T

Absolutely fashion: внутри британского Vogue

Рабочие будни главных лиц британского Vogue в документальном фильме BBC — беспрецедентная возможность узнать, какие настроения царили в редакции накануне столетнего юбилея.

ТЕКСТ: ВИКТОРИЯ ДЯДЬКИНА

В этом году британский Vogue отпраздновал свой 100-летний юбилей. Круглую дату отмечали широко — организовали выставку в Национальной портретной галерее, пригласили Ким Кардашьян на гала-ужин и провели форум с Harrods. Но это не все — главной новостью стал выход документального сериала о британской библии моды. Ричард Мейсер провел девять месяцев бок о бок с редакцией Vogue: сопровождал Александру Шульман на неделях моды, наблюдал за съемками для журнала Марио Тестино и Патрика Демаршелье и даже удостоился чести попасть в гардеробную фичер-директора Сары Харрис. Сериал получился несколько наивным, но другого у нас нет: вход в британскую редакцию Vogue все сто лет был закрыт для тележурналистов. К тому же таких искренних эмоций у гигантов моды не увидеть ни в «Сентябрьском номере», ни в «Первом понедельнике мая».



Александра Шульман

Почему тираж британского Vogue за последние несколько лет упал не больше чем на 5%, в то время как у конкурентов цифра доходит до 60? В чем особенность модного рынка в стране, где в фэшн-индустрии работает почти сколько же людей, сколько в автомобильной промышленности? От «Absolutely Fashion: Inside British Vogue» не стоит ждать ответа на подобные вопросы. Мейсер спрашивает у главного редактора Vogue Александры Шульман, что она думает о стрессе и как давно знакома с Карлом Лагерфельдом. Он сопровождает ее на личные встречи с Викторией Бэкхем и Стефано Габбаной, участвует в редколлегии, застревает с ней в пробках — в естественной для себя обстановке Шульман рассудительна, решительна, непробиваема.

Психологический очерк, наверное, у Мейсера получился лучше всего (возможно, случайно). «Раньше я боялась стать похожей на мать (в прошлом — редактора Vogue). Утром нестись куда-то, организовывать съемки, что-то решать, бежать домой готовить ужин. Но сейчас я живу именно так», — только под конец съемок Шульман позволила себе говорить о личном, когда подвела режиссера к старому, полому внутри дереву в Гайд-парке, в котором пряталась ребенком.



Люсинда Чемберс

«После хорошего показа сердцем уносишься куда-то далеко, воображение работает, настроение поднимается, и ты начинаешь перебирать в голове варианты съемок. Это кружит голову — как танец или хороший фильм», — директор отдела моды Люсинда Чемберс работает в Vogue больше 30 лет. И нет, ей не надоело. Чемберс охотно говорит на камеру, рассказывает, что до сих пор играет в куклы и иногда шьет им платья. С фотографами у нее доверительные отношения — Марио Тестино она показывает фотографию с комментарием: «Мне нравится этот снимок. Но ты сделай как чувствуешь».

Сара Харрис

К встрече с фичер-директором Vogue Сарой Харрис Мейсер готовился: зашел в ее профиль Instagram. «Вы такая популярная! Как вы себя чувствуете, будучи постоянно окруженной фотографами?» В ответ Харрис деликатно улыбается. Самые ценные кадры сняты в ее личной гардеробной: она с британской вежливостью относится к вопросам, ответы на которые можно прочитать в первой строчке Google, а на заднем плане мерцают ряды блестящих туфель.



Кейт Мосс

Как и предписано жанром, все интриги в фильме о глянцевом журнале строятся вокруг обложки. Март — Эди Кэмпбелл, апрель — Кейт Мосс, май — Рианна. Интервью с «Кейт, которая будет всегда» — эпизод, который анонсировали громче всего. Мейсер успевает задать только один вопрос: «Сколько раз ваш портрет ставили на обложку Vogue?» Зато какие кадры с бэкстейджа съемок!

Американский Vogue vs британский Vogue

Главным макгаффином сериала оказывается обложка с Рианной. За полтора часа до отправки тиража в печать Шульман узнает, что американский Vogue собирается поставить певицу на обложку на месяц раньше, и решает поменять портрет Мосс на Рианну. Не случись такого казуса, у сериала не было бы совсем никакой сюжетной линии — и мы бы не узнали, что думает Анна Винтур о британском Vogue, где проработала несколько лет: «Я пришла туда с целью привнести американский дух. Только сейчас, оглядываясь назад, понимаю, какая это дикая идея. До меня редакторы стремились подчеркнуть британскость издания. И так и должно быть — любой Vogue должен представлять свою страну. Мне нравится, что однажды сказал Ральф Лорен: „Нельзя быть слишком холодным или слишком горячим. Нужно участвовать в диалоге“. Быть Vogue — значит сохранять баланс между будущим моды и тем, что происходит сейчас. У Александры к этому редкий дар. Надеюсь, она всегда будет в Vogue».



Стресс и поиск нового контента

Vogue, как и прочим медиа сегодня, очевидно, что многие форматы себя изжили и печатным СМИ нужно меняться. «Людям нужно что-то новое. Это такое давление, ведь иногда ничего нового нет. Большую часть времени — ничего нового. Иногда ты пытаешься убедить себя, что делаешь что-то новое, но это так выматывает», — креативный директор Vogue Джейми Перлман получает медаль самого уставшего человека в редакции.

Юбилейная обложка

У Vogue есть традиция: не ставить фотографии на обложки юбилейных номеров (они и без этого моментально становятся коллекционными). Но Александра Шульман в качестве сюрприза презентовала на закрытом мероприятии обложку с Кейт Миддлтон, герцогиней Кембриджской. На фоне пасторальных пейзажей ее снял Джош Олинс. Одним этим жестом Александра Шульман назначила Кейт Миддлтон наследницей принцессы Дианы (она появлялась на обложке британского Vogue четыре раза) и отдала дань британскому духу издания.

{"width":1200,"column_width":120,"columns_n":10,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
false