T

Дело: Никита Калмыков, дизайнер Atelier Odor

Текст:
Варя Баркалова

фото:
дарья кузнецова

арт-директор:
сергей пацюк

продюсер:
саша рожкова

Никита Калмыков основал свою марку всего пару лет назад, а в мае показал новую коллекцию на неделе моды в Тбилиси. Сшил он ее из оставшихся от прабабушки кружевных штор и простыней. The Blueprint он рассказал, почему предпочитает работать с винтажными тканями и зачем назвал марку словом «аромат».

Про прабабушкины шторы и старые ткани

Однажды дизайнер Никита Калмыков нашел запас домашнего текстиля, который много лет хранился у бабушки. Это оказались шторы, простыни и подзоры с кружевами, которые еще в двадцатых годах плела его прабабушка по эскизам своего мужа. Никита решил дать находке новую жизнь — и сшил из этих тканей коллекцию одежды. После отбеливания часть пятен и маленькие дырочки на материале остались — причем это было намеренно: «Хотелось создать близость между человеком и этой тканью». Почти все вещи получились в единственном экземпляре, а повторить можно только те, где использовались шторы с элементом в форме сердца, потому что их столько, сколько в доме было окон. «Это история про сельский дом, длинные исподние рубахи, которые люди надевали после бани или сенокоса и погружались в свою очень семейную атмосферу».

Никита основал свою марку Atelier Odor сразу после выпуска из РГУ им. А. Н. Косыгина три года назад. Параллельно стажировался в нескольких брендах в Петербурге, Москве и Берлине: делал одежду, мужскую обувь и даже спортивные вещи. Но теперь целиком занялся собственным брендом: захотелось шить необычную мужскую одежду, которой, по мнению дизайнера, отчаянно не хватает. Центральной идеей стало сочетание винтажных материалов с новыми. Последнюю коллекцию — те самые рубашки и ажурные панталоны, на которые пошли запасы прабабушкиного кружева, — показал на неделе моды в Тбилиси.

Совмещать винтажные ткани и фурнитуру с современными дизайнер решил, когда работал Берлине: там он открыл для себя маркеты со старыми тканями, барахолки и секонд-хенды. Тогда же пришло понимание важности разумного и этичного потребления. Но главное — что за старыми вещами стоит прошлое: «Мне это средство художественной выразительности показалось очень крутым — когда ты комбинируешь что-то, что уже использовалось и про что люди уже забыли, с современными тканями».

ПРО ЗАПАХИ И АССОЦИАЦИИ

Отправной точкой собственного бренда стала дипломная коллекция, тогда же пришла идея для названия — Odor — это запах, аромат: «Запахи людей, которые меня окружали, сложились в единый образ. Получилась синестезия — соединение визуального и обоняния. Не обязательно быть парфюмером и тонко различать ноты, но запахи, которые мы чувствуем, рождают прочные ассоциации — с обстановкой, ситуацией или человеком». Никита говорит, что референсы его коллекций всегда мультисенсорные: «В институте нас настраивали, что при создании коллекции нужно взять за основу очевидный образ — архитектуру, цветок, что угодно. Мне всегда это было непонятно: я не могу выдавить из себя вдохновение, глядя на какой-то предмет. Мне нужна сложившаяся атмосфера, момент жизни, в котором находишься».

Все вещи дизайнер шьет сам, от начала до конца. Во время учебы он начал делать вещи для себя, отчасти поэтому решил сосредоточиться на мужской одежде, хотя и не отрицает, что в России это трудно: «Нужно прикладывать больше сил к тому, чтобы донести концепцию до потенциального потребителя и вообще найти этого потребителя. Мне кажется, у нас мужчины закомплексованы и сильно зависят от мнения других. Нет понимания того, что никто никому ничем не обязан и должен вести себя, чувствовать и одеваться только так, как человеку хочется в данный момент, и что одежда — это просто выражение себя». Впрочем, он рад, что среди покупателей Atelier Odor немало девушек: «Для меня самое главное, чтобы эту одежду носили люди, чтобы она не висела в шкафу мертвым грузом, что моя одежда кого-то вдохновляет».

Про осознанное потребление и сохранение традиций

«Один из моделей, которых я снимал в Париже, работает менеджером в Balenciaga. И когда я его спросил: «У тебя, наверное, большая скидка, ты там уже себе все купил?», он ответил: «Зачем мне это нужно, когда я могу пойти в секонд-хенд и одеться точно так же». У нас такого нет, у нас еще есть отвращение к секонд-хендам». Никита считает, что потребители массово не готовы разделять принципы осознанного потребления. Но обучающую роль играть не хочется: «Моя одежда про другое, про что-то внутри. Все-таки люди должны сами найти эту одежду, я не хочу им ее навязывать».

С народным костюмом в его массовом понимании дизайнер тоже не хочет ассоциироваться. «В институте мне всегда была непонятна идея популяризации традиционного костюма. Нам постоянно говорили: «Вы живете в России, вам нужно вдохновляться традиционным, народным костюмом». И все, что я видел, — это были суперочевидные образы. Они не имеют ничего общего с сохранением традиций, это был какой-то цирк, карнавал — кокошники, хохлома и так далее. Я понял, что надо играть на нюансах — материалах, тканях, обработках, а не на очевидных силуэтах. Тогда наследие можно и сохранить, и очень выигрышно использовать».

Прабабушкины простыни когда-нибудь кончатся, но Никита и дальше хочет продолжить работу с винтажными тканями: «Мне важно давать новую жизнь качественным материалам и технологиям, которые сейчас не используются и забываются. Мне кажется, это очень круто, когда одежда — это не просто футболка, которая на всех футболка, а когда ее надевает человек, и сразу вокруг него образуется история. И я рад, что история, которую я придумал, трансформируется. Это как раз как запах, который каждый воспринимает абсолютно по-разному».

{"width":1200,"column_width":90,"columns_n":12,"gutter":10,"line":40}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}