Как российские дизайнеры поддерживают экологию

H&M выпускают одежду из листьев ананаса и остатков производства цитрусового сока. Vivienne Westwood направляют средства от продажи коллаборации с Burberry в пользу программы по защите тропических лесов Cool Earth. А Кристофер Рейберн делает с брендом The North Face сумки из переработанных палаток для походов. Глобальная озабоченность проблемами экологии побуждает мировые бренды перестраиваться на осознанное производство. Для дизайнеров, которые делают это наиболее быстро, эффективно и коммерчески успешно, проект Common Objective учредил специальную премию CO10 Leadership Award, в Германии открыли выставку экологичных инноваций Neonyt, а Стелла Маккартни запустила благотворительную платформу Cares Green, объединяющую пропагандистов устойчивого развития. Что в это время происходит в России? Есть ли у нас свои Вивьен Вествуд и Филиппа Кнутссон? Могут ли отечественные марки ответить западным примерам? Думаем, что да.

17 АПРЕЛЯ 2019

За последние несколько сезонов российский бренд NNedre, который уже пять лет снабжает покупателей базовыми свитшотами, платьями и брюками, расширил коллекции до шелковых комбинаций, непромокаемых тренчей и кожаных ремней. Количество регулярно выпускаемой продукции выросло в разы — под нее открыты моностудии в Москве и Петербурге, а также корнеры в магазинах-партнерах. В начале года дизайнер Нелли Недре объявила о переходе на новую, более экологичную модель: она сокращает коллекции и создает только те вещи, за которыми целенаправленно идет покупатель. К первым sustainability-попыткам NNedre в виде линейки детской одежды из остатков тканей и мешков для продуктов, выпущенных вместе с проектом Noplasticitsfantastic, добавилась коллекция трикотажных вещей, которая подходит и девушкам, и парням, а значит, уменьшает количество потребляемой одежды. «В будущем мы планируем делать небольшие распродажи тканей, которые остаются после нашего производства, а также запустить проект с художниками и дизайнерами интерьеров, которые превратят переработанные материалы в арт-объекты, — рассказывает Нелли. — Сбор пластика, который также пойдет на создание коллекции одежды с брендом go authentic, организуем в наших магазинах. И, возможно, будем собирать у покупателей ненужные вещи по принципу H&M, Uniqlo и контейнеров благотворительного магазина «Спасибо!».

NNedre

NNedre

Jeans Revision

Бирюзовые ящики «Спасибо!» можно найти в любом районе Петербурга: организаторы предлагают сдать в них ношеную одежду хорошего качества, которая в дальнейшем отправляется нуждающимся или на переработку. Джинсы с дефектами (сломанными молниями или утерянными пуговицами) у «Спасибо!» забирает новый бренд Jeans Revision: модель Наталия Осикова и ее муж Виталий Осипов делают из них жакеты, платья, фартуки и поясные сумки. По подсчетам пары, создание коллекций оставляет менее 3% отходов и сберегает до 98% от тех объемов воды и электроэнергии, которые обычно затрачиваются на джинсовых производствах. Кроме того, к процессу подключаются десятки людей с инвалидностью, которых Jeans Revision обучают распарыванию джинсов, а также кройке и шитью. «Название бренда полностью отражает нашу концепцию: мы делаем вещи только из денима, но в качестве подклада используем ситец, сатин и бязь, которые находим в винтажных и стоковых магазинах. — рассказывает Наталия. — Помимо создания новых изделий мы занимаемся апсайклингом старых: заменяем карманы и воротники, улучшаем посадку по фигуре, добавляем декоративную стежку и кружево, чтобы вещь выглядела лучше и служила дольше».

Все больше российских дизайнеров увеличивают процент безвредных для экологии тканей в производстве, а молодые бренды, на счету которых лишь пара полноценных коллекций, изначально создают условия для устойчивого развития. Vatnique, выпускающие одну модель куртки в разных вариантах (одни отсылают к образу деревенского дедушки, другие — к творчеству Эмануэля Унгаро) используют в работе винтажные и стоковые ткани. Кирилл Ступченко и Алексей Сорокин делают ватники из хлопкового сатина, изумрудного твида и шелкового жаккарда, добавляя бельгийский утеплитель Isosoft 150 из частично переработанного полиэстера и представляя каждую модель в ограниченном количестве. «Наладить экологичное производство в России сложно — у нас довольно специфичный рынок утилизации отходов. Например, в аэропортах стоят контейнеры для раздельного сбора, но мусор все равно падает в один пакет, — объясняет Кирилл. — Сейчас мы стремимся к минимизации отходов за счет особых лекал, материалов и кроя. Никаких уникальных технологий не используем — это элементарная работа головой».

Ozero, создающие купальники по названиям мировых озер (от Байкала и Востока до Малави и Неро), применяют эколайкру из переработанных материалов. Такие купальники приятны на ощупь, быстро сохнут и не выцветают на солнце, а 10% с их продаж идут в пользу организации по поддержке чистоты океана. «Наша фабрика находится на Бали — острове, где даже стаканы в барах сделаны из старых бутылок, — рассказывает дизайнер бренда Елена Чеурина. — Конечно, индонезийская культура повлияла на философию марки Ozero. Мне хотелось, чтобы она — по примеру Reformation и Stella McCartney — цепляла чем-то помимо дизайна»

В свою очередь, Corporelle, пропагандирующие отказ от поролона и косточек в нижнем белье, покупают на стоках в Италии тюль, батист и джерси из шерсти и шелка. Из них получаются почти невидимые стринги, топы и бра, которые продаются в упаковке из экологически чистых материалов (вместо пластика — бумага из переработанного хлопка!). «Некоторые изделия мы делаем из ткани cupro — в ее состав входят волокна, покрывающие семена хлопка, которые обычно выбрасываются, — объясняет идеолог бренда Ксения Реченская. — При изготовлении ткани используют минимальное количество воды, к тому же cupro обладает гипоаллергенными свойствами и подлежит 100%-ной переработке».

Ozero

Corporelle

Некоторые марки и вовсе обходятся без привычных материалов. В ход идут рекламные баннеры, ремни безопасности, строительные цепи и автомобильные камеры, которые разлагаются на свалках в течение 50–100 лет. Бренд Polyarus, поставщиками которого являются обычные шиномонтажки, делает из камер андеграундные рюкзаки, шоперы и кросс-боди. А в богатые на события сезоны марке отошли баннеры с выставки Кандинского в Русском музее и растяжки с чемпионата мира по футболу от компании adidas, из которых получились вполне себе instagrammable сумки. «Аналогов бренду Polyarus немало — взять хотя бы Freitag, которые перерабатывают тенты от фур, — рассказывает Саша Полярус. — Но сумки из камер, похожие на мои, я все же не встречала. И скоро их можно будет носить с такой же экологичной одеждой Polyarus, для пошива которой мы сейчас активно ищем материалы».

До Polyarus сумки из уличных баннеров выпустил Пушкинский музей. Растяжки, которые предваряли выставки (например, «Интерьеры бюргерского дома в Голландии эпохи расцвета») и должны были отправиться на утилизацию, превратились в кросс-боди с регулируемыми ремнями из стропы. Коллекция не только привлекла внимание к проблемам экологии, но и способствовала объединению любителей искусства: владельцы сумок из одного и того же баннера искали друг друга в соцсетях, а после вместе отправлялись на выставки.

В целом отечественная мода перестраивается на экологичное производство пока лишь частично. Бренды подчеркивают, что для полного перехода на sustainability нужно как минимум пять-семь лет и поддержка со стороны государства. Фабрики должны ставить профессиональные перерабатывающие сооружения, покупатели — не выбрасывать изделия, а отдавать их на переработку, а дизайнеры — взаимодействовать с аналитиками и экологами. Ну и запускать экологичное производство осознанно и навсегда, а не в качестве маркетингового хода, конечно.