Blueprint

Целикоми полностью,но не окончательно

T

Целиком

и полностью,

но не окончательно

На этой неделе Госдума собирается принять закон о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди российских граждан — не только несовершеннолетних, но и взрослых. Как — или, точнее, против кого — будет работать этот закон, пока не могут ни предсказать юристы, ни объяснить сами депутаты. Накануне принятия этого закона, потенциально криминализующего примерно все, журналист Никита Солдатов по просьбе The Blueprint вспомнил главные вехи из российской гей-истории ХХ и ХХI века. Как государство игнорировало, убивало, давало и отнимало у геев свободу, а геи прятались, боролись и все равно никуда не исчезали.

А надо вам заметить, что гомосексуализм в нашей стране изжит хоть и окончательно, но не целиком. Вернее, целиком, но не полностью. А вернее, даже так: целиком и полностью, но не окончательно. У публики ведь что сейчас на уме? Один только гомосексуализм.


Венедикт Ерофеев. «Москва — Петушки», 1970

1900

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":931,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":466,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

смягчено наказание за мужеложство

В начале XX века Санкт-Петербург был если не квир-столицей Европы, то уж точно самым толерантным местом для секс-меньшинств на условно понимаемом Западе. Конечно, никаких прайд-парадов, гей-браков и курсов по гендер-стадис, но, с поправкой на время и общее состояние прав человека (читай — почти полное отсутствие прав у большинства граждан), гомосексуалам в России жилось сравнительно неплохо. Российские законы — и нравы — были далеко не такими гомофобными, как, например, в Великобритании или Германии. Причем повелось это прямо-таки испокон веков: в России первый дискриминирующий гомосексуалов закон появился только в XVIII веке (к этому времени в Великобритании, например, «Закон о запрете содомии» действовал уже двести лет), когда Петр I, скопировав шведский воинский устав, ввел наказание за «мужеложство» в армии. Каралось это дело сначала сожжением на костре, а потом вечной ссылкой, но, как считают исследователи, применялся закон исключительно редко.

Журнал «Половой вопрос в школе и жизни». 1925 год

Ханзи Штурм, самый известный женский имперсонатор Веймарской республики. Фотооткрытка начала 1920-х годов

Участники инсценированной мужской свадьбы 15 января 1921 года на частной квартире по улице Симеоновской, дом 6. Фотография матроса Афан

При Николае I появилась новая статья, карающая мужеложство вообще — не только среди военных — ссылкой в Сибирь. И этот закон тоже был списан — в этот раз из немецкого уголовного кодекса. И этот закон тоже почти не применялся, а если и применялся, то, как и полагается, избирательно. Например, Сергею Уварову, почти всесильному консервативному идеологу и автору знаменитого тандема «православие, самодержавие, народность», ничего не стоило назначить своего любовника Михаила Дондукова-Корсакова вице-президентом Санкт-Петербургской академии наук (Пушкин написал по этому поводу: «В Академии наук // Заседает князь Дундук. // Говорят, не подобает // Дундуку такая честь; // Почему ж он заседает? // Потому что жопа есть»). Двоюродный дядя Николая II великий князь Константин Константинович спокойно устраивал круизинг в питерских банях: «Преследуют воспоминания и желания. Представляю себе знакомых банщиков — Алексея Фролова и особенно Сергея Сыроежкина. Вожделения мои всегда относились к простым мужикам (вот он — снобизм)». И все это когда за мужеложство в Великобритании судили Оскара Уайльда, а в Германии — князя Филиппа цу Эйленбурга, советника и близкого друга кайзера Вильгельма II. Впрочем, и к «простым» мужикам карательный закон почти не применялся — руководству страны (царям) и правоохранительным органам на местах геи особенной угрозой не казались.

Военнопленный, изображающий женщину. 1917–1918 годы

Стоит ли говорить, что церковь в вопросе была однозначна — содомия считалась грехом, а душеспасительные беседы представителей духовенства с государями проходили как минимум начиная с XVI века, когда псковский старец Филофей писал великому князю Василию III, что Москва рискует пасть из-за распространившейся в ней содомии.

Театр в немецком лагере военнопленных. Все женские роли исполняют мужчины. 1918 год

Надо отметить, что гомосексуальность среди женщин вообще никак не регулировалась, что, впрочем, объяснимо — в российском патриархальном обществе секс между женщинами сексом не считался. Неудивительно, что на рубеже XIX-XX веков знаменитый юрист Владимир Набоков (отец писателя) предложил вовсе декриминализировать гомосексуальность. Его не послушали, но заменили ссылку за мужеложство арестом на срок от четырех до пяти лет.

1906

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-789,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":395,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}
{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-789,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":395,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

опубликованы «Крылья» Михаила Кузмина, первый в истории роман о каминг-ауте

Сюжет вполне невинный: юный студент Ваня Смуров борется с чувствами к своему старшему наставнику, открытому гомосексуалу Лариону Штрупу, который устроил у себя дома чуть ли не гей-сауну, но в конце принимает свою гомосексуальность (у него, как пишет Кузмин, «вырастают крылья») и отправляется со Штрупом колесить по Италии. Книга, однако, произвела фурор похлеще недавнего «Лета в пионерском галстуке»: консервативные критики видели в романе «элементы извращения, дегенератства и психопатии», а в авторе — «апостола педерастии»; прогрессивные — расхваливали книгу, например, Александр Блок писал: «Имя Кузмина, окруженное теперь какой-то грубой, варварски-плоской молвой, для нас — очаровательное имя». Издатели тем временем едва успевали допечатывать тиражи — книгу расхватывали скорее, чем газеты с новостями об очередном роспуске Госдумы. Бывший любовник Кузмина Константин Сомов, один из самых успешных российских художников и при жизни, и после смерти (его «Радуга» 1927 года была продана за $7,3 миллиона в 2007-м), прочитав «Крылья», восторженно носился по Невскому и настоятельно велел купить роман всем симпатичным прохожим.


михаил кузмин

Сам Кузмин тут же был признан самым декадентским из всех декадентов, чуть ли не главным автором Серебряного века среди коллег (его обожали все от Ахматовой до Хлебникова) и суперзвездой гей-сообщества. Даже спустя 20 лет, когда в 1928 году Кузмин давал последние публичные чтения, к нему ломились все геи уже Ленинграда — и забрасывали сцену цветами. Один из зрителей впоследствии вспоминал: «Это была последняя демонстрация петербургских педерастов».


Кузмину «повезло», как говорила Ахматова, умереть в 1936 году до начала большого террора — никто из переживших его знакомых не сомневался, что гомосексуальность писателя послужила бы ему смертным приговором (как произошло с многолетним партнером Кузмина писателем Юрием Юркуном, который был расстрелян в 1938 году). Из советского культурного канона Кузмин был полностью исключен.


портрет кузьмина, Константин Сомов

«боксер», Константин Сомов

В отличие, например, от того же Сомова, который написал знаменитый портрет Кузмина в красном галстуке (о галстуках — ниже). Картины Сомова продолжали висеть в Третьяковке, выпускались альбомы с его работами и даже сборники дневников и писем (разумеется, с купюрами). Однако гомосексуальность художника настойчиво игнорировалась искусствоведами — причем не только советскими, но и постсоветскими (без купюр его дневники вышли только в 2017 году). При этом сам художник свои работы объяснял так: «Женщины на моих картинах выражают томление любви, на их лицах грусть или похотливость — отражение меня самого, моей души, моего влечения к мужчинам. Искусство, его произведения, любимые картины и статуи для меня прежде всего тесно связаны с полом и моей чувственностью. Я поклоняюсь вечно прекрасному факингу».

1908

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":931,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":466,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

выходит путеводитель по гей-Петрограду

Строго говоря, это был обличительный памфлет — чего стоит только название «К Суду!.. Гомосексуальный Петербург», — в котором журналист Владимир Руадзе пытался вывести на чистую воду «секту гомосексуалистов, распространивших свой порок в нашей великолепной Невской столице». На деле же автор выдал подробный справочник по столичному гей-комьюнити и описал, где гомосексуалы встречались — например, в парке за Таврическим дворцом или на набережной Фонтанки, как узнавали друг друга — «по ярко-красным галстукам, это род гомосексуальной формы, а у некоторых из кармана торчит и красный платок», и, конечно, куда после знакомства шли. А шли петроградские геи чаще всего в бани. Руадзе описал их так: «Едва вы проникнете в эту „обитель“, как навстречу к вам утиной походкой движется массивная фигура знаменитого в гомосексуальной секте банщика Гаврилы. Гаврила — тучный мужчина лет 40–45 с отталкивающим неприятным лицом и угодливым, заглядывающим вам в душу взглядом. Этот „господин“ с места не постесняется предложить вам свои „услуги“ или другого. <...> Гаврило принесет вам альбом с фотографи­ческими карточками, где все эти гомосексуальные Фрины и Аспазии изображены прифранченные и накрашенные, некоторые даже в женских нарядах. <...> Вот вы показываете на одного из „малых сих“, изображенных в альбоме, и через минут пять „оригинал“ в вашем распоряжении. Тут же попутно сообщается цена».

Бани и впрямь были главным местом и для круизинга, и для поиска секс-работников. Еще откровеннее Руазде принцип работы бань на своем опыте описал в дневнике тот же Кузмин: «Вечером я задумал ехать в баню, просто для стиля, для удовольствия, для чистоты. Пускавший меня, узнав, что мне нужно банщика, простыню и мыло, медля уходить, спросил: „Может, вам помоложе нужно?“. „Я еще не знаю“, — подумав, отвечал я. „Слушаюсь“. Когда смелыми и развязными шагами вошел посланный, я видел его только в зеркале. Он был высокий, очень стройный, с черными чуть-чуть усиками, светлыми глазами и почти белокурыми волосами. Он смотрел на меня в упор, неподвижно, русалочно, не то пьяно, не то безумно, почти страшно, но начал мыть совсем уже недвусмысленно. После общего приступа и лепета мы стали говорить как воры: „А вы как?“ — „Обыкновенно“... — „В ляжку или в руку?“ — „В ляжку...“ — „Конечно, в ляжку, чего лучше“, — обрадовался парень. Как бездушны были эти незнакомые поцелуи, но, к стыду, не неприятны».

1922

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-846,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":423,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}
{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-789,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":395,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

отменена статья за мужеложество

На протяжении 1920-х СССР считался гей-раем. По крайней мере, со стороны — из Европы. После революции 1917 года уголовный кодекс Российской империи был упразднен — и вместе с ним дискриминирующий гомосексуалов закон. В новом кодексе РСФСР, принятом в 1922 году, альтернативы не появилось — что вполне соответствовало тогдашней прогрессивной советской социальной политике. Народный комиссар здравоохранения Николай Семашко утверждал, что это было обдуманное решение, а гомофобия противоречит революционным принципам.

В начале 1920-х Семашко даже ездил в Берлин к Магнусу Хиршфельду, пионеру сексологии и организатору первого движения по борьбе за права ЛГБТ+. Поездка оказалась продуктивной: Семашко зазвал в СССР самого Хиршфельда читать лекции, протащил в советские кинотеатры спродюсированный Хиршфельдом фильм «Не такой как все» — первый квир-фильм в истории (главный герой после аутинга кончает с собой) — и инициировал открытие кабинета сексологии под руководством Григория Баткиса, автора термина «сексуальная революция» и большого сторонника декриминализации гомосексуальности.


Неудивительно, что на конгрессе Всемирной лиги сексуальных реформ в Копенгагене в 1927 году главными реформаторами были признаны представители СССР: самые прогрессивные ученые со всего мира хвалили советскую политику на все лады как пример небывалой толерантности к секс-меньшинствам. Кульминацией этой советской гей-пропаганды стала статья в Большой советской энциклопедии 1930 года, где говорилось: «Советское законодательство не знает так называемых преступлений, направленных против нравственности. Наше законодательство, исходя из принципа защиты общества, предусматривает наказание лишь в тех случаях, когда объектом интереса гомосексуалистов становятся малолетние и несовершеннолетние». Впрочем, в том же 1930 году Семашко был снял с должности наркома здравоохранения.


Магнус Хиршфельд

Николай Семашко

1933

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":931,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":466,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

председатель ОГПУ Генрих Ягода инициирует новый закон против мужеложства

В докладной записке Сталину тогдашний руководитель советских спецслужб рассказал об актуальнейшей проблеме — «педерастическом заговоре», раскрытом в результате нескольких облав в Москве и Ленинграде (было арестовано 130 человек): «Происходит создание сети салонов, очагов, притонов и других организованных формирований педерастов, с дальнейшим превращением этих объединений в прямые шпионские ячейки; актив педерастов, используя кастовую замкнутость педерастических кругов в непосредственно контрреволюционных целях, политически разлагал разные общественные слои юношества, в частности рабочую молодежь, а также пытался проникнуть в армию и флот». Проникновения допустить было нельзя, Сталин постановил: «Надо примерно наказать этих мерзавцев, а в законодательство внести соответствующее руководящее постановление». Постановление вступило в силу в 1934 году в виде 154-й статьи Уголовного кодекса, по которой половое сношение мужчины с мужчиной каралось лишением свободы на срок от трех до пяти лет, а совершенное с применением насилия или с использованием зависимого положения потерпевшего, — на срок до восьми лет (гомосексуальность женщин новым законом не регулировалась — как и в Российской империи, в СССР лесбиянкам просто отказывали в факте существования).

Такой резкий, как казалось, поворот в отношении к гомосексуалам впечатлил иностранцев, еще недавно считавших СССР страной чудес. Коммунист и журналист Гарри О. Уайт, работавший в Москве в газете Moscow Daily News, даже отправил Сталину письмо с требованием (!) разъяснить новый закон — мол, как так, подобная дискриминация не очень вписывается в марксистские идеи и вообще скорее в духе капиталистов, — и заодно узнать, где находится его недавно арестованный российский любовник. Сталин не ответил, но оставил на письме пометку: «Идиот и дегенерат».


За Сталина — и по его заказу — ответил Максим Горький, к тому моменту многажды номинант на Нобелевку по литературе и чуть ли не самый известный советский писатель за рубежом. Новую гомофобную политику советским — и иностранным — гражданам писатель объяснил проявлением некоего «пролетарского гуманизма» (так называлась его статья в «Правде») и тем, что в фашистской Германии — сплошные геи, поэтому не хватало их еще в СССР разводить: «В стране, где мужественно и успешно хозяйствует пролетариат, гомосексуализм, развращающий молодежь, признан социально преступным и наказуемым, а в „культурной“ стране великих философов, ученых, музыкантов он действует свободно и безнаказанно. Уже сложилась саркастическая поговорка: „Уничтожьте гомосексуалистов — фашизм исчезнет“». Последнюю фразу Горького, кстати, цитирует герой главного янг-эдалт-бестселлера 2021 года, который не дает покоя современным государственным деятелям, «Лето в пионерском галстуке» Елены Малисовой и Катерины Сильвановой — подросток, борющийся со своей гомосексуальностью.


Максим горький

1939

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-846,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":423,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}
{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-789,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":395,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

по обвинению в мужеложстве арестован глава НКВД Ежов

В отличие от Российской империи, в СССР гомофобный закон применялся часто — и приближенных к власти не обходил.


Николай Ежов, заменивший во главе советских спецслужб репрессированного Генриха Ягоду и устроивший в стране очередной виток массовых репрессий (его прозвали «кровавый карлик»), сам оказался репрессирован — в том числе по той самой 154-й статье. Во время допроса Ежов признался: «Начало этому было положено еще в ранней юности, когда я жил в учении у портного. Примерно лет с 15 до 16 у меня было несколько случаев извращенных половых актов с моими сверстниками — учениками той же портновской мастерской. Порок этот возобновился в старой царской армии во фронтовой обстановке. Помимо одной случайной связи с одним из солдат нашей роты у меня была связь с неким Филатовым, моим приятелем по Ленинграду, с которым мы служили в одном полку. Связь была взаимноактивная, то есть „женщиной“ была то одна, то другая сторона». Всего Ежов перечислил около 10 своих любовников, многие из которых, как и он сам, впоследствии были обвинены не только в мужеложстве, но и в контрреволюционном заговоре и расстреляны. Поколение Ежова, результат той самой прогрессивной социальной политики Советов, стало легкой жертвой сталинских зачисток — по 154-й можно было привлечь очень многих. Данные о том, сколько всего людей было осуждено за мужеложство с 1934 года до смерти Сталина в 1953 году, до сих пор засекречены.


николай ежов и иосиф сталин

1959

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":931,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":466,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

принят новый Уголовный кодекс СССР — со старым законом о мужеложстве

Постсталинская либерализация наступила в СССР, кажется, для всех, кроме геев. Парадоксально, но в процессе десталинизации не только не смягчили наказание за мужеложство, а, напротив, прибавили к нему еще и слежку за потенциальными гомосексуалами, которых зоркие милиционеры нередко шантажировали и заставляли работать осведомителями. И это при том, что, например, введенный вместе с законом о мужеложстве запрет на аборты был отменен.


Впрочем, однажды гомофобную статью смягчить все-таки попытались. Сейчас это выглядит как не очень талантливый комедийный скетч (или, напротив, — недокрученный шедевр в духе Ионеско). На заседании подкомиссии по рассмотрению УК РСФСР обсуждали первую часть статьи 154 — о добровольном мужеложстве:


ГЕРЦЕНЗОН: Мужеложство. Какие будут вопросы по первой части?

НИКИФОРОВ: Совершенно непонятна норма по первой части.

СТЕПИЧЕВ: Первую часть можно исключить.

ГЕРЦЕНЗОН: Есть предложение исключить первую часть. Голосую. Кто за исключение первой части?

КОРОТКОВ: Нельзя эту норму исключать. Какие основания для этого?

ГЕРЦЕНЗОН: Будем открывать дискуссию или нет? Кто за открытие дискуссии по данной статье?

Молчание

ГЕРЦЕНЗОН: Дискуссию не открываем.


Смысла в законе вроде бы не видели, но обсуждать его бессмысленность не стали. Что, конечно, было в рамках общего отношения постсталинской политической элиты к гомосексуальности. Исчерпывающе его продемонстрировал Никита Хрущев, когда во время посещения выставки авангардного искусства в Манеже, перебрав все варианты оскорблений в адрес художников, удовлетворился и остановился, только обозвав их самым ужасным — «пидорасами».


За год до знаменитого визита Хрущева на выставку в Манеже из СССР во время зарубежных гастролей Кировского театра бежал танцовщик Рудольф Нуреев — он стал первым невозвращенцем. К этому моменту за ним уже следил КГБ. «Его нетрадиционную ориентацию подтверждали отчеты КГБ из Парижа, где он был на гастролях. В них были данные о том, что Рудольф Нуреев нарушает правила поведения советских граждан за границей, посещает ночные клубы в компании французских артистов, среди которых имелись гомосексуалы», — говорит историк Ольга Фугина.




Сергей Параджанов

В 1974 году по статье за мужеложство на пять лет посадили режиссера Сергея Параджанова — за него просили все, начиная с Льва Кулиджанова и Сергея Герасимова и заканчивая Годаром, Робертом Де Ниро и Микеланджело Антониони. Решающую роль в его освобождении сыграла Лиля Брик: он вышел из тюрьмы в 1977-м. В среднем к тюремному сроку по обвинению в мужеложстве в СССР приговаривали по тысяче человек в год — с 1954-го вплоть до отмены статьи в 1993-м.

Рудольф Нуреев

работа сергея параджанова

1977

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-846,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":423,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}
{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-789,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":395,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

о преследовании гомосексуалов в СССР пишут на Западе

Тогда в СССР приехал итальянский гей-активист и основатель Единого революционного фронта итальянских гомосексуалов Анджело Пеццана, чтобы уговорить Андрея Сахарова выступить на протестной акции против преследования гомосексуалов. Сахаров не согласился. Советские диссиденты, даже прошедшие через ГУЛАГ, сторонились, как называл Солженицын, сидевших по «грязненькой» статье. Тогда Пеццана решил устроить одиночный пикет на Красной площади: «Ночью перед манифестацией я писал на полотенце „Отменить наказание за гомосексуализм“. К полотенцу я прикрепил веревочки, чтобы можно было повесить его на шею. Когда я вытащил свой транспарант, меня арестовали. Отвезли в КГБ. Это была настоящая Лубянка, спрашивали меня о шпионской сети, которую я возглавлял, и я отвечал — немного нагло — вроде того, что „я вернусь сюда однажды, когда здесь будет настоящий социализм“, но в действительности мне было очень страшно. В конце концов меня посадили в машину с агентами, забрали мои чемоданы из отеля и повезли в чистое поле. Я не знал Россию, я никогда там не был, после 40 минут путешествия по деревне я начал бояться, но потом я увидел аэропорт и вздохнул с облегчением. Я понял, что они решили выдворить меня из страны». Об этой акции написали не только за рубежом, но и в считающейся относительно прогрессивной «Литературной газете» — разумеется, высмеяв активиста.

Анджело Пеццана

А вот открытое письмо осужденного за мужеложство писателя Геннадия Трифонова «Литературная газета» в том же году печатать отказалась. Трифонов писал: «На протяжении полутора лет я ежедневно вижу, что такое осужденный гомосексуалист в советской тюрьме. В сравнении с его положением положение его единомышленников в лагерях смерти Третьего рейха — детский лепет. У тех была ясная перспектива — газовая камера, у нас — полуживотное существование, обреченное на голодную смерть с тайной мечтой о любой самой тяжелой болезни ради нескольких суток покоя на больничной койке лагерного лазарета». Текст был опубликован на Западе, но международные правозащитные организации на него особенно не отреагировали.


Сам Трифонов, отсидевший в лагерях четыре года, в 1980-х эмигрировал в США, где к этому моменту уже двадцать лет как шел процесс по декриминализации гомосексуальных связей. В 1962 году Иллинойс стал первым штатом, отменившим закон «о содомии», а после Стоунволлских бунтов в Нью-Йорке в 1969 году гей-комьюнити Америки окончательно осознало себя как боевую политическую единицу. В СССР 1970-х, в ситуации, когда в поддержке отказывали правозащитники и внутри страны, и вне, гомосексуалы тоже впервые попробовали объединиться в борьбе за свои права.


Геннадий Трифонов

1983

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":931,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":466,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

в Ленинграде организована первая советская ЛГБТ+ правозащитная организация

Участники «Голубой лаборатории» — около 30 геев и лесбиянок — сначала связались с финскими гей-организациями, а через них — с Международной ассоциацией геев, в которую отправили аудиокассету со своим манифестом: «Приезжающие сюда гомосексуалы с Запада знают, что Чайковский — российский гей-композитор, его музыка — прекрасная, столица СССР — Москва, правительство живет в Кремле, тут очень холодно, пьют много водки, едят икру, нет гей-дискотек. На Западе пишут про полицию, КГБ, диссидентов, Сергея Параджанова, заключенных и общественные туалеты. C’est la vie en Russie, charmant cocktail à la russe [это жизнь в России, прелестный коктейль по-русски]. Но не о геях. Мы, мужчины, любящие мужчин, и женщины, любящие женщин, не хотим улетать на Луну. Геи и лесбиянки в СССР хотят создавать новый мир равноправия. Наши враги не невежественные массы гетеросексуальных мужчин и женщин, а коррумпированные бюрократы и их прислужники. Мы не боимся. Нам, геям и лесбиянкам, есть что сказать, а им нет».


Сообщение было перепечатано по всему миру, однако вновь помощи зарубежных гей-организаций, на которую рассчитывали активисты, не последовало. Зато последовало знакомство с сотрудниками КГБ, после которого группа вскоре распалась. Это, однако, оказался важнейший опыт самоорганизации для советских ЛГБТ-людей — несмотря на ликвидацию «Голубой лаборатории», ее формат был взят на вооружение активистами по всей стране: все новые и новые ЛГБТ±группы появлялись, исчезали и снова появлялись везде от Москвы до Новосибирска.


Как часто бывает, повестку полуподпольных активистов в итоге подхватили неравнодушные знаменитости: в 1989 году участник группы «АукцЫон» Владимир Веселкин вместе с Гариком Сукачевым организовал серию бесплатных концертов против уголовного преследования гомосексуалов, в которых принял участие весь свет тогдашнего рока — от «ДДТ» до «Чайфа», а обращение в поддержку «секс-меньшинств» подписали Сокуров и Листьев. И если рискованный активизм Веселкина, который был геем, понятен, то тот же Сукачев выступал в роли, как сейчас сказали бы, настоящего ЛГБТ+союзника: «Мне нравится, когда парни целуются под нашу музыку. Если я люблю женщину, то почему точно так же не может мужчина любить мужчину и женщина — женщину? Говорить о том, что это ошибки природы или ошибки господа Бога, — по крайней мере глупо. Это дано именно природой и продолжается не день, не два, а тысячи лет».


1993

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-846,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":423,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}
{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-789,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":395,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

отменена статья за мужеложство

Долгожданная отмена статьи, появившейся еще при Сталине, была для тогдашних ЛГБТ+активистов шоком: после распада СССР руководство новой России не было замечено в особенных симпатиях к гомосексуалам. На деле же ликвидация закона о мужеложстве была необходима для того, чтобы теперь уже демократическую Россию просто-напросто приняли в Совет Европы. Именно поэтому, например, закон «О реабилитации жертв политических репрессий» не распространялся на осужденных в СССР за мужеложство. Более того — 73 человека, отбывавшие в то время наказание за добровольное мужеложство, не были амнистированы. Несмотря на формальную либерализацию, по факту для нового российского руководства (некоторые) гомосексуалы так и остались уголовными преступниками.

борис моисеев

При этом ЛГБТ±люди к этому моменту уже не так боялись говорить о своей ориентации. Еще в 1991 году Борис Моисеев, будущей отец российского кэмпа, а тогда самый известный советский танцор, дал интервью журналисту и поэту Ярославу Могутину, в котором не только первым из отечественных поп-звезд совершил каминг-аут, но еще и рассказал, как члены партийной верхушки «сторожили его жопу», а на вопрос, в чем его сексуальные достоинства, ответил, что их нет: «У меня маленькая грудь, маленькая талия, маленькое влагалище. Ты даже не сможешь туда засунуть свой палец». Наговорили, в общем, на статью — но не для Моисеева, а для Могутина, против которого за текст с не требующим комментариев заголовком «Грязные концы комсомольцев» возбудили дело о «хулиганстве с особым цинизмом». На этом хулиганство Могутина, впрочем, не прекратилось — перед тем, как бежать в США от тюремного преследования за очередной провокационный текст, он вместе со своим партнером Робертом Филиппини пришел в московский загс и потребовал, чтобы их расписали. Это была первая арт-акция Могутина, который, получив убежище в Америке, стал одним из главных современных квир-художников из России. Но далеко не единственным: взять хотя бы Новую Академию Изящных Искусств Тимура Новикова, главную кузницу постсоветского гомоэротического искусства, из которой вышли и Влад Мамышев-Монро с его драг-портретами Мэрилин Морно, Горбачева и Путина, и Георгий Гурьянов, который считал, что «видеть перед собой сильное, загорелое, молодое тело гораздо разумнее, чем уставиться с умным видом в черный квадрат». Он намеренно вносил в изображения разнообразных соцреалистических борцов и гребцов гомоэротизм — продолжая дело Александра Дейнеки, в 1920-х работавшего с античными образцами.

Ярослав Могутин

Влад Мамышев-Монро

Георгий Гурьянов

Александр Дейнека

Впрочем, эффект, который произвела отмена статьи за мужеложство, все равно нельзя переоценить. Вместо прежних «плешек» — мест, где знакомились советские геи (в Москве главная была напротив Большого театра у памятника Марксу, которого звали «директор Плешки), — появились гей-клубы, в которых обнаженные танцоры плавали в аквариумах, а на сцене выступали драг-квин во главе с Зазой Наполи (о драге 1990-х снят изумительный фильм «Весельчаки» с Данилой Козловским в одной из главных ролей и кучей российских кинодив — от Евгении Добровольской до Ренаты Литвиновой — в эпизодических); стали появляться центры по профилактике ВИЧ для мужчин, практикующих секс с мужчинами, которые в отсутствие бесплатной АРВТ-терапии в стране старались — и продолжают — спасать жизни; начал выходить даже настоящий ежемесячный гей-журнал «Квир», где печатали не только фотографии голых мужчин, но и тексты Александра Васильева и Евгения Панасенкова и того же Могутина. Несколько номеров журнала, как говорит его арт-директор Сева Галкин, каждый месяц отправлялись в администрацию президента.

«Весельчаки», 2009

2013

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":931,"y":1,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":466,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

принят закон о пропаганде нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершен-нолетних

«Нашествие агрессивной прослойки секс-меньшинств», по выражению Фазиля Искандера, в 1990-2000-е российские консерваторы не приняли. Общий посыл их сформулировал еще в начале 1990-х Валентин Распутин, автор школьного «Прощания с Матерой»: «Что же касается гомосексуалистов, оставим России ее чистоту. У нас свои традиции. Этот вид общения между мужчинами ввезен из-за границы. Если они считают, что их права ущемлены, то пусть уезжают и живут в другой стране!» В середине нулевых его дополнил тогдашний министр культуры Александр Соколов, запретив выезд из России на французскую выставку фотографии целующихся в березах милиционеров группы «Синие носы»: «Это будет тот самый позор России, за который отвечать нам придется уже по полной. После того как святейший патриарх во Франции говорит о нравственности, о критериях духовности, первое, что делает Россия,— показывает там порнографию». Получалось, что российская гей-культура — по крайней мере, в самых ярких ее проявлениях — внутри страны мешала соблюдать ее чистоту, а за пределами — грозила навлечь позор. Решение этой дилеммы было предсказуемым — запретить все с приставками гей-, лесбо-, транс- и квир, насколько это возможно. Поэтому, в отличие от советских карательных законов, российский закон, запрещающий пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, оказался максимально размытым: критериев для определения пропаганды в нем не было, так что штраф можно получить и за рисунок с радугой, и за репост статьи о геях.

Главным следствием нового закона стал всплеск гомофобии на самых разных уровнях — от ухода рекламодателей журнала «Квир», приведшего к его закрытию, до массовых убийств гомосексуалов в Чечне. Несмотря на это российское гей-комьюнити не ушло в подполье, как было после принятия сталинского закона в 1934 году. Напротив, сообщество стало прирастать со всех сторон: новые медиапроекты — от лайфстайл-журнала «Открытые» до подкаста «Радужный» о жизни ЛГБТ+ в регионах России; гей-вечеринки, не уступающие европейским, — от «Гендер Блендер» с драг-квин и бурлеском до Popoff Kitchen с техно и «темными комнатами»; молодые квир-автор/ки — от Оксаны Васякиной до Микиты Франко. Не говоря о сервисах психологической помощи для квир-людей, марках одежды, ориентирующихся на гей-аудиторию, и кинофестивалях с ЛГБТ±программой. Несмотря на поддерживаемую на государственном уровне гомофобию, российское гей-комьюнити в последние годы было сплоченным — и разнообразным — как никогда прежде. Сейчас некоторые из перечисленных проектов уже закрылись, другие релоцировались, но оставшиеся в России продолжают работать — поддерживая и сохраняя комьюнити во время пандемии, спецоперации, мобилизации и накануне принятия очередного — не первого в российской истории — гомофобного закона. Надеемся, впрочем, последнего.

Popoff Kitchen

{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}