T

Катя Туркина разговаривает с Мартином Парром

Аэропорт Сочи. Сочи, Россия, 2008

© Мартин Парр/ Magnum Photos

Этой весной в петербургском Манеже должна была открыться масштабная выставка «Иной взгляд. Портрет страны в объективе агентства Magnum» — о России глазами фотографов легендарного агентства. Она охватывает более полувека (с 1947 по 2020 год) фотографии и российской истории; в проекте заняты несколько десятков знаменитых фотографов. Из-за пандемии коронавируса открытие выставки пришлось отложить (дата пока неизвестна), зато в последний момент в экспозицию решили включить совсем новый проект Нанны Хайтманн — про врачей и пациентов 52-й московской больницы. А мы решили поговорить с другим участником выставки — великим Мартином Парром, и попросили сделать это его коллегу Катю Туркину: российского фотографа и контрибьютора The Blueprint, которая сейчас живет в Лондоне.

Kатя Туркина: Привет! Как дела?

Мартин Парр: Все в порядке. Ну точнее, я связан по рукам и ногам, потому что я снимаю людей и их общественную жизнь. Я не могу полноценно сейчас этим заниматься. Точнее, могу, но только в некоторой степени. Но это не одно и то же. Еще я разбираюсь в архивах, фотографирую. Но конечно, это все удручает.

Kатя: Ты говорил, что собираешься экспериментировать с телевиками (длиннофокусные объективы, позволяющие приближать удаленные объекты. — Прим. The Blueprint). Наверное, сейчас для этого самое время?

Мартин: Да, и у меня есть несколько таких фотографий. Это интересный эксперимент и странные обстоятельства.

Kатя: В Лондоне довольно много людей на улицах. Как обстоят дела в Бристоле?

Мартин: У нас не так много людей умирают в Бристоле, но и на улицах не так много всего происходит. Я думаю, это из-за того, что в Лондоне в принципе больше людей, особенно в парках. В целом, я думаю, что мог бы больше фотографировать, но как-то не идет.

Фотосессия для журнала Black Square. Модель — Галина Смирнская. Сочи, Россия, 2008

© Мартин Парр/ Magnum Photos

Kатя: У себя на сайте ты отвечаешь на кучу вопросов своих фанатов. Какой вопрос ты бы задал сам себе, если бы брал у себя интервью?

Мартин: Это нечестный вопрос. Я не знаю. Я никогда об этом не думал. Вообще, меня так не одурачишь.

Kатя: Я знаю, что это нечестно, но, может быть, есть что-то такое?

Мартин: Я не попадусь на эту удочку. Извини. Хорошая попытка. Но она не сработала. Задавай свои вопросы.

Kатя: Фотография для тебя — что-то вроде игры?

Мартин: Это гораздо больше, чем игра. Это призвание. Я как миссионер, я отношусь к этому почти религиозно. «Игра» — неверное слово.

Kатя: Тогда, может быть, одержимость? Ты рассказывал, что тебе подарили первую камеру, когда ты был маленьким. Так бывает со многими фотографами, и со мной тоже.

Мартин: Я могу принять слово «одержимость». Это подойдет. Не стану спорить.

У санатория в Сочи. Сочи, Россия, 2008

© Мартин Парр/ Magnum Photos

Kатя: У тебя будет выставка в России. Планируешь приехать на открытие?

Мартин: Никаких планов на данный момент. Но ты знаешь, мне нравится приезжать в Россию. Кстати, я не могу даже вспомнить, какие фотографии они отобрали для выставки. Я только помню, что там несколько снимков, не так много материала.

Kатя: Когда ты в последний раз был в России?

Мартин: Я был в Санкт-Петербурге лет пять назад. А до этого много раз был в Москве. Может, раз шесть.

Kатя: И как впечатления?

Мартин: Мне нравится Москва. Вообще, когда упал железный занавес, я съездил в Санкт-Петербург из Хельсинки. Это было интересно.

Kатя: Мой знакомый из одной из российских школ фотографии Photoplay рассказывал, что ты изучал Москву вместе с ним, снимая всякие вечеринки.

Мартин: Что именно он рассказывал?

Kатя: Что вы ездили на московские корпоративные вечеринки и снимали их.

Мартин: А, да! Точно! Это была веселая работа.

Kатя: Это один из моих хороших друзей. Он мне сказал, что ты позвонил и провел воркшоп. Это было замечательно. Я не могла поверить. Я подумала, что он врет, это звучало как мечта — таскаться с Мартином Парром по безумным вечеринкам!

Мартин: (Смеется.)

Kатя: Потом я увидела одну из фотографий из тех приключений в Национальной портретной галерее. Пришлось поверить.

Мартин: Это правда!

Фотосессия для журнала Black Square. Модель — Галина Смирнская. Сочи, Россия, 2008

© Мартин Парр/ Magnum Photos

Kатя: Ты выпиваешь, когда работаешь на подобных вечеринках?

Мартин: Да, я могу. Но не слишком. Может быть, пропускаю один бокальчик, чтобы легче работалось ночью. Ничего особенного, скорее, за компанию. Я же работаю. Мне нужно соображать. Мы часто работали больше, чем на одной вечеринке за ночь. С одной едем на другую, это требует сил.

Kатя: Тебе нравится что-то из русской еды? Ты пробовал что-то чисто русское?

Мартин: Я пробовал старомодные блюда эпохи коммунизма еще тогда, в начале 90-х. Ну еда в России стала намного лучше в последнее время. Но она дорогая, если вы пробуете высокую кухню.

Kатя: Ты бы отправился куда-нибудь глубже на восток, ну например, во Владивосток или еще куда-нибудь?

Мартин: Неохота пока никуда летать. В этой ситуации это кажется невозможным. И к тому же очень сложно получить российскую визу. Это настоящая боль.

Kатя: Как для меня получить британскую.

Мартин: (Снова смеется.)

Kатя: У меня есть виза фотографа, но мне на это потребовалось несколько лет и много денег. Это для каждого боль. Вообще, в глубинке в России проходит много сумасшедших вечеринок.

Мартин: Да-да, я знаю, это может быть интересно. Но пока сложно представить себе такую поездку.

Kатя: Какое место в твоей жизни занимает фэшн-фотография?

Мартин: Я могу работать в моде. За последние несколько лет я довольно много работал в фэшн-фотографии. Это интересно. Я делал фэшн-съемку в России, в Сочи, кстати. Не могу вспомнить, для какого издания… Какое-то сложное название. Я в принципе люблю морские побережья, и Сочи мне понравился, и понравились люди. Это нечто невероятное.

Из серии The Last Resort. Нью-Брайтон, Англия, 1983–85

© Мартин Парр/ Magnum Photos

Kатя: Не могу сказать, что я фанат этого города. Точнее, не люблю проводить там отпуск. Но для фотографии много колорита. Я родом из соседнего региона. У людей из тех краев особый стиль, манера одеваться и лайфстайл.

Мартин: Я бы хотел провести там больше времени, но у нас был довольно плотный график.

Kатя: Ты помнишь серию фотографий… У меня плохо с именами. Есть фотограф, который исследовал Сочи, и…

Мартин: Да. Я понял, о чем ты. Не могу вспомнить тоже его имя. Надо подумать!

Kатя: Очень хороший проект о местной культуре и певцах.

Мартин: Очень круто, что он успел это запечатлеть. Эта часть культуры как будто погибает из-за того, что сюда тоже пришла джентрификация и все становится обычным, как везде.

Kатя: Есть ли у тебя проект в уме, который ты хотел бы реализовать?

Мартин: Я с радостью возвращаюсь в те места, где я был, и это для меня всегда привлекательный проект. Но есть некоторые вещи, куда у тебя нет доступа, например, день рождения королевы. Было бы классно поснимать там. А вообще, если я хочу снимать, просто сажусь, еду и снимаю.

Kатя: Роб Хорнстра снимал ту историю в Сочи.

Мартин: Точно.

Kатя: Периодически я встречаю тебя на фэшн-вечеринках в Лондоне. Что тебя в них привлекает?

Мартин: Фэшн-люди очень интересные. Они наряжаются, они очень узнаваемы. Это всегда хороший материал. Я, кстати, работал на русских фэшн-вечеринках. Посмотри эти фотографии на сайте Magnum. Там много всего. Но мне нравится работать в разных жанрах. Документальная фотография, мода, реклама… Я не постоянен.

Kатя: То, что ты делаешь, можно назвать антропологическим исследованием?

Мартин: Я не против того, что меня немножко обвинили в увлечении антропологией.

Kатя: Так, вечеринка в честь дня рождения королевы, что еще? Есть ли что-то еще? Может быть, более достижимое?

Мартин: На самом деле нет. Я просто хочу больше фотографировать в Великобритании. Это мой самый большой проект. Я буду рад ближайшие несколько лет фотографировать только здесь. Я старею. Рано или поздно мне придется замедлиться и даже остановиться.

Kатя: А ты обращаешь внимание на свой гардероб/внешний вид, когда собираешься на модные вечеринки?

Мартин: Нет. Я безнадежен. Даже иногда забываю, во что одет.

Фотосессия для журнала Black Square. Модель — Галина Смирнская. Сочи, Россия, 2008

© Мартин Парр/ Magnum Photos

Kатя: У тебя есть любимый цвет?

Мартин: Много разных. Наверное, не выделю один. Мне нравится твой красный джемпер.

Kатя: Ты сказал, что хочешь больше работать в Британии. Но был ли у тебя период, когда ты вообще не хотел снимать?

Мартин: Нет. Мне нравится снимать. И я пойду фотографировать сразу, как мы закончим интервью. Там есть большая очередь у почтового отделения, которую мне хочется заснять.

Майнхед, Англия, 1998

© Мартин Парр/ Magnum Photos

Kатя: Только скажи, если я тебя задерживаю!

Мартин: Не переживай. Почта откроется не раньше 10. Но я надеюсь прийти заранее, чтобы все снять.

Kатя: Мне очень любопытно посмотреть, что происходит в Бристоле и как люди выстраиваются в очередь. Вообще много фотографов сделали проекты во время изоляции. Это настоящий бум, и люди начали фотографировать свою семью, снимали дома и на улице. Ты задумывался над тем, чтобы сделать проект?

Мартин: Я сделал несколько фото недалеко от дома, например. Я сделал несколько работ. Но они не сильно глубокие или основательные. Просто снимаю то, что есть.



Kатя: Раньше ты много фотографировал себя. А сейчас?

Мартин: Нет, уже перестал.

Kатя: Жаль! Мне нравится проект с обоями и прочим. Это великолепно. У меня есть младшая сестра, и ей интересно…

Мартин: Она живет в России?

Kатя: Она сейчас со мной, но так она живет в России. Она застряла в Великобритании, так как приехала на каникулы, но не смогла вернуться из-за того, что границы закрыли. Итак, вопрос от Алисы. Кем ты хотел стать, будучи ребенком?

Мартин: (Смеется.) Я начал снимать в 10–11 лет, и я не хотел быть определенным фотографом. Я просто хотел быть сам себе фотографом, без правил. Это то, что я, наверное, и сделал в итоге. Я не держал в голове образ определенного человека, кем я хотел бы стать, я просто снимал.

Kатя: Мне всегда помогала камера спрятаться и защититься от внешнего мира, например, когда я училась в меде и мне было страшно. Я знаю, что для многих фотографов это тоже в какой-то степени защита. Что ты думаешь по этому поводу?

Мартин: Для меня это предмет природного любопытства. Это то, что я действительно люблю. Не думаю, что это защищает тебя. Это повод выбраться и также попробовать обозначить свое отношение к этому миру.

Kатя: Тебе снятся сны? Я знаю, что это странный вопрос. Но я все равно хочу его задать.

Мартин: Я помню, что мне снился сон прошлой ночью, что очень необычно. Я исполнял стендап-номер, но у меня не оказалось материалов. О чем тебе это говорит? Я проснулся в легкой панике на самом деле.

Kатя: Еще один вопрос от аудитории. Мой муж интересуется… Но для начала первый вопрос, тебе нравится классический фиш энд чипс?

Мартин: Да, безусловно, я часто об этом упоминаю. Хотелось бы сейчас отведать фиш энд чипс. Давно не ел (смеется).

Kатя: Где самый лучший фиш энд чипс?

Мартин: Тебе нужно в Уитби на йоркширское побережье. Вот там вкусно!

Kатя: Кстати, какое в Британии у тебя любимое побережье?

Мартин: На самом деле мне все они нравятся. Я в принципе люблю пляжи. Мне нравится Южный Уэльс. Люблю Йоркшир, мне нравятся Уэльс, Дорсет.



Kатя: Это правда, что люди с юга и севера Британии отличаются? Я иностранка, для меня это не родная страна. Немного наивный вопрос.

Мартин: Я много лет жил на севере Англии. Он приветливее. Юг роскошнее, богаче, конечно, но не такой дружелюбный, как север.

Kатя: Я очень хочу поехать в Блэкпул. Ты когда-нибудь фотографировал в Блэкпуле?

Мартин: Да. Я также снимал [документальный] фильм в Блэкпуле. Это то места, куда хочется возвращаться снова и снова. Много лет там не был.

Kатя: Ты никогда не думал снять художественный фильм?

Мартин: Я думал об этом, даже пытался представить, как я могу это снять. Но знаешь, это занимает очень много времени. Поэтому больше не буду снимать видео. И у меня нет достаточного режиссерского опыта. Да и я заржавел. Мода немного похожа в какой-то степени по подходу: это реальность и постановка одновременно. Вообще, я стараюсь снимать моду не так, как моду. Я работаю с документалистикой, и мне даже не интересно думать о постановке сюжетов или создании героев, так что фильма не будет.

Kатя: Твоя работа вдохновила много фотографов. Где проходит граница между кражей и отсылкой. Когда отсылка становится кражей?

Мартин: Я принимаю то, что люди вдохновляются тем, что я делаю. Мне это очень льстит в первую очередь. Думаю, что мы все крадем. Я ничего не имею против кражи идей и людей, которые присваивают их. Я надеюсь, люди так же относятся и к тому, что я делаю.

Kатя: Очень щедро с твоей стороны. А ты сам когда-нибудь испытывал чувство зависти к чьей-либо работе?

Мартин: Если честно, я очень доволен всем, что со мной происходит. Безусловно, у нас у всех есть амбиции. Я очень доволен тем, что делаю свою работу хорошо. У меня были фантастические моменты за время моей карьеры фотографа. Поэтому не могу жаловаться и не завидую.

Kатя: Какой твой самый любимый проект?

Мартин: Если нужно выбрать один, то это «Последний курорт», который я снимал много лет назад. Это моя самая известная работа.

Из серии The Last Resort. Нью-Брайтон, Англия, 1983–85

© Мартин Парр/ Magnum Photos

Kатя: Что тебе нравится в ней?

Мартин: Это первый проект в цвете. Это было потрясающее время. Я был молод, амбициозен, голоден. И казалось, что все получится.

Kатя: И все получилось! Ты не боялся подходить к этим людям?

Мартин: Нет. Люди были приветливыми. Поэтому все легко прошло.

Kатя: Страх может разрушить работу?

Мартин: Я думаю, что страх и некоторое отсутствие навыков помогает.

Kатя: Я знаю, что ты много преподаешь.

Мартин: Не много. Практически нет. Но я посещаю школы, периодически отсматриваю дипломные и текущие проекты.

Kатя: Что бы ты сказал фотографам из России?

Мартин: (Закатывает глаза.) Не только из России. Я бы всем сказал найти предмет, который вас интересует, и вложить ваше особое отношение в этот проект, и все у вас получится.

Kатя: Ты знаешь, почему я заговорила про русских фотографов? У нас только недавно начали появляться фотошколы и индустрия стала развиваться. До этого все было странно. Люди не знали, что делать. Сейчас становится все интереснее. Но суть в том, что молодые авторы много копируют. Они как будто не могут создать свою идентичность и позволить себе быть собой.

Мартин: Эти люди потерпят неудачу.

Kатя: Мне очень понравилось интервью в YouTube, где у тебя спрашивают про программный режим (режим P у цифровых камер, когда камера просчитывает все значения, а пользователь устанавливает только светочувствительность, полуавтоматический любительский режим. — Прим. The Blueprint) и где ты сказал, что это самое лучшее, что можно сейчас использовать в работе. Вернешься ли ты когда-нибудь к пленке?

Мартин: К пленке? Нет-нет. Да и почему? Ведь цифровая съемка намного проще. И цифра спасает в сложных ситуациях, ночью, когда настройки довольно сложно просчитать. Ты получаешь 500 фото на карту. Потом загружаешь в компьютер и редактируешь, а потом распечатываешь те, что тебе нравятся. И уже потом отбираешь финальное фото из распечатанных. И все. Это очень быстро. Даже мгновенно, если кадры хорошо получились. Когда я снимал 6х7, мне нужно было менять пленку каждый раз, как я делал снимок. В общем, я никогда больше не вернусь к пленке.

Kатя: То есть ты теперь настоящий современный цифровой фотограф.

Мартин: Как скажешь (смеется). Мне нужно бежать через минуту, кстати. Нужно собираться на почту.

Kатя: Давай, была рада провести свое утро с тобой. Большое спасибо.

Мартин: Пока-пока.

Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":120,"columns_n":10,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}