Темы
T

Как и почему мужская мода становится менее маскулинной

ТЕКСТ: Антон Данилов

Одним из самых ярких нарядов «Оскара» 2019 стало черное бархатное платье-смокинг звезды сериала «Поза» Билли Портера. Журналисты заметили, что этот образ — посвящение легенде вогуинга Гектору Экстраваганзе, а сам актер объяснял, что его платье было политическим жестом. «Этот образ примечателен тем, что это не дрэг. Я не дрэг-королева, я мужчина в платье, — объяснял Портер в Vogue. — Что на самом деле означает маскулинность? Женщины каждый день носят брюки, но стоит мужчине выйти в юбке, как поднимается буря». Рассказываем, как мужская мода становится все менее маскулинной — и как эта тенденция влияет на индустрию.

Платья и юбки


20 февраля гости Миланской недели моды получили приглашение на показ Gucci в виде гипсовой маски Гермафродита. Так Алессандро Микеле намекает, что разделение на женскую и мужскую моду постепенно уходит в прошлое. Итальянский бренд — не единственный и далеко не первый, кто сегодня «роняет» гендер. Женские вещи на мужчинах не стали модной сенсацией в одночасье: Рик Оуэнс, к примеру, шьет и сам носит юбки годами. Кумир всех хайпбистов планеты Раф Симонс одевал парней в миди почти десять лет назад, а Марк Джейкобс красил губы, носил килты и прозрачные кружевные платья задолго до того, как это стало мейнстримом. Том Браун, Юн Такахаси, Жан Поль Готье, в конце концов: у каждого из них найдется по мужской юбке или платью.



RICK OWENS

Raf Simons

Undercover

В этом сезоне отметились Jil Sander, Dries Van Noten, Loewe, Comme des Garçons и даже Iceberg — гигант коммерческой моды, который в общем-то чужд модных экспериментов. Плиссированные макси появились даже на показе Louis Vuitton. Для консервативного бренда такой смелый шаг — не просто большой риск, а самая настоящая гендерная революция. Добавьте ко всем упомянутым явлениям яркий мужской макияж и получите настолько явную тенденцию, что игнорировать ее было бы просто неприлично. Это заметил даже британский GQ — некогда рупор консервативного мужского стиля — и по итогам Лондонской недели моды выпустил материал «Мужские юбки наступают?», а чуть позже — еще более прямолинейный «2019 станет годом, когда мужчины начнут носить юбки».


Главная причина модного заимствования кроется в однообразии конвенционального мужского гардероба. Мужчинам, стремящимся проявить свою индивидуальность, надоело жонглировать одними и теми же цветными носками, плетеными браслетами-фенечками и платками в кармане пиджака. Константы мужского стиля — костюм-тройка, кашемировый свитер, из-под которого белеет ворот рубашки, или, скажем, классическое бежевое пальто в сочетании с замшевыми челси — перестали быть незыблемыми. На смену идеальным костюмам пришли безразмерные худи, пестрые анораки, уродливые кроссовки и все то, за что поборники «хорошего вкуса» так не любят современную моду. Пришли — и остались: вот The New York Times провозглашает «смерть денди», попутно объявляя новую эпоху в мужской моде — fugly. Это английское выражение сложно перевести дословно, но смысл понятен: классическая мужская мода — в том виде, в каком мы все привыкли ее видеть, — приказала долго жить. 



Тренд на новую маскулинность задают знаменитые мужчины, рискнувшие надеть на красную дорожку — то есть самое безопасное для подобных экспериментов место — что-нибудь эдакое. Все тот же Билли Портер на церемонию вручения «Золотых глобусов» приезжает в усыпанной сверкающими кристаллами мантии с розовой подкладкой, а Коди Ферн — в полупрозрачной блузке и с активными смоки-айс. Главная любовь всех квир-подростков планеты Эзра Миллер и его наряды во время промотура «Фантастических тварей» уже стали мемами. Джаред Лето не прочь надеть что-нибудь из женских коллекций Gucci, Джейден Смит всей душой полюбил платья и юбки Louis Vuitton, а A$AP Rocky и Фрэнк Оушен позируют в платке, который англоязычные журналисты называют не иначе как babushka. Вывод очевиден: все самые модные парни планеты с нескрываемым удовольствием носят одежду, которая раньше считалась исключительно женской.


Jil Sander

Loewe

Билли Портер, Golden Globe

A$AP Rocky

Джейден Смит

Коди Ферн, Golden Globe

Олли Александр

Сумки


Конечно, платок на мужской голове все еще остается очень громким модным высказыванием. Зато безопасным способом попробовать новую моду могут быть сумки. Fendi выпускает мужскую версию знаковой Baguette, а Dior Homme возвращают к жизни знаменитую Saddle Bag, которая в интерпретации креативного директора мужской линии Кима Джонса становится похожей не на изящный женский аксессуар, а на пистолетную кобуру. Журналистка Анастасия Федорова в материале High Snobiety «Мужчины хотят носить женские сумки, просто они еще об этом не знают» (Men Want to Wear Purses, They Just Don’t Know It Yet) рассматривает эти и другие примеры и приходит к простому выводу: люксовым брендам очень выгодно, чтобы мужчины и дальше покупали условно «женские» сумки, ведь аксессуары — их основная статья дохода. Арифметика проста: продали вдвое больше сумок — заработали вдвое больше денег. 



«Я к таким «сумочкам» отношусь очень спокойно и не считаю, что полная интеграция стиля женских коллекций необходима в мужских, — рассказывает фэшн-директор Aizel.ru Александр Бичин. — Не думаю, что это какой-то полноценный тренд, скорее легкое увлечение некоторых дизайнеров и, как следствие, клиентов, которым нравится смешивать женские и мужские элементы одежды и аксессуаров в своих образах. Поэтому я бы не делал на эти сумки большую ставку: мода, как мы знаем, непостоянна, это веяние пройдет. И это не только в наших российских реалиях, это фактически везде. Вообще, в последнее время российские клиенты не сильно отличаются от покупателей во всем мире — ведь мы говорим о достаточно небольшом сегменте покупателей остромодных вещей. Мы в Aizel делаем ставку на такие сумки, которые будут одинаково популярны как у мужской, так и у женской аудитории: рюкзаки, сумки на пояс, сумки кросс-боди».


Fendi

Dior Homme

Обувь на каблуках


Чуть более сложные отношения у мужчин складываются с обувью на каблуках — даже несмотря на то, что каблуки исторически были частью мужского гардероба. Со временем эта связь значительно ослабла, но и сегодня отыскать обувные бренды, выпускающие туфли или ботильоны для мужчин, не так уж и трудно. Каблуки в сороковых размерах есть не только у прогрессивных молодых марок, но и у именитых обувщиков. И даже у дизайнеров с именем: в июне 2017 года Стефано Пилати представил свою версию мужских сапог на каблуке. Впрочем, вряд ли в обозримом будущем они смогут похвастаться высокими продажами, а мужчины — коллекцией шпилек. Каблуки попросту неудобны, и для того чтобы ходить на них, нужна определенная сноровка (если не сказать физическая подготовка). 



Francesco Russo

«Несмотря на то что игры с гендерными кодами являются одной из главных тем современной моды, мне кажется, как раз такие очевидные вещи, как высокие каблуки и шпильки применительно к мужчинам — не очень актуальная история, — говорит эксперт моды и руководитель направления «Мода» Школы дизайна НИУ ВШЭ Анзор Канкулов. — Высокий каблук — это что-то из области традиционного и несколько старомодного уже понимания женственности. Нынешние процессы в моде — уклон в сторону гендерной амбивалентности — как раз уходят от крайних и нарочитых символов «женственности» и «маскулинности». Вообще единственный известный мне мужчина, который носил женские высокие каблуки и выглядел круто, — это Дэвид Боуи, он так выступал на концерте в Москве. Но это была скорее провокация, и это был 1996 год. Это же, мне кажется, относится к любым вещам, которые нагружены символическим значением, включая, скажем, юбки. Традиционные коды теряют свою значимость».


Пока дизайнеры мужской обуви осваивают новую территорию, продажи обуви на каблуках падают — только за прошлый год они снизились на 12 процентов. Тем не менее удачные экземпляры находят своих покупателей. «Я купил мужские шпильки Франческо Руссо по одной-единственной причине: это красиво. Без эпатажа, блесток и вызовов, — рассказывает бренд-директор Farfetch и редакционный директор The Blueprint Александр Перепелкин. — Если бы вы их видели вживую, то тоже не оставили бы их в магазине. Но если говорить серьезно, Франческо очень тонко сделал агендерную коллекцию и для условно мужской обуви он ввел маленькие размеры, а для условно женской — большие. Мужские броги или челси давно перекочевали в женский гардероб, почему то же самое не может произойти со шпильками? Я всячески поддерживаю процесс отказа от гендерной маркированности гардероба — как минимум потому, что хочу равных прав с женщинами, которым давно достались брюки, смокинги, джинсы-бойфренды. А мужчины «закапсулировались» в своем гардеробе и последние сто лет почти никак его не меняли». 

«В обуви на шпильках я выйду на открытие весеннего балетного сезона New York City Ballet, — продолжает Александр. — Навряд ли можно сказать, что обувь на каблуках станет трендом мужской моды — ведь мы движемся в сторону комфорта, а теперь даже женщины все реже ходят на 10-сантиметровых каблуках. Я абсолютно уверен, что через несколько поколений мы окончательно избавимся от всех этих «розовый — для девочек, голубой —для мальчиков» и прочих гендерных стереотипов. Каждый будет носить то, что он хочет, в чем он чувствует себя комфортно и что соответствует его духу и настроению. При этом я считаю, что дизайнерам, конечно, еще предстоит научиться адаптировать исконно женские предметы гардероба под мужское тело».


Зачем все это нужно?


Мода на женскую одежду в мужских гардеробах закономерно отражает происходящие в обществе социокультурные изменения. В первую очередь — усталость от классической маскулинности и разносортных гендерных клише, помогающих нарисовать образ «истинного мужчины». Возможно, в обозримом будущем образ писаного мачо (в худшем смысле этого слова) не умрет — но диагноз ему уже поставили, а прогноз неутешительный. Без агонии, впрочем, не обходится: достаточно вспомнить, как аудитория Gillette отреагировала на недавний рекламный ролик марки The Best Man Can Be, создатели которого призывали мужчин отказаться от агрессии — в школе, на работе и дома.



Но не все мужчины хотят жить в патриархальных представлениях о «мужественности». Об этом очень эмоционально рассказал солист группы Years & Years и открытый гей Олли Александр на премии GQ Men of the Year. Получая награду, музыкант прочитал эмоциональную речь о том, как трудно быть мужчиной, когда в традиционные «мужские рамки» ты не вписываешься. «Наше представление о том, что есть мужчины и какими они должны быть, безнадежно устарело, — говорит он, стоя в расшитом перьями топе. — По правде говоря, оно устарело уже очень давно, и теперь мы должны его расширить. Мы должны освободить место для многих других типов мужественности. Это позволит мужчинам быть счастливыми». Зал взорвался аплодисментами. Ему вторит и герой недавней съемки The Blueprint Риналь Мухаметов. «Есть стереотипы о том, что мужчина — это человек, который не плачет, не страдает, у него все отлично, он успешный, потому что так предрешено, потому что он таким родился», — рассуждает актер.


.



Но есть и другая проблема: гендерно-нейтральная мода до сих пор преподносится исключительно как унифицированные варианты мужского гардероба. Грубо говоря, агендерность в понимании модных брендов — это одни и те же футболки, джинсы и брюки на мужчинах и женщинах, то  есть в основном вещи, которые имеют традиционно мужскую окраску. Об этом в Dazed пишет гендерно-нейтральная персона Джейми Вайли: несмотря на усилия брендов по искоренению гендерных стереотипов, в магазинах одежды все равно сохраняется выбор «мужское-женское», поэтому гендерно-нейтральные клиенты все равно вынуждены соотносить себя с определенным полом. «Я родилась женщиной, но сейчас идентифицирую себя гендерно-нейтральным человеком и ношу мужскую одежду. Так ли уж революционно [гендерно-нейтральным] людям носить брюки и приглушенные цвета? <…> Я понимаю девушек, которые не хотят носить розовое, — но на другом конце спектра, где мужчины не хотят носить конвенциональную мужскую одежду, почти ничего нет. «Гендерно нейтральный» не значит «лишенный классических признаков женственности», как полагают многие ретейлеры. Одежда для девочек создается только для девочек, но вот одежда для мальчиков может подойти всем — это очевидное модное противоречие, которое подрывает саму идею гендерфлюидности в моде. Почему платья и юбки не могут быть агендерными?» — спрашивает Джейми.

Будет ли продаваться новая 

мужская мода?


Мужчины — главная надежда индустрии моды: об этом еще в июне 2018 года рассказали Business of Fashion. Рост продаж мужской одежды значительно превышает рост женской, и в качестве одной из причин указывается ослабление гендерных стереотипов. «Это связано с тем, что мужчины уделяют больше внимания своей внешности, чему способствует рост влияния социальных сетей и смягчение дресс-кодов», — уверена консультантка по моде и красоте в консалтинговом агентстве Euromonitor Маргарита ле Роллан. Продажи костюмов в Западной Европе за период с 2012 по 2017 год упали на 700 миллионов долларов, и эту тенденцию сложно игнорировать. Теперь бренды в своих мужских коллекциях смотрят в сторону уличной моды, а классический мужской гардероб становится все менее консервативным. В качестве иллюстрации этого утверждения подойдут новые коллекции Ermenegildo Zegna, выпущенные под креативным руководством Алессандро Сартори: даже такой апологет костюмов и кашемировых пальто заигрывает с анораками, худи и другими приметами уличного стиля.



По прогнозам, рынок мужской одежды будет расти до 2022 года в среднем на два процента в год — и это действительно убедительная цифра в глобальном измерении. Да, гендерно-нейтральные платья и юбки в будущем все равно понравятся не всем, однако у мужчин должно быть право выбрать классическую тройку от сарториальных брендов Италии, шерстяной костюм от портных с Сэвил-Роу или плиссированную юбку Louis Vuitton без боязни подвергнуться осуждению. Все больше брендов работают в гендерно нейтральном секторе, в котором опираться исключительно на безразмерные футболки и прямые джинсы невозможно. Чего стоит успех молодого бренда Charles Jeffrey Loverboy: его дизайнер победил в номинации «Прорыв года» на Fashion Awards 2017, стал финалистом LVMH Prize 2018 и увез домой статуэтку как «Лучший молодой дизайнер» на премии GQ в том же году. «Исторически на протяжении XX века женщины активно заимствовали мужские вещи; мужчина же в женском — это было не про моду и не про одежду, а про кроссдрессинг, — продолжает Анзор Канкулов. — Сейчас вектор развернулся в обратную сторону — но речь идет скорее об идее общей, унифицированной базы; скажем так, если женщины присвоили себе джинсы и двубортные пиджаки из мужского гардероба, то почему бы мужчинам не попробовать приспособить что-то из женского». Эту мысль продолжает и Александр Перепелкин: «В свое время Ив Сен-Лоран довел до совершенства мужской смокинг, и я с восхищением слежу за тем, как сегодня Том Браун переконструирует под мужчину платья, юбки, каблуки, делая из них настоящие шедевры».

Модную индустрию меняют не только дизайнеры, но и байеры — то есть те, кто несет прямую ответственность за то, как вещи будут продаваться. Старший байер мужской одежды в Browns Том Шердел считает, что мир как никогда прежде готов к новой — то есть агендерной — модной концепции. «Мужская и женская одежда в наших магазинах висит на одном рейле. Это не значит, что все мужчины носят платья, но это дает им понять, что модная реальность теперь такая. <….> Теперь правил нет, теперь есть возможность экспериментировать с формами и силуэтами», — говорит он.


А в России?


В России постепенно тоже появляются дизайнеры, которые не разделяют в своей работе типично мужское и типично женское. Среди самых ярких — участник проекта «Подиум» и основатель марки Atelier Odor Никита Калмыков. В его коллекциях невинное бабушкино кружево соседствует с портупеями, а полупрозрачные мужские блузы — с виниловыми брюками. Никита говорит, что все элементы одежды когда-то были частью костюма как мужчин, так и женщин.

«Мне интересно сочетать нежность и инфантильность с очевидной брутальностью. Думаю, что лучшие дизайнерские решения всегда построены на контрастах, — объясняет Калмыков. — Кружево делает брутальное еще более брутальным, тело становится еще более мужественным, еще более щетинистым. А юбки или длинные подпоясанные рубахи, мне кажется, даже анатомически более свойственны мужчинам — не говоря о том, что они были частью мужского костюма прошлого тысячелетия». Он и сам носит стилизованные рясы, юбки и безразмерный трикотаж до колен — и говорит, что совсем не ощущает себя в них «женственно». «Конвенционально женские элементы скорее приумножают мужественность, чем ее нивелируют, — считает дизайнер. — Мужчинам все меньше нужно кому-то что-то доказывать, общепринятые гендерные роли уже не актуальны, а позже и вовсе исчезнут».







Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":90,"columns_n":12,"gutter":10,"line":40}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}