Темы
T

Зачем идти на выставку «Импрессионизм и испанское искусство»

10 октября в Музее русского импрессионизма откроется выставка «Импрессионизм и испанское искусство». В России в первый раз будут представлены картины восемнадцати испанских художников, так или иначе имевших отношение к импрессионизму. Рассказываем, на чьи работы стоит обратить особенное внимание.

Жоаким Мир, «Сан-Женис-делс-Агудельс», 1898. Музей модернизма, Барселона

Художники, чьи работы можно будет увидеть на выставке «Импрессионизм и испанское искусство», — не всегда импрессионисты в полном смысле этого слова. Одни из них никогда себя частью этого течения не считали, другие лишь пробовали себя в нем, пока жили и учились в Париже, а третьи были, скорее, предвозвестниками импрессионизма, нежели его апостолами. Куратор проекта, доктор новейшей истории Барселонского университета Франсеск Фонбона вообще не сравнивает испанское искусство рубежа XIX–XX веков с французским — они слишком непохожи, — а ищет интересные пересечения. Начинаются эти пересечения, между прочим, куда раньше — с XVII века и Диего Веласкеса. Самый известный представитель золотого века испанской живописи спустя пару сотен лет стал кумиром в том числе и для импрессионистов. «Импрессионист — это Веласкес», — говорил про художника шведский живописец Андерс Цорн, чьи современники вдохновлялись умением Диего запечатлеть свет и мгновение. Но и испанские художники, в свою очередь, вдохновлялись французскими импрессионистами, пересекались с ними в жизни, участвовали в одних выставках. Именно таким взаимосвязям и посвящена экспозиция, которая откроется в музее 10 октября. Мария Мороз — координатор проекта — выбрала из восемнадцати представленных здесь мастеров шестерых, на которых стоит обратить внимание в первую очередь.

Мариано Фортуни в Испании считается предтечей импрессионизма. Еще в юности он часто работал на природе, в технике короткого, пастозного мазка, дополняя живопись светом и тенью. Далее художник отказался от черного в изображении теней, стал обращать все больше внимания на мгновенность события и световые эффекты. По контракту с французским арт-дилером Адольфом Гупилем он был обязан писать картины на определенные сюжеты, но иногда ему удавалось писать полотна на свой вкус, для себя, а не для продажи. В 1875 году после смерти художника его работы были показаны в Париже, и многие отметили, как интересно он изображал свет и солнце. Вскоре художники-импрессионисты станут использовать синий и фиолетовый для изображения тени и все больше будут обращать внимание на солнечные пейзажи. Кто знает, случайно ли это совпадение?


Обратите внимание на картину «Улица Гранателло в Портичи» 1874 года, написанную в последний год жизни художника. Здесь залитые солнечным светом стены и «светящиеся» белые ворота контрастируют с погруженной в тень дорогой.


Особенный эффект свечения достигнут благодаря тому, что белый грунт доски проступает сквозь краску, как бы подсвечивая картину изнутри.

Мариано Фортуни, «Улица Гранателло в Портичи», 1874. Собрание Виды—Муньос, Альмерия

Мариано Фортуни, «Пейзаж Портичи», 1874. Национальный Музей Искусства Каталонии, Барселона

Художники Рамон Касас и Сантьяго Русиньоль связаны с импрессионизмом уже иначе. В Париж они попали вместе, еще не достигнув двадцатилетия, сняли на двоих одну мастерскую, подружились с Эриком Сати, который позже напишет в Париже известную на весь мир «Гимнопедию», и полностью ассимилировались во французской столице. Двое каталонцев в итоге стали важными участниками местной художественной жизни. Так Русиньоль на некоторое время занял место в ряду настоящих французских импрессионистов, доказательством чему служит его участие в их седьмой выставке. А будущий лидер испанского модернизма Касас вдохновенно писал вечные парижские сюжеты — мельницу Мулен-де-ла-Галетт, Монмартр, Сакре-Кер.

Сантьяго Русиньоль, «Эрик Сати, играющий на фисгармонии», 1891. Частное собрание, Барселона

Рамон Казас, «Монмартр», Ок. 1890–1891. Библиотека-музей Виктора Балагера

Родившийся в Астурии Дарио де Регойос в юности был учеником испано-бельгийского художника Карлоса де Аэса, позже общался с импрессионистами, дружил с Полем Синьяком и Камилем Писсарро и даже стал участником «Двадцатки» — объединения бельгийских художников, которые занимались новыми направлениями в искусстве, в том числе импрессионизмом. Вдохновленный участием Жоржа Сера в салоне «Двадцатки» 1887 года, де Регойос становится поклонником пуантилизма, пишет в этой манере рыбаков, воду, горы, набережные. Перед нами пример прямого влияния французского импрессионизма и постимпрессионизма на испанского художника. Хорошим примером его работы в манере пуантилизма служит картина «Сети» — художник здесь с помощью точечного мазка смог передать все складки рыбацкой сети, разлетающейся на ветру, сквозь нее зритель и рассматривает морской пейзаж, словно сквозь необычный фильтр.

Дарио де Регойос, «Сети», 1893. Частная коллекция, Мадрид

Хоакина Соролью прозвали люминистом, поскольку его полотна наполнены ярким светом, непривычным для сумрачной испанской живописи. Его работы, как и работы многих французских импрессионистов, отличались фотографическим взглядом — кажется, словно герои картин проходят мимо фотокамеры и мельком смотрят в нее или просто проплывают мимо — в своих роскошных нарядах, на фоне лазурного моря. К фотографии художник и в самом деле относился очень внимательно — он собрал целую коллекцию старинных и современных снимков, которая хранится по сей день в его Доме-музее в Мадриде. Возможно, именно с этим связано то, что фигуры на его картинах более натуралистичные, а линии более четкие, чем это принято у импрессионистов.

Хоакин Соролья, «Купание на пляже», 1908. Музей Королевской академии изящных искусств Сан-Фернандо, Мадрид

Еще один яркий представитель испанского искусства рубежа веков — Адольфо Гиард. Отучившись и в Бильбао, и в Барселоне, и в Париже, он в итоге стал пионером импрессионизма в Стране Басков. В Париже он познакомился с Эдгаром Дега, который повлиял на его художественный метод. Проработав полученный во Франции опыт, Гиард начал писать на пленэре, стал обращать внимание на движения персонажей, на «впечатление» от сиюминутного света, ветра, теней. Это хорошо видно в работе «Белошвейки в парке» (1884–1885), представленной на выставке в Музее русского импрессионизма — бирюзовая гладь воды, ловкие движения рук героинь, ветер, качающий ветки деревьев.

Адольфо Гиард, «Белошвейки в парке», 1884–1885. Корпоративная коллекция Ибердрола, Бильбао

Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":90,"columns_n":12,"gutter":10,"line":40}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}