25 ОКТЯБРЯ 2023
Bad Sex in Fiction
ФОТО:
IMAXTREE, GETTY IMAGES, АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ
Вот уже тридцать лет уважаемый британский литературный журнал Literary Review вручает премию Bad Sex in Fiction за худшее описание секса в литературе. Шорт-лист премии, в который в свое время попадали и Джонатан Литтел, и Мишель Уэльбек, ежегодно публикуется в Literary Review, и ждут его не меньше Нобеля по литературе — не в последнюю очередь из-за жутко смешных комментариев составителей. Готовя Sex Issue The Blueprint просто не мог обойти премию стороной — публикуем лучшее из «худшего» за тридцать лет и рассказываем о том, кто придумал Bad Sex in Fiction и почему сейчас ее хотят «отменить».
Bad Sex in Fiction придумали два человека — литературный критик Рода Кениг и журналист и редактор Literary Review Оберон Во. Последний, можно предполагать смело, был идейным вдохновителем всей операции — старший сын Ивлина Во, который бросил литературу из-за сравнений с великим отцом, за свою журналистскую карьеру с особым блеском (и вполне по заветам отца, чьего остроумия боялись все умевшие читать современники) успел повоевать примерно со всеми — с Эзрой Паундом, Маргарет Тэтчер, любителями фастфуда и активистами, которые пытались ограничить в правах курильщиков и любителей охоты на лис.
Как можно понять, вопросы «корректности» (как и права животных) интересовали Во в последнюю очередь, так что идея организовать премию, в которой серьезные книжные журналисты наконец-то всласть поиздеваются над писателями, кажется вполне логичной. Здесь надо отметить, что Bad Sex in Fiction (приз, кстати — 250 фунтов, почетная церемония проходит каждый декабрь) была придумана для литературы «серьезной», а не «специализированной», в манифесте премии это было отмечено отдельно — «премия не предназначена для обзора порнографической или откровенно эротической литературы» — писали Во и Кениг — «наша цель состоит не в том, чтобы вознаградить безвкусное или неквалифицированное письмо, а в том, чтобы препятствовать этому».
приз — 250 фунтов
И то, что она появилась именно в Великобритании, тоже кажется логичным — Туманный Альбион, родина викторианской морали, славился строгими «требованиями» к писателям по части употребления слова «fuck». В 1960 году тогда 21-летний Во был свидетелем знаменитого и маловменяемого судебного процесса, касавшегося романа «Любовник леди Чаттерлей» Дэвида Лоуренса (сейчас — школьная классика). Ответчиком выступало издательство Penguin Books, которое рискнуло опубликовать эротический роман 1928 года о любви «леди» и «лесника». Тогда суд, которому в помощь был выписан другой английский классик Э.М. Форстер, постановил, что роман все-таки имеет художественную ценность, но осадочек, что называется, остался. Тем более что коллеги английских защитников общественной морали из Франции, например, сложили мечи пятью годами ранее — после выхода «Лолиты» Владимира Набокова (справедливости ради стоит сказать, что в США, где «Лолиту» тогда же публиковать отказались, в 1960-х «за порнографию» пытались запрещать битников, в частности «Вопль» Аллена Гинзберга и «Голый завтрак» Уильяма Берроуза, но все эти затеи успехом не пользовались).
В общем, Bad Sex in Fiction была придумана в том числе и как ответ родным ханжам. Показательно, что премия не учитывает, насколько хорош или плох роман «в общем», а акцентирует внимание только на эротических сценах — именно так и делали цензоры прошлого. Тем удивительнее, что сейчас премию регулярно обвиняют в стигматизации секса — дескать, об этом и так сложно говорить (и писать), а тут еще и «остроумные журналисты». Надеемся, что здравый смысл и чувство юмора победят хотя бы здесь и публикуем топ-5 победителей Bad Sex in Fiction.
Топ-5 победителей Bad Sex in Fiction
Николас Ройл за «Дело сердца»
1997
«Эмброуз отогнал эту мысль и потянулся за презервативом. Ясрнин усмехнулась и корчилась на кровати, выгибая спину и издавая звук, который можно было описать как что-то среднее между выброшенным на берег тюленем и полицейской сиреной»
Анируддха Бахал за «Бункер 13»
2003
«Она снимает брюки. Ее трусики белые и полупрозрачные. Можно увидеть прилипшие к ним темные волосы. Вы задыхаетесь. „Что это?“ — и тут вы видите дизайнерскую киску. Волосы выбриты в форме свастики. Арийский знаменатель. Когда ваши руки скользят по ее спине и груди, вы начинаете чувствовать себя древним арийским военачальником. Вождь в общении со своим источником власти»
Рэйчел Джонсон за «Ад в Шире»
2008
«Руки Джейми сейчас ласкают мою грудь, и мне разрешено поцеловать его в ответ, но недолго. Он прерывается, чтобы по очереди уделить каждой груди то внимание, которого она заслуживает. Он кусает и тянет ртом, его руки находят мой куст, и он легкими пальцами порхает там, словно мотылек, застрявший в абажуре»
Роуэн Сомервилл за «Ее форму»
2010
«Подобно лепидоптерологу, вгоняющему в жесткокожее насекомое тупую булавку, он вонзил себя в нее»
Кристофер Боллен за «Разрушителей»
2017
«Йен взглянул на бильярдный треугольник из моего пениса и яичек»
SEX ISSUE ВЫПУЩЕН ПРИ ПОДДЕРЖКЕ ОНЛАЙН-КИНОТЕАТРА ОККО. СМОТРИТЕ СЕРИАЛ «СЕКС. ДО И ПОСЛЕ» ТОЛЬКО В ОККО. 18+
