T

Оазис в пустыне

текст:

АННА РЫКОВА

Стилист и куратор курса «Стайлинг и имиджмейкинг» Британской высшей школы дизайна Анна Рыкова несколько лет назад случайно попала на Биеннале современного искусства в Дакаре — и влюбилась. В этом году мы попросили ее рассказать о самом большом смотре современного искусства в Африке, о котором незаслуженно мало знают: как он устроен, в какие галереи идти и на каких вечеринках искать Росси де Пальму.


Плюсы и минусы: масштаб экспозиции и организационный хаос


{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":10}},{"id":3,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":0.8,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

Уверена — для многих Дакар существует исключительно в связке известного авторалли Париж—Дакар, и мало кто знает, что уже на протяжении тридцати лет в бывшей столице Французской Африки проходит, возможно, самое масштабное арт-мероприятие континента Dakar Art Biennale. Я и сама открыла его в 2018 году случайно, благодаря забастовке Air France, когда была вынуждена продлить свой отпуск еще на пару дней.


Задуманный в 1989 году как Фестиваль литературы и искусства, с 1996 года биеннале полностью посвящают современному изобразительному искусству. Дакарская биеннале, в отличие от своих европейских коллег, имеет уникальную структуру: основные, или IN, и площадки вне расписания — OFF, которые в этом году распространились и за пределы Дакара: в города Сен-Луи, Чесс, Салли и другие. С 2014 года биеннале была открыта участникам с других континентов, а в 2022 году российские художники, представленные небольшой группой из Татарстана, впервые получили свое выставочное пространство.


Тема биеннале этого года на языке серер звучит как Ĩ Ndaffa, что можно перевести как «Выковать из огня» — и работы участников обращены к проблемам, касающимся не только отдельно Сенегала, но и всей Африки.


IN в этом году представлен выставками в новеньком Музее черных цивилизаций, небольшой выставкой в Гранд-театре, в Старом дворце правосудия, в Музее Теодора Монода и в павильоне у подножия Монумента африканского возрождения — знаменитой 49-метровой статуи в духе соцреализма и до боли напоминающей «Рабочего и колхозницу» на ВДНХ. Там же в первую неделю проходила и арт-ярмарка.


Старый Дворец правосудия — само по себе уникальное здание, создающее ощущение слегка заброшенного пространства, некоторые помещения которого и без экспозиций заслуживают внимания. Вспоминая прошлую доковидную биеннале, я в предвкушении первым делом отправилась туда и была несколько разочарована и масштабом представленных художников, и экспозицией в целом: было ощущение некоторой случайности, в навигации и размещении не было никакой логики. Совершенно потрясающая, слегка жутковатая инсталляция Фалли Сен Соу Rustic World, которую организаторы запихнули на второй этаж не в самый ближний зал, так бы и осталась мной незамеченной, если бы не случайный прохожий энтузиаст, сопроводивший меня до зала. За глухой черной шторкой мне открылись почти мультипликационные декорации города после или во время апокалипсиса, упакованные на шести квадратных метрах. Все, от микроскопических птичьих гнезд до жилых высоток, велосипедов, оружия — да чего только нет в этом странном месте — сделано из мусора или как мусор выглядит. Картину дополняет полумрак и крики птиц и обезьян. В моем любимом зале в этом году выставлены потрясающие текстильные инсталляции Абдулайе Конате, художника из Мали, одного из немногих классических больших имен этой биеннале. Огромные декоративные полотна, собранные из сотен сшитых лоскутов, настолько красивы и элегантны, что вопросы социополитической обстановки и проблемы окружающей среды, на которые художник обращает внимание, едва не уходят на второй план.


Темы и техники: традиционный африканский текстиль и травмы колониального прошлого


Африканский текстиль — традиционное и очень важное средство культурной и социальной коммуникации, занимает на биеннале важнейшее место. Целый этаж Музея Теодора Монода посвящен традиционному текстилю народов Африки и современным композициям художника — неожиданно оставшегося неподписанным.


В QuatroZeroHuit — молодой и многообещающей галерее дизайнера и художника Биби Сека, приложившего руку к созданию павильона Сенегала для «Дубай Экспо», и которого вы можете знать по коллекции плетеной мебели Africaba для мебельного бренда Moroso и коллаборации с IKEA (капсула с африканскими дизайнерами была выпущена компанией в 2019 году) — представлена текстильная инсталляция Touba Toubab Paris “Le Dragons” в виде огромных брошей из яркого хлопка waxprint, который в свое время был чуть ли не единственным известным видом африканской ткани в Европе и на Западе, но одежду из которого шить сейчас совсем неприлично. Жаккардовые полотна Дэмиена Эйвона выглядели очень свежими и современными. Первый этаж галереи полностью отдан марокканскому художнику из Касабланки Яссину Балбизу, который за месяц, проведенный в арт-резиденции в Сенегале, написал более 15 полотен, большинство которых и выставлены в галерее.


Арт-резиденции вообще становятся популярными и, скорее всего, к следующей биеннале работ резидентов таких хабов будет больше. Начало новой тенденции в 2019 году положил Кехинде Уайли, открывший программу Black Rock Senegal. В этом году выставка, собранная из работ художников резиденции 2019 и 2021 годов, и показанная в Культурном центре Даута Сек, стала одним из самых громких событий и самой впечатляющей по наполнению и смыслам. Вокруг выставки было накручено много разных маркетинговых событий в поддержку: от открывающих вечеринок с выступлением звезд афробитс, до закрывающего мероприятия с представлением нового, на этот раз танцевального хаба. Не обошлось и без поп-ап-стора с мерчем самого Кахинде.




Самые запоминающиеся работы и здесь были выполнены из текстиля или создавались вокруг текстиля — как, например, инсталляции Мбали Дламини, посвященные использованию индиго, наиболее часто использующемся в окрашивании тканей. Отдельного упоминания заслуживает работа Хилари Балу — скульптурная композиция из сахара, которая отсылает нас и к первым торговым отношениям с португальцами, колониальному прошлому, от которого пострадало не только Королевство Конго, откуда художник родом, но и многие другие. Африка в последнее время все смелее встает в оппозицию Европе, напоминает ей о прошлых преступлениях, дистанцируясь от ее влияния как в экономическом, так и культурном аспектах, и это, конечно, не может не находить проявления в современном искусстве.

Об этих же проблемах и фотографии фотожурналиста и резидента 2019 года Йегази Емези, выставленные в Black Rоck, о трагедии колониального периода говорит и выставка Бинты Диау в галерее Cecile Fakhoury, рассказывающая о солдатах французских колониальных войск, убитых во время Второй мировой войны при до сих пор неизвестных обстоятельствах собственными сослуживцами-французами. О ветеранах Второй мировой, о которых почти никто не знает и не говорит, и выставка в музее фотографии в Сен-Луи, и серия работ художника Моду Диенг во Дворце правосудия.


Светская жизнь: муза Альмодовара Росси де Пальма на вечеринках и концерты на крышах


OFF, отмечающий в этом году 20-летие, насчитывает около 400 площадок, многие из которых вы посетите, не составляя специальный маршрут, так как почти каждый отель или ресторан в городе и за его пределами выставляет одного или нескольких художников или фотографов. Хороший вид открывается и из окна такси — вы увидите экспонаты, выставленные на набережной Корниш — единственной дороге, соединяющей районы Вираж и Альмади с центром города.


Как и во многих других западноафриканских городах, в Дакаре одна главная дорога, которая стоит в плотной пробке с севера на юг (Вираж и Альмади в направлении к Плато) и вечером в обратную сторону. Поездка и ее организация — то еще приключение. Почти никто из таксистов не говорит ни на английском, ни на французском, а показывать им смартфон с картой —- бесполезное занятие.


Теоретически в городе работают три приложения Hitch, Yassir и Yandex Taxi — под брендом Yango, но машин никогда нет. Единственный разумный выход, который я для себя нашла, — это останавливаться сначала где-то в Альмади и смотреть все выставки там, а потом перемещаться на Плато, в центр города. Так можно сэкономить время, несколько тысяч франков, а главное — нервы. Можно, конечно, взять водителя, но тогда вы не прочувствуете весь колорит: пробки при температуре 35 градусов, отсутствие кондиционера, открытые окна, в которые тебе в лицо летит песок, принесенный ветром из Сахары. Песок в Дакаре вообще повсюду: на асфальтированных и тем более неасфальтированных улицах, на окнах и стеклянных крышах домов, на столиках уличных кафе и в инсталляциях художников.




Собираясь на биеннале в 2024 году, не ограничивайтесь основными музеями и галереями и попытайтесь посетить выставки вне расписания. Во-первых, вы увидите настоящий Дакар. Попадете на самые любопытные крыши города, где во время спонтанных или запланированных вечеринок, как, например, концерты и диджей-сеты на крыше Agance Trames — одного из главных хайлайтеров OFF, — сможете познакомиться с массой любопытных людей со всего мира. Лучше, конечно, приезжать к самому открытию биеннале или хотя бы в первую неделю, ведь именно в этот период город погружается в череду коктейлей, официальных приемов и концертов, презентаций проектов и перформансов. Но даже если вы, как я, умудрились приехать к окончанию второй недели, вы все равно имеете шансы столкнуться в галерее Sekebe Yoon с Росси де Пальмой и поболтать с ней об Имане Айиси — дизайнере, который одевал ее на Каннский кинофестиваль.



Немного полезной технической информации:



{"points":[{"id":4,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":-10}},{"id":6,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":5,"properties":{"duration":0.8,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

*

Вход свободный, аккредитацию может получить любой. Она нужна для бесплатного входа на основные площадки; на экспозиции OFF и на концерты в рамках основной программы аккредитация не нужна, вход свободный.


В Сенегале — не верьте никаким сайтам — нет малярии и желтой лихорадки.


Въезд для граждан РФ без виз (штамп в аэропорту).


В городе безопасно везде, но лучше селиться в отели или в гестхаус с круглосуточным консьержем. С названиями улиц таксисты не очень знакомы, навигаторами никто не пользуется. Иногда приходится звонить в отель, чтобы объяснить дорогу водителю.


*

*

*

{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}