T

Документальный
фильм: «Мое поколение»


ТЕКСТ: Ксения Крушинская

В лирической оде Лондону 1960-х повествование об эпохе и сформировавших ее людях тесно переплетается с историей самого Майкла Кейна, рассказанной от первого лица.

Сегодня Кейну 85 лет, он командор ордена Британской империи, обладатель двух «Оскаров» и трех «Золотых глобусов». Но когда-то он был простым парнем-кокни, о котором сказать можно было только, что ему, сыну уборщицы и грузчика с рынка, совершенно точно не светит большая актерская карьера. Кого волнует, что играть на сцене и в кино вы мечтали с десяти лет, когда в стране царит жесткая классовая диктатура? В фильме Кейн вспоминает, что прославившая его роль лейтенанта Бромхеда в историческом фильме 1964 года «Зулусы» ни за что бы ему не досталась, если бы режиссер картины был не американцем, а британцем: «В те годы англичанин никогда в жизни не взял бы на роль офицера мальчика-кокни». Фактически Майклу очень крупно повезло.

Афиша фильма "Элфи" с Майклом Кейном, 1966 

Именно здесь и кроется причина того, почему 1960-е и те тектонические сдвиги, которые они с собой принесли, так важны для самого Кейна и его личной и профессиональной судьбы. Именно в это десятилетие классовая система в Британии рухнула и все перевернулось с ног на голову. Если еще в 1950-е тон задавали старшее поколение и аристократия, то в годы, о которых идет речь в фильме, на авансцену впервые вышли молодежь и рабочий класс. «Мы все были воспитаны, чтобы быть слугами, и могли бы никогда не стать хозяевами, — такими словами Кейна сопровождаются документальные кадры, на которых играют аккуратно одетые дети 1950-х. — Впервые в британской истории молодой рабочий класс встал и сказал: «Мы здесь!»».

Любовно препарировать лондонские 1960-е Кейну помогают люди, без которых та бескровная, но оглушительная революция никогда бы не свершилась. В «Моем поколении» звучат закадровые голоса Марианны Фейтфул, Мэри Куант, Твигги, Пола Маккартни, Роджера Долтри, Пенелопы Три и многих других — всех их сэр Майкл интервьюировал лично. Они делятся как пространными размышлениями об эпохе, так и вполне конкретными личными историями, которые характеризуют то время точнее всего.

Так, модель Пенелопа Три рассказывает, как влюбилась в фотографа Дэвида Бейли, тот приехал за ней домой и увез от матери. Мэри Куант вспоминает, как под ее знаменитые юбки и платья пришлось шить трусики в тон — такими они были короткими; и как почтенные джентльмены останавливались по вечерам у витрины ее магазина Bazaar, возмущенно трясли кулаками и проклинали новую «бесстыжую» моду.



Что примечательно: единственный герой эпохи, которого мы видим в кадре пожилым, — сам Кейн. Все прочие либо показаны молодыми на хроникальных кадрах, либо не показаны вовсе — звучат только их закадровые голоса. Этим режиссер фильма, документалист Дэвид Бэтти (он известен масштабными документальными картинами об истории христианства), как бы дает понять: 1960-е, нравится вам это или нет, все-таки эпоха юных и юности. Ход смелый, учитывая современный контекст борьбы за diversity и в том числе против эйджизма. «Люди старше тридцати не осмеливались переступить порог нашего магазина, — рассказывает за кадром основательница культовой для свингующего Лондона марки Biba Барбара Хуланики. — Они просто сидели на улице». 

В фильме, по законам драматургии, у вечно юных героев есть антагонисты. И это, естественно, старшее поколение. Кадры с веселящейся на улицах и в клубах молодежью перемежаются с отрывками из интервью случайных прохожих: пожилые дамы в шляпках и солидные мужчины с усами возмущаются всем, чем им и положено возмущаться, — новыми прическами, новыми фасонами платьев, новой музыкой и «развращенностью» нового поколения. Конечно, на самом деле никакого эйджизма ни в этом, ни в чем прочем не кроется. Просто из песни слов не выкинешь. Это сейчас 35-летние миллениалы стоят в очередях за кроссовками наравне с 20-летними джензерами. Полвека назад возраст воспринимался иначе, а следовательно, и конфликт между поколениями был куда острее — и это всего лишь еще одна яркая примета эпохи.

реклама

реклама

Создатели фильма (кроме Бэтти и Кейна над ним работали сценаристы Дик Клемент и Йен Ла Френе, известные, в частности, по фильму «Убить Боно», и продюсер Саймон Фуллер, который в 1990-е вознес на вершину славы Spice Girls) попытались всего за полтора часа предоставить исчерпывающую, панорамную картину 1960-х. «Мое поколение» рассказывает и о рок-н-ролле и пиратских радиостанциях, и о моде и новых графичных стрижках Видала Сассуна, и о зарождении поп-арта, и о том, как драматически изменились культура ухаживаний и отношение к сексу с появлением противозачаточных таблеток.

Естественно, было бы странно обойти вниманием тему наркотиков. О «расширении сознания» в 1960-е рассказывается в самом конце «Моего поколения», что довольно символично: именно из-за увлечения веществами многие герои эпохи в конце концов покинули сцену. О своем опыте откровенно рассказывает за кадром Марианна Фейтфул. Она вспоминает историю о том, как полиция обнаружила таблетки у нее и Мика Джаггера и арестовала обоих, а затем о том, как она оказалась в тяжелом состоянии в больнице из-за передозировки. Заканчивается повествование меланхоличной балладой You Can't Always Get What You Want, исполненной за кадром Миком Джаггером. В этот момент кажется, что нельзя найти песню, которая лучше описала бы все прекрасное и трагическое, что было в 1960-х. But if you try sometime — you’ll get what you need…

Лучшие материалы The Blueprint — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь!

{"width":1200,"column_width":111,"columns_n":10,"gutter":10,"line":40}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}