T

Активистка

и муза Dior:

Чимаманда Нгози Адичи

ТЕКСТ: КСЕНИЯ КРУШИНСКАЯ

В начале февраля впервые на русском языке вышло знаменитое эссе Чимаманды Нгози Адичи «We Should All Be Feminists. Дискуссия о равенстве полов», написанное по мотивам ее речи на конференции TEDx. Именно им в свое время вдохновилась Мария Грация Кьюри, создавшая для Dior футболки со слоганом We Should All Be Feminists. Но эссе не единственное достижение Адичи, а своей музой ее считает не только креативный директор Dior. Рассказываем подробнее о нигерийской писательнице, убежденной феминистке и борце против расизма.

Она родом из уважаемой

Нигерийской семьи

1

Будущая писательница родилась в Нигерии, в городе Энугу, в семье, где было шестеро детей, а родители относились к местной интеллигенции: отец Чимаманды преподавал в Нигерийском университете статистику, а мать была первой женщиной-архивариусом в истории этого учебного заведения. В этот же вуз в 17 лет поступила сама Адичи — полтора года она изучала здесь медицину и фармацевтику, а также была редактором студенческого католического журнала.



Но уже в 19 лет она — сперва в качестве студентки — эмигрировала в США, куда до этого переехала ее старшая сестра. Как признается сама Чимаманда, только попав в другую страну, она наконец «стала черной» — то есть полностью поняла, что значит быть человеком с «другим» цветом кожи. Эти переживания позднее стали основой для одной из ее знаменитых речей на конференции TEDx — «Опасность единственной точки зрения» — о тлетворном влиянии стереотипов. «Моя соседка по комнате в студенческом общежитии была шокирована, — рассказала с трибуны писательница. — Она спросила, где я так хорошо выучила английский, и очень удивилась, узнав, что в Нигерии это вообще-то государственный язык. Потом она спросила, можно ли ей послушать мою «туземную музыку», и была очень разочарована, когда я протянула ей свою кассету Мэрайи Кэри». Тема расизма стала одной из главных в творчестве Адичи с самого начала ее писательской карьеры.


Свою первую книгу она опубликовала в 20 лет


2

Дебютом Чимаманды стал поэтический сборник «Решения», который она выпустила в 1997 году, когда ей было всего 20. Но настоящее признание ей принесли сперва рассказы, а затем первый большой роман «Лиловый цветок гибискуса», выпущенный в 2003 году. И в новеллах, и в романе Адичи поднимает темы расизма, сексизма, религии, рассказывает о жизни в Африке и том, как сложно африканским эмигрантам найти себя в западном мире. В 2006 году вышла книга, которая сегодня считается визитной карточкой писательницы, — «Половина желтого солнца», роман, повествующий в том числе о событиях гражданской войны в Нигерии в конце 1960-х годов. Он получил престижную американскую литературную награду Orange Prize, а в 2014 году был экранизирован — одну из главных ролей в фильме сыграла Тэнди Ньютон. Все романы Чимаманды Нгози Адичи переведены на русский. 

Ее цитирует не только Мария Грация Кьюри, но и Бейонсе


3

Но все-таки самую широкую известность — в том числе за пределами читающего сообщества — Адичи принесла еще одна лекция на TEDx, прочитанная в декабре 2012 года. На сей раз она была озаглавлена «Мы все должны быть феминистками» (We Should All Be Feminists). Очень живым и красочным языком писательница рассказала о гендерном неравенстве в ее родной Нигерии — и в мире в целом — и о том, почему в XXI веке людям все еще нужны феминизм и борьба за гендерное равенство. На сегодняшний день видеозапись этого выступления собрала больше двух миллионов просмотров, а сама речь была выпущена в виде печатного эссе и переведена на десятки языков мира. В Швеции «Мы все должны быть феминистками» c 2015 года даже бесплатно раздают в школах девочкам-подросткам по инициативе Шведского женского лобби.

 

В 2013 году семпл из выступления Адичи включила в свой трек Flawless Бейонсе, известная своими феминистскими взглядами. Сама Чимаманда, впрочем, позднее заявила, что уважает певицу, но та — приверженка «не моего типа феминизма». 


Летом 2016-го те самые футболки принесли невероятный коммерческий успех дебютной коллекции Марии Грации Кьюри для Dior. За этим незамедлительно последовали обвинения Адичи и Кьюри в том, что они делают феминизм «попсовым». Модный дом критиковали (и критикуют сейчас) за то, что он наживается на феминистских идеях, продавая сверхдорогую одежду состоятельным и привилегированным женщинам, — тогда как, по мнению некоторых, само движение призвано в первую очередь защищать права слабых и нуждающихся. На это писательнице есть что возразить: «Конечно, та же Мария Грация Кьюри, несомненно, женщина привилегированная, — рассуждает Адичи. — Но означает ли это, что в ее жизни не существует проблем, связанных с ее гендером? Нет, потому что и в ее жизни они тоже есть. Означает ли это, что ее не возмущает гендерная несправедливость? Нет, потому что ее она тоже возмущает. Стал ли мир лучше оттого, что она использовала в коллекции этот слоган? Нет. Но благодаря ему гораздо больше людей задумались о феминизме и усомнились в правильности старого миропорядка». 

К ее мнению прислушивается Хиллари Клинтон


4

Адичи не стесняется открыто выражать свою точку зрения — даже если понимает, что далеко не все с ней согласятся. Так, в 2017 году в эфире британского телеканала Channel 4 писательница заявила, что трансженщины — не женщины в классическом понимании этого слова: «Все дело в нашем опыте… В том, как мир обращается с нами. И если вы много лет жили как мужчина и пользовались всеми положенными вам привилегиями, а потом сменили пол, мне трудно признать ваш опыт равным опыту женщины, которая была женщиной изначально и доступа к этим привилегиям не имела… Мне кажется неправильным говорить, что у трасгендерных женщин те же проблемы, что и у цисгенденрных, — это не так». Естественно, в соцсетях поднялась буря: многие обвинили писательницу в трансфобии, хотя в том же интервью Адичи неоднократно подчеркнула, что в целом поддерживает людей, сделавших переход. Трансактивистка Ракель Уиллис написала в твиттере, что спрашивать у Адичи о проблемах трансгендерных людей — это все равно, что просить Лену Данем высказаться о проблемах чернокожих: «Так это не работает. Мы можем говорить сами за себя!» — подытожила Уиллис.

В другой раз Адичи упрекнула саму Хиллари Клинтон в том, что поле «биография» в ее твиттере начинается со слова «жена». Это случилось во время публичной беседы двух женщин на литературном фестивале PEN World Voices в Нью-Йорке: «Информация в аккаунте вашего мужа не начинается со слова «муж», — заметила Адичи. На писательницу снова ополчились критики, обвинившие ее в нетерпимости и радикализме. Однако сама Клинтон после слов Адичи пообещала отредактировать информацию в соцсети — и в итоге сдержала обещание.


Как-то раз на Адичи обиделись и российские журналисты: как утверждал Telegram-канал российского L'Officiel, писательница потребовала у редакции $10 000 за комментарий для статьи о феминизме в моде. 


Она носит только одежду нигерийских дизайнеров


5

В западных модных СМИ за Адичи закрепился статус иконы стиля — и она совсем не против. Вопреки распространенным стереотипам, писательница не считает любовь к одежде чем-то недостойным настоящей интеллектуалки. «Ваша любовь к моде не обязана быть метафорой осознания множественности ваших метафизических самостей — или чем-то таким. Она вполне может быть просто любовью к моде», — говорит она. В свой Instagram, на который подписаны больше 300 тыс. человек, Адичи обожает выкладывать модные луки — фото в пестрых тюрбанах, в любимых длинных платьях с яркими принтами, часто со сложным асимметричным кроем и пышными рукавами. Под каждым снимком она всегда подписывает бренд и ставит тег #MadeInNigeria.

Да, Адичи принципиально носит только вещи, сделанные в родной Нигерии, и считает своим долгом промоутировать местных дизайнеров. Об этом — и о своих отношениях с модой и шопингом в целом — она даже написала большое эссе для Financial Times, озаглавленное «Мой модный национализм». В нем писательница объяснила, как пришла к своему решению и почему считает устоявшиеся «правила стиля» устаревшими и неподходящими для людей с темной кожей. Кстати, на тот самый показ дебютной коллекции Марии Грации Кьюри Адичи надела вовсе не Dior, а платье от своей землячки — дизайнера Ладунни Ламбо. 


Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":100,"columns_n":12,"gutter":0,"line":21}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}