Темы
T

Стиль в фильме: 

«Чародеи»

Десятого января 2020 года в Детройте скончался Константин Бомберг, режиссер нескольких детских фильмов, в том числе и наивно-фантастического мини-сериала «Приключения Электроника». Конечно, в памяти зрителей он останется прежде всего благодаря истории о взрослении кудрявого андроида в пионерском галстуке, но у режиссера Бомберга в фильмографии есть и одна взрослая киносказка — ироничные, лиричные и модные «Чародеи». О том, как создавались образы к этой картине, мы поговорили с художником по костюмам Владимиром Соковниным, для которого «Чародеи» стали дипломной работой.

Красочный двухсерийный фильм, вышедший на экраны 31 декабря 1982 года, получился гибридом волшебной сказки, новогоднего мюзикла и бытовой комедии. В начале года на экранах уже прогремел большой музыкальный хит — картина Татьяны Лиозновой «Карнавал» с Ириной Муравьевой в главной роли, так что у «Чародеев» были большие амбиции. Изначально задумывалась экранизация знаменитой книги братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу», но первый полученный от авторов сценарий режиссер забраковал и попросил написать что-то совершенно новое. В результате в «Чародеях» сохранился характерный для Стругацких юмор, говорящие названия и имена персонажей (хотя Научно-исследовательский институт чародейства и волшебства НИИЧАВО здесь сменил название на НУИНУ — Научный универсальный институт необыкновенных услуг) и ироничное смешение мотивов научной фантастики, русской народной сказки (главные герои Аленушка и Иванушка, таинственный город Китежград, снятый в Суздале) и сатиры на советскую действительность (беспринципный карьеризм и откровенное приспособленчество). Не обошлось и без влюбленных главных героев, разлученных обстоятельствами, — в исполнении Александры Яковлевой и Александра Абдулова. Атмосферу праздничного фильма в условиях сдержанных «институтских» декораций обеспечивали роскошными по советским меркам нарядами героев, как главных, так и второстепенных.

Художник Владимир Соковнин и Александра Яковлева

Эскизы к картине художника по костюмам Владимира Соковнина

Чародейка Аленушка

Когда мы впервые встречаем Алену — она «обычная» волшебница, рядовая сотрудница НУИНУ, приветливая и отзывчивая молодая девушка, которой только что сделал предложение ее возлюбленный — красавец настройщик музыкальных инструментов из Москвы. Она носит длинную косу — это прямая отсылка к ее сказочному прототипу Аленушке, но в остальном выглядит вполне современно. У нее базовый зимний наряд — слегка расклешенные джинсы (их по просьбе Яковлевой специально доставали через фарцовщиков), теплый свитер крупной вязки и пушистая белая шубка, взятая напрокат (как и многие другие вещи, например, шикарный кремовый плащ персонажа Семена Фарады) в СХКБ — Специальном художественно-конструкторском бюро, которое в 1962 году открыла прославленный советский модельер Алла Левашова (вещи там отшивались по лекалам европейских модных домов). Анекдотический элемент гардероба советского человека — высокие теплые валенки, в которых она прибегает на работу, только убеждают нас в том, что Аленушка не модница, ей важнее практичность. Единственное, что выдает героиню (а вернее, играющую ее актрису), — безупречный макияж. По рассказам коллег, Александра Яковлева — на тот момент уже прославившаяся ролью стюардессы в фильме-катастрофе Александра Митты «Экипаж», — была особенно требовательна к гримерам (а также осветителям), и большая доля съемочного времени уходила на подготовку актрисы к сценам.

В перевоплощении Алены в «настоящую» ведьму или попросту стереотипную советскую карьеристку (в порыве ревности ее заколдовывает начальница в исполнении Екатерины Васильевой) грим и прически играют ключевую роль. «В начале фильма она должна была быть Аленушкой в таком мягком, приятном состоянии, а здесь уже такая стерва откровенная», — рассказывает Владимир Соковнин. На смену косе приходят сложные укладки с объемной челкой, прически с заколками и ободками, вплетенными косами, а также куда более интенсивный макияж глаз, подчеркивающий недобрый огонек в глазах героини. Алена начинает носить более женственные и даже сексуальные наряды (обольщение она использует как способ продвижения по карьерной лестнице) — юбки миди А-силуэта с блузками и объемными топами, платки-галстуки, туфли на каблуке (их она не снимает, даже летая на метле), а в одной из сцен экспериментирует с модными в ту пору комбинезонами. «Яковлева тогда уже была суперзвездой, просила к себе особого внимания, поэтому все у нее должно было быть самое лучшее. Комбинезон был сшит специально на нее», — делится Соковнин. Уличный наряд героини тоже трансформируется — валенки заменяются на модные сапожки на танкетке, появляется шикарная меховая шапка в тон шубке. Теперь у Алены большие амбиции, и выглядеть она хочет соответствующе.


Интересно, что некоторые из вещей были взяты из личного гардероба жены Владимира Соковнина художника по костюмам Наталии Журавлевой, которая также активно участвовала в работе над фильмом. Ей принадлежал, к примеру, длинный пестрый кардиган, в котором мы видим Алену в сцене в оранжерее. А уже упомянутые сапожки, наоборот, достались после съемок самой Наталии, Владимир выкупил их для супруги: «Сапоги были сделаны специально — настоящая модельерская вещь, из ткани по типу брезента и на танкетке». Возможно, самый яркий наряд фильма — красное платье в пол с объемными рюшами, в котором Алена приходит на новогодний бал — также создавался супружеским тандемом Соковнина и Журавлевой. Вещь была сшита из шелка и окрашена аэрографом. «Наталия [Журавлева] шила такие платья на продажу, мы отдували их текстильными красками и относили в художественный салон на Октябрьской, как раз рядом с французским посольством. Больше часа они на вешалке не задерживались — сотрудники посольства тут же сметали эти платья ручной работы. По их меркам они стоили просто копейки». Платье Алены было сделано как раз в этой технике.

Иванушка

Персонаж Абдулова — простой настройщик музыкальных инструментов в московской мастерской. К невесте в морозный Китежград он приезжает в скромном свитере с высоким горлом, джинсах (скорее всего, принадлежавших самому актеру), толстом твидовом пальто и огромной бобровой шапке (на этот раз из гардероба Владимира Соковнина). Иван — совсем не чародей, а обычный советский человек, его образ специально нейтральный и неброский, все внимание отдается внешним данным самого актера, считавшегося на тот момент одним из главных красавцев отечественного кинематографа. Лишь в конце фильма он переодевается в скроенный для него мастерами НУИНУ белоснежный костюм-тройку с черной рубашкой. Для того чтобы создать знаменитую сцену с крылатой фразой «Главное, чтобы костюмчик сидел», комплектов пришлось изготовить два — сначала тот, что сидит плохо, а потом уже финальный, скроенный по фигуре Абдулова. Сегодня этот образ сравнивают с практически идентичным костюмом Джона Траволты из «Лихорадки субботнего вечера», однако Владимир Соковнин говорит, что вдохновляться им вряд ли мог: «Тогда никому не было даже известно, кто такой Траволта, мне, по крайней мере, уж точно». Белый цвет костюма был выбран в первую очередь для сцены обратного перевоплощения героини Яковлевой — магическим образом ее красное платье превращается в белоснежное.

Начальница Шемаханская и ее заместитель Сатанеев

Гардероб начальницы Аленушки Киры Анатольевны Шемаханской был составлен преимущественно из вещей, взятых напрокат в уже упомянутом СХКБ. Она элегантная и привлекательная женщина, но настолько занятая, что ее возлюбленный (которого играет Валерий Золотухин, одетый в типичный наряд интеллигента в духе Джарвиса Кокера — бархатный пиджак, бежевая рубашка, контрастный красный галстук и узкие слегка расклешенные брюки) вынужден делать ей предложение семь раз. Она носит двубортный пиджак в клеточку с заниженной талией и акцентированными плечами, приталенные платья длины миди, иногда со спортивными деталями вроде ворота на молнии — элемента родом еще из моды 1970-х. У нее строгая, компактная короткая стрижка с объемной укладкой и единственный по-настоящему выразительный акцент — густо подведенные глаза, по-видимому, намекающие нам на страстную и романтическую натуру на первый взгляд сдержанной Киры Анатольевны (достаточно вспомнить ее поцелуй с героем Золотухина).

Лишь на новогоднем балу героиня Васильевой позволяет себе выйти из привычного образа и надевает вечернее платье — характерный эклектичный наряд начала 1980-х, вдохновленный спортивной модой и современным ему пониманием восточного стиля. У него два слоя — нижняя комбинация или топ желтого цвета с декольте и верхняя часть синего цвета с паттерном и объемным лифом. Герой Валентина Гафта одновременно отрицательный и комичный персонаж, сатира на типичного функционера, и образы ему подобраны соответствующие. Весь его гардероб был сшит специально для актера по эскизам Владимира Соковнина. Чтобы показать свою готовность к переменам, в новогодний вечер он переодевается из скучного темного костюма-тройки с галстуком в фиглярский фиолетовый костюм с розовым отложным воротником, повязывает бабочку и отращивает усы. Этот наряд героя был сшит в двух версиях — один был целый, а другой, как говорит Владимир Соковнин, «треснутый» — то есть порванный для сцены, в которой герой Гафта оказывается на крыше суздальского «Турцентра».

Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":120,"columns_n":10,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}