T

Прошедшее будущее

Один из главных модернистских символов Токио — жилую башню «Накагин», построенную в начале 1970-х, — решено снести. Капсульный дом, который должен был стать предвестником мира будущего, в котором традиционные квартиры и дома уже не потребуются, за пятьдесят лет пришел в руинированное состояние, впрочем, как и идеи, на которых стоял его фундамент. Рассказываем историю этого знаменитого здания и утопического проекта, в рамках которого оно создавалось.


1972 год для Японии, когда в Токио была построена капсульная башня «Накагин», был, как теперь понятно, последним годом послевоенной мечты, когда казалось, что страна — это порт в будущее, в котором все пересядут на Nissan, над Атлантикой полетят самолеты Mitsubishi, а в кинотеатрах по всему миру будут крутить Куросаву, а не Леоне, укравшего у классика все, что можно. Но в 1973 году случился нефтяной кризис, и «японское экономическое чудо», благодаря которому экономика страны после войны стала второй экономикой мира (с прицелом на первую), начало схлопываться.


14-этажную капсульную башню «Накагин» придумывал как символ новой Японии будущего архитектор Кисё Курокава, автор нового крыла амстердамского Музея Ван Гога и один из лидеров японского метаболизма в архитектуре. Это послевоенное движение представляло здания как мегаструктуры, которые могут развиваться и изменяться, как живой организм.


Для осуществления этого проекта, разумеется,
нужен был меценат, поверивший в утопическую, если не сказать завиральную, идею. Для 36-летнего Курокавы благодетелем стал президент девелоперской компании Nakagin Co, который увидел павильон архитектора на Всемирной выставке в Осаке. Товарищам Курокавы по метаболизму повезло меньше: проект города в воздухе с жилыми домами, напоминающими ветви деревьев, или водный город на искусственных островах его товарища Киёнори Кикутаке так и остались на бумаге.


Курокава хотел, чтобы капсулы, из которых состояла башня, можно было перемещать, собирать из них новые дома и даже города. Себе он, кстати говоря, спустя год построил похожий дом: в префектуре Нагано он возвел «Капсульный дом К», сделанный по тому же принципу, что и «Накагин».


Справедливости ради стоит отметить, что оптимистические настроения насчет радужного международного будущего страны в Японии в то время разделяли не все. В 1970 году, в год, когда план «Накагина» был утвержден, один из самых знаменитых японских писателей Юкио Мисима устроил попытку государственного переворота, потерпел неудачу и совершил сэппуку. Мисима был вне всяких сомнений символом Японии прошлого — членом «Общества щита» (военизированного объединения патриотической молодежи, построенное на идеологии обожествления императора).


Символ Японии будущего пережил Мисиму и романтическо-фашистские идеалы на пятьдесят лет, но и вот, несмотря на старания историков и активистов, все равно пришел в негодность — процесс демонтажа «Накагина» уже начался.


140 капсул, из которых был собран дом, не предназначались для постоянного жилья, а были небольшими временными квартирами для служащих контор, расположенных в соседних кварталах. Модули были съемными и крепились к основному ядру всего четырьмя болтами. Такая мобильность — и концептуальная, и инженерная — была ответом на запрос времени.То самое «японское экономическое чудо» требовало доступного жилья взамен дорогих отелей. Крошечные квартирки (всего 10 квадратных метров) временным жильем и были: вся мебель была раскладной, а по задумке Курокавы кухня, например, в них и вовсе не требовалась — японские клерки (породившие отдельное слово для обозначения смерти от переутомления на рабочем месте) должны были есть либо прямо в офисах, либо в близлежащих ресторанах. При этом инфраструктура дома была устроена, как современные коливинги или советские дома-коммуны, и с последними у японского метаболизма вообще было много общего. В рекламных брошюрах, выпущенных к открытию дома, говорилось, что в аренду для квартиры можно взять практически все, что угодно, вплоть до пишущих машинок.



И если идея о домах-коммунах за это время не устарела, то один из главных таких домов, символ времени, когда казалось, что максимальная мобильность — это наше общее светлое будущее, оказался более хрупким. Спустя пятьдесят лет большинство квартир в «Накагине» заброшены, часть капсул отдана под склады и офисы. С 2008 года в доме не работает водопровод, и хотя на протяжении 15 лет дом не раз пытались восстановить, оказалось, что это гораздо дороже, чем предполагал в 1972-м Курокава. И это не говоря о том, что здание оказалось совершенно не готово к землетрясениям, которые в Японии случаются довольно часто.


В конце жизни Курокава пытался восстановить капсулы и обновить «Накагин», как и планировалось изначально. Несмотря на это в 2007 году, за полгода до его смерти, 80% собственников проголосовали за снос здания. Одна капсула уже уехала в Музей современного искусства Сайтамы (MOMAS) в Токио. Другую планируют отправить в парижский Центр Помпиду.


И если здание, ставшее одним из знаковых объектов архитектуры модернизма, забвения избежит в лучших музеях современного искусства, то утопические идеи середины ХХ века, которые рождались, когда об экологической составляющей всего предприятия задумывались мало, рискуют оказаться на свалке истории. По иронии «Накагин» демонтируют после нескольких лет всемирного локдауна, когда выяснилось, что идея о бесконечной мобильности современного человека такая же хрупкая, как и он сам.



{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}