашка, брюки, джинсы, но под разным углом. Такая идея униформы». И добавляет: «При создании мужских коллекций я как бы прощупываю почву: насколько далеко я могу вывести парней из их зоны комфорта». Нежелание безвозвратно упустить момент толкнуло на исследование вопроса внушительное число дизайнеров: Burberry Prorsum снабжает яркие костюмы рубашками из кружева, Эди Слиман одевает моделей в кардиганы с любовно вышитыми цветочками, Ermenegildo Zegna и Etro не боятся пастельных оттенков, Loewe — принтов с диснеевскими принцессами, а Louis Vuitton — атласных бомберов и рубашек с вышивкой. Том Браун завершает свой осенне-зимний показ выходами парней в костюмах гейш и шляпках авторства Стивена Джонса — во всем этом великолепии модели выглядят ничуть не менее мужественно, чем в костюмах-тройках несколькими выходами ранее.


1,2,3) Роун Лоуч в лукбуке Maison Margiela, круиз 2016
4,5,6) Лукбук мужской коллекции Loewe, весна-лето 2015

Возможно, мы вообще двигаемся к созданию изначально гендерно-нейтральной одежды, которую каждый, помещая в тот или иной контекст, будет сам наделять угодной ему половой принадлежностью.

Взаимопроникновение во всем — определяющая характеристика современного мира, говорим мы о географической миграции или моде. Возможно, мы вообще двигаемся к созданию изначально гендерно-нейтральной одежды, которую каждый, помещая в тот или иной контекст, будет сам наделять угодной ему половой принадлежностью. Во всем этом есть по крайней мере один плюс — гардероб теперь можно покупать на двоих. Или следовать совету Вивьен Вествуд: «Возьмите какую-нибудь вещь из гардероба своего друга или подруги и наденьте со своей любимой одеждой».


1,2) Louis Vuitton, весна-лето 2016 3) Burberry Prorsum, осень-зима 2015/16 4) Ermenegildo Zegna, весна-лето 2016

J.W. Anderson, весна-лето 2010

J.W. Anderson, весна-лето 2010

Raf Simons, весна-лето 2011

Raf Simons, осень-зима 2010/11

{"width":120,"columns":10,"padding":0,"line":40}