Темы
T

Как парфюмер Алессандро Гуалтиери

вернул нам веру в нишевую парфюмерию

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":139,"y":546,"z":0,"opacity":1,"scaleX":2.25,"scaleY":2.25,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":-360}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":546,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}
{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-129,"y":542,"z":0,"opacity":1,"scaleX":2.25,"scaleY":2.25,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":-360}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":542,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}
{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":360}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":360,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

Его бэкграунд

Гуалтиери — единственный парфюмер, чье детство прошло между мясной лавкой отца и богатыми земельными угодьями деда, щедро сдобренными навозом. А его мать никогда не пользовалась духами! Он сам не раз признавался: «Я взрослел в абсолютно некреативной обстановке, меня не окружали музыка или другие виды искусства». Зато отсутствие воспоминаний о цветах или бабушкиных духах очень мотивирует создавать нечто новое и непривычное.




Парфюмерную школу он не закончил. Поработал с несколькими известными домами (например, принимал участие в создании первого и очень необычного для моды парфюма Helmut Lang), но выбрал свою дорогу. А в первых ароматах своего бренда Orto Parisi Гуалтиери все-таки обыграл навоз, которым его дедушка удобрял свой сад. Правда, вы его не почувствуете, зато у вас возникнет множество ассоциаций с садами, грядками, перепревшей листвой и дымом.


Его перформансы

Самый эксцентричный «нос» (как часто называют Гуалтиери) чаще своих коллег устраивает инсталляции, перформансы и просто «парфюмерные приемы». Зачем ему это нужно? Чтобы визуализировать запах, придать ему новую форму — и как результат продлить и расширить сферы его влияния на человека. Степень этого влияния Гуалтиери считает безграничной, но недостаточно изученной.



Первую инсталляцию он сделал в Иране и очень волновался. До этого несколько лет сотрудничал с другими художниками, но захотел попробовать самостоятельно. «Было хорошо работать с художниками: они могли предоставить визуальный элемент, а я — обеспечить аромат. Но собственная художественная выставка — это как «вылезти из бутылки», прямо и косвенно. Это мое». Формы могут быть разными. Например, расставить по городу ароматизированные блюдца, чтобы люди шли на запах: сам Алессандро называет этот прием «ольфакторным граффити». А, например, в Палермо совместно с дизайнером Франком Брюггеманном он представил инсталляцию опыленных редких деревьев, которых больше нет нигде в Европе, и на один день парфюмизировал главный фонтан. Санкт-Петербургский перформанс на «Ленфильме» был посвящен обеим маркам парфюмера, как Nasomatto, так и уже упомянутой Orto Parisi — про сельскую жизнь, навоз и сено. Гости до сих пор вспоминают толстого хряка в клетке и то, как сам маэстро въехал в павильон на лошади. А в Москве, в арт-пространстве особняка «Рихтер», он устроил антидепрессантную парфюмерно-световую инсталляцию и создал несколько арт-объектов: в частности, духи в стиле советской эпохи под названием «Красная депрессия».




Его интервью

Счастье для журналиста и праздник для читателя. В мире, где даже гениальные творцы обдумывают каждое слово, прежде чем выдать его народу, этот парень говорит первое, что приходит в голову. Не верите? Судите сами — вот примеры.


Почему нишевые духи столько стоят? Цена действительно оправданна либо это больше маркетинг?

Ерунда, полная ерунда. Некоторые из них действительно стоят своих денег, а некоторым маркам, наоборот, стоило бы еще заплатить вам за покупку.


У вас есть некий парфюмерный код, который вы вставляете в каждый свой аромат, что сразу выдает Алессандро Гуалтиери?

Прежде чем разлить парфюм по бутылочкам, я туда плюю. Один раз. Нет, серьезно, я не шучу — это очень важно.


Ваши соратники и коллеги убеждены, что вы никогда не пойдете по пути многих независимых домов и не продадите свой бренд корпорациям...

Вы хотите купить? Я продам его вам хоть завтра!





Его сущность

Гуалтиери нельзя сравнивать с коллегами — не зря очень многие начинающие парфюмеры называют его своим идеалом. Этот великолепный «нос» и гений перформанса — режиссер-постановщик, использующий скорее приемы Висконти и Пазолини, чем парфюмерных домов. А еще он настоящий рокер нишевой парфюмерии: он все делает громко и сильно. И одновременно философ.


Никакому другому парфюмеру пресса не давала столько эмоциональных определений. Парфюмерный Сальвадор Дали, Безумный Шляпник, Сумасшедший Нос, эксцентричный гений, певец анимализма…





Он не делится списком нот, не чтит каноны и не соблюдает пропорции. «Почему людям всегда нужно все объяснять? Иногда вам просто нужно это почувствовать». Кажется, что композиции приходят к нему из снов или воздуха. А еще из запахов крови, бойни, человеческого тела, галлюциногенов. Но не стоит думать, что Гуалтиери — певец наркотиков и грядок. Ему просто нравится делиться ассоциациями. Возможно, сущность загадочного «носа» лучше всего передает его парфюм Blamage, ингредиенты для которого Алессандро выбрал с завязанными глазами. 





В фильме The Nose: Seaching for Blamage Алессандро Гуалтиери путешествует по миру на мотоциклах, самолетах и автобусах, ищет честные ингредиенты (и ругает нечестные), немного рассказывает о себе и показывает то, что он ищет — не для Blamage, а всегда.


Его парфюмы

И вот она, истина. Самый первый авторский аромат Гуалтиери — Black Afgano, Nasomatto, — можно смело назвать культовым для двадцать первого века. В этом году аромат отмечает 10-летний юбилей. И это во времена, когда нишевая парфюмерия уже перестала быть запредельной мечтой. 





И Гуалтиери продолжает выпускать не менее значительные ароматы до сих пор. На гурманский аромат с запахом виски — Baraonda (Nasomatto) — Алессандро вдохновила поэма в прозе «Москва — Петушки» Венедикта Ерофеева. А последний, созданный уже для Orto Parisi, Megamare — это сотни раз звучавшая и немного поднадоевшая морская тема, в которую благодаря Гуалтиери снова влюбляются все. И каждый слышит ее по-своему. Громкие, трансгрессивные, честные — все это про ароматы, которые выпускает Алессандро Гуалтиери.





Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":120,"columns_n":10,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}
true