T

(Псевдо)история на экранах и подиумах

В последние годы, говоря о модных источниках вдохновения, мы обращаемся не только к близкому XX веку, но и к куда более ранним эпохам, запросто откатываясь и на пару веков назад, и в Средневековье. Второй сезон хита Netflix «Бриджертонов», премьера которого состоялась совсем недавно, только подливает масла в огонь. Алена Важенина уже посмотрела несколько серий и решила разобраться — отчего мы так скучаем по корсетам и кринолинам.


ИСТОРИЯ И МОДА НА ЭКРАНАХ


25 марта вышел второй сезон сериала «Бриджертоны». Волноваться за его успех как будто не приходится — создатели проекта настолько в нем были уверены (еще бы: первые восемь серий стали в свое время абсолютными рекордсменами по просмотрам на Netflix), что заранее продлили сериал и на третий, и на четвертый сезоны. Над шоу, рассказывающим об английских аристократах альтернативной эпохи Регентства, продолжили работать те же шоураннеры и сценаристы, однако несколько существенных изменений в съемочной группе все же произошло. Речь не только об уходе полюбившегося многим актера Реге-Жан Пейджа (герцога Гастингса), но и о переменах в художественном цеху — так, за костюмы экранных аристократов теперь отвечает Софи Канале. Последней придется побороться за любовь зрителей не меньше, чем новым героям, ведь своей популярностью «Бриджертоны» во многом обязаны ее предшественнице, Эллен Мирожник. Созданные под ее руководством 7500 вещей так и не удостоились наград (только номинации на «Эмми»), зато оставили заметный отпечаток в поп-культуре.

Согласно отчету Lyst, только за первый месяц после премьеры первого сезона (напомним, она состоялась в декабре 2020 года) число поисковых запросов интернет-пользователей, которые искали корсеты, выросли на 123%. Искали еще и платья в стиле ампир, в которых ходит вся женская половина семьи Бриджертон, — число подобных запросов возросло на 93%. Эти солидные показатели платформа оформила в отдельный тренд, окрестив его Regencycore (ответвление от более общего направления Royalcore). Спустя год оно не утратило своего влияния: издание WWD, подводя итоги 2021-го и ссылаясь на тот же Lyst, упомянуло Regencycore как один их важнейших феноменов года. «Сериалы Netflix определяли модные тенденции больше, чем любой подиум», — заявил тогда портал. Это правда: модные издания долго пестрели подборками в духе «N платьев в стиле Бриджертонов», визажистка Пэт Макграт выпустила посвященную проекту коллекцию косметики, люди скупали бархатные блейзеры, чтобы нарядиться в мужских персонажей сериала на Хеллоуин, и снимали тиктоки, где под саундтрек сериала позировали в образах персонажей женских.



«БРИДЖЕРТОНЫ»

«ВЕЛИКАЯ»

«ПОЗОЛОЧЕННЫЙ ВЕК»

Из сотен миллионов человек, которые посмотрели сериал, конечно, нашлись и те, что не слишком высоко оценили работу Эллен Мирожник. Споры, как водится, вызвала историческая достоверность образов. Например, усомниться искушенных зрителей заставили и слишком яркие, почти что кислотные цвета платьев семьи Фэзерингтон, и «абсурдно высокие талии», и даже чрезмерная жесткость корсетов, не свойственная, как утверждалось, 1810-м годам. Впрочем, ответы на все свои вопросы придирчивая публика могла легко найти в интервью с художником по костюмам. «Мы держали в голове мысль, что результат должен получиться вдохновляющим — необязательно исторически верным», — заявила Мирожник в разговоре с Vogue еще до премьеры сериала. При работе над «Бриджертонами» она вдохновлялась архивами дома Dior (в частности, выставкой Christian Dior: Designer of Dreams в Музее Виктории и Альберта) и ориентировалась на характеры персонажей. А вот муслиновые платья и шляпы, в большей степени соответствующие исторической правде (свою работу Эллен, конечно, начала с изучения живописи того времени), казались ей и другим создателям сериала «вялыми»: на них художница просто наложила табу.


Этим же заветам (за исключением разве что запрета на шляпы) следовала и занявшая ее место Софи Канале. Для нового сезона под ее руководством было создано около 700 новых костюмов — по задумке, еще больше раскрывающих характеры персонажей, а значит, как минимум столь же далеких от истинного облика лондонской аристократии 1810-х годов. Например, образы для нововведенной семьи Шарма она придумывала с оглядкой на традиционный индийский костюм. И понятно, что платья в стиле ампир, выполненные из индийских тканей и украшенные индийской вышивкой, — это абсолютная фантазия авторов сериала.


Исторической точности по части костюмов вы не увидите и в других проектах, нашедших большой отклик у аудитории и сделавших свой вклад в популярность стиля Royalcore. Ни в относительно новых — «‎Великой» (2020–2021), «‎Позолоченном веке» (2022) и «Фаворитке» (2018), — ни в более ранних, например, «Золотом веке» (2007) и «Марии-Антуанетте» (2006). Более того, как утверждают опытные художники по костюмам, образы, полностью соответствующие правде, понравились бы нам куда меньше. Поэтому позволять себе вольности при работе над историческими костюмами, превращая их именно в псевдоисторические, — можно сказать, обязанность хорошего специалиста.


«Это не вольность в значении небрежность, а вольность в значении художественность, — поясняет художник по костюмам Татьяна Долматовская (фильмы „Лето“, „Родина“, „Псих“; принимала участие в съемках „Анны Карениной“ Джо Райта). — И дело здесь не в приукрашивании. Важно передать настроение и эмоцию, а какие для этого используются средства — дело художника. Но, конечно же, нужно знать правила, которые ты нарушаешь, и знать, зачем ты это делаешь. Хороший художник — это тот, кто, зная эпоху, остается внутри нее художником со своим видением, а не реконструктором». С этим согласна и Ирина Жигмунд, художник по костюмам (фильмы «Дом Солнца», «Брак по завещанию», «Великие авантюристы»), создательница блога «Кино и образ» и собственной «Образ-студии». «Перед художником никогда не стоит задача воссоздать аутентичные костюмы, даже если речь об исторических проектах, — говорит она. — Фильмы или сериалы — это художественные произведения, которые создаются по определенному канону. Суть костюма в том, чтобы раскрыть характер персонажа, чтобы двигать повествование. Уже в первые пять минут зрителям должно быть понятно, что перед ними за герой — какой у него статус, материальное положение. Просто повторить аутентичный костюм недостаточно. Обязательно должно быть переосмысление».


«МАРИЯ-АНТУАНЕТТА»

«ФАВОРИТКА»

Кроме того, такой «вольный» подход к интерпретации исторических костюмов нередко выручает художников и при ограниченных бюджетах. Так было, например, с «Фавориткой» — работу с костюмами, которую проделала здесь Сэнди Пауэлл в условиях довольно скромной сметы, отмечают и Долматовская, и Жигмунд. Самое оригинальное решение Пауэлл — использовать старые джинсы из комиссионных магазинов для создания костюмов кухонной прислуги: разные оттенки тканей, изношенных в разных местах, отлично вписались в рабочую одежду. Стоит ли говорить, что во времена, когда разворачивались события фильма, джинсов не было и в помине? Вряд ли те, кто номинировал художницу на «Оскар», просто упустили это из виду. Думается, напротив, отметили этот остроумный трюк.


Поэтому и образы в «Бриджертонах» Ирина Жигмунд, например, оценивает высоко: «Если костюмы действительно зацепили, поклонники хотят повторять стиль персонажей, значит, проведена очень хорошая, точная работа».


«ФАВОРИТКА»

НАШ ОТВЕТ «БРИДЖЕРТОНАМ»?


В России костюмированные драмы — тоже важнейшая часть индустрии. В частности, довольно дорогостоящие исторические проекты часто транслируют федеральные каналы: многие помнят и знают, например, «Бедную Настю» (2003–2004), «Екатерину» (2014–2019), «Годунова» (2018–2019). Читая интервью с их художниками по костюмам, понимаешь: работа идет серьезная. Например, Сергей Онипенко и Сергей Воробьев, отвечавшие за образы в сериале «Екатерина», глубоко погружались и без устали колесили по Петербургу в поисках исторических и этнографических подсказок. Однако результат этих стараний тоже удовлетворяет далеко не всех. Критика усиливается, поскольку события касаются истории России, — более близкой и знакомой нашему зрителю, чем, скажем, Англия эпохи Регентства.


Так, популярные российские сериалы не может положительно оценивать хранитель коллекции костюма Государственного Эрмитажа Нина Тарасова. И если непереносимость исторических неточностей (в той же «Бедной Насте» или в «Екатерине») она списывает на профессиональный снобизм, то сам внешний вид костюмов не удовлетворяет ее просто как зрителя. «Бывает и так, что вроде костюмы хороши сами по себе, но то, как они сидят, как „морщится“ спинка, как скроен рукав или в каком порядке закреплены награды и специальные знаки (шифры, ключи и так далее), делает дальнейший просмотр фильма для меня невозможным». При этом зарубежные исторические сериалы, признается Тарасова, она смотрит с интересом. «Только если они не имеют отношения к России. Вот уж где встречаешься с „развесистой клюквой“! Зато по части своих костюмов они весьма щепетильны и точны даже в мельчайших деталях», — говорит она.


«БЕДНАЯ НАСТЯ»

«ЕКАТЕРИНА»

Почему нам может не нравиться сам вид костюмов в российских сериалах, хорошо объясняет Ирина Жигмунд. «Проблема в том, как эти сериалы снимают, — говорит она. — Исторический костюм требует определенного освещения. Мы с вами воспринимаем исторический костюм через картины Гейнсборо, да Винчи и других художников — а все они придавали большое значение свету. У „Екатерины“ проблема в том, что выставлен очень плоский свет. Например, бальная сцена происходит при свечах, но все залито светом, при котором вылезает фактура, костюм кажется неубедительным. Он может быть прекрасен сам по себе, но без правильного света возникает ощущение фальшивости». Винить в этом художников по костюмам или осветителей Ирина отнюдь не предлагает. По ее словам, часто подобная работа со светом — следствие требований заказчика. «Как-то я работала над детективным сериалом, с нами сотрудничал пожилой опытный оператор. Он выставил свет, очень подходящий одной из сцен, — было довольно темно, страшно, тревожно. Но когда это показали продюсеру, он сказал, что канал это не примет, и вернул сцену как брак. Так что тут не то чтобы плохой осветитель или оператор. Это всеобщая тенденция нашего телевидения».


Поэтому судить о работе отечественных художников по костюмам сполна можно по тем проектам, где у съемочной группы была возможность творить более свободно. В частности, Ирина Жигмунд предлагает обратить внимание на фильмы и сериалы, созданные при участии Дмитрия Андреева. Например, он отвечал за костюмы в фильме Кончаловского «Грех» (2019), рассказывающем о жизни Микеланджело, и мужские образы в сериале «Вертинский» (2021). За наряды главных героинь, к слову, здесь отвечала Светлана Тегин. При работе над сериалом дизайнер, для которой этот проект стал дебютом в кино, консультировалась с писателем-историком Джоном Шемякиным, пересматривала фильмы с участием Веры Холодной и Марлен Дитрих (ключевых героинь сериала), читала воспоминания о них. Опираясь на пожелания режиссера Авдотьи Смирновой, Светлана старалась быть максимально правдивой в деталях, а потому охотилась за антикварными украшениями по барахолкам и дизайнерским выставкам по всему миру. Так, например, декоративную бижутерию в стиле 1920–1950-х годов ей, с подсказки историка моды Александра Васильева, удалось найти в Париже, а винтажные украшения и редкую обувь — в Венеции.


Скорее всего, в ближайшее время нас ждет новый виток интереса российских кинопроизводителей к историческому и псевдоисторическому кино — причем со стороны как государственных, так и независимых авторов. «Сейчас это станет чуть ли ни единственным способом говорить о важном и наболевшем, — говорит Татьяна Долматовская. — И если еще недавно было популярным помещать сюжет классического романа в современность, то сейчас будет наоборот». И поскольку каждый будет заинтересован в том, чтобы перетянуть зрителя на свою сторону (а значит, сделать ярче, лучше, интереснее), возможно, стоит ожидать и более внимательного подхода к костюмам. Но это, как мы понимаем, неточно.


Зарубежные же продюсеры, глядя на успех «Бриджертонов» и других подобных проектов, очевидно, продолжают ковать железо, пока горячо. В январе уже успел прогреметь новый исторический сериал от HBO «Позолоченный век», в марте на большие экраны вышла вторая по счету историческая драма «Аббатство Даунтон», продолжающая одноименный 6-сезонный сериал. Не исключено, что все больше проектов будут создаваться с прицелом на «Оскар» — ведь костюмированные драмы, как мы видим, там сейчас в принципе в почете.


«ГРЕХ»

«ВЕРТИНСКИЙ»

история
на подиумах

С тех пор как мировые стриминговые сервисы стали активно работать с событиями многовековой давности, исторический костюм стал проникать и в новые (и что важно, в ready-to-wear) коллекции модных домов. Пожалуй, активнее всех с этой темой сейчас работает Николя Жескьер — еще в марте 2020-го креативный директор Louis Vuitton устроил показ под живой хор из 200 певцов, каждого из которых нарядил в исторические костюмы разных эпох — от XV века до 1950-х годов (к слову, в этом ему помогала художник по костюмам Милена Канонеро, известная в том числе своими работами для фильмов Стэнли Кубрика). С тех пор история не отпускала Жескьера. Спустя год он пригласил зрителей на шоу в античный зал Лувра и представил коллекцию, вдохновленную древнегреческими и римскими образами. А еще через полтора года устроил показ, который назвал «грандиозным балом времени». Он тоже прошел в Лувре, на этот раз в пассаже Ришелье, украшенном десятками антикварных люстр; на импровизированном подиуме появились платья и юбки с панье (тоже напоминающие старинные люстры), жакеты-болеро, жилеты в гусарском стиле и рубашки с жабо — зарифмованные то с очками — маскарадными масками, то с джинсами.


Louis Vuitton, осень-зима 2020

Louis Vuitton, осень-зима 2021

Обращаются к элементам исторического костюма и другие дизайнеры — менее концентрированно, но зато стабильно. Кринолиновые платья закрывают осенне-зимний показ Acne Studios, пышные бальные наряды из тюля — шоу Off-White, юбки с панье становятся неотъемлемой частью коллекций Collina Strada. Головные уборы теперь все чаще напоминают рыцарские шлемы (как, например, на последних показах Erdem и Raf Simons), а высокие аристократические перчатки дополняют не только романтичные образы, как у Simone Rocha или Rokh, но и повседневные — с джинсами (как было на шоу MM6 Maison Margiela SS22) или трикотажем (как на показе Jil Sander FW22).


Но особенную страсть модные дома выказывают сейчас к корсету. В этом мы еще раз убедились во время показов осень—зима 2022. Versace, Balmain, Gucci, Fendi, Christian Dior, Dion Lee — лишь малая часть брендов, которые включили в свои новые коллекции корсеты; причем вшили их не только в платья и топы, но и корсетные рубашки, жакеты и даже пуховики. Конечно, не все из дизайнеров вдохновлялись прошлым, кто-то, напротив, как будто фантазировал о будущем — как, например, Оливье Рустен и Мария Грация Кьюри, которые показали образы с корсетами, граничащие с научной фантастикой. Сути это не меняет: сегодня домам вновь особенно интересно переосмыслять предмет, придуманный более 500 лет назад.


Louis Vuitton, весна-лето 2022

dior, осень-зима 2022

balmain, осень-зима 2022

erdem, осень-зима 2022

acne studios, осень-зима 2022

GUCCI, осень-зима 2020

fendi, осень-зима 2022

Локальные дизайнеры тоже берутся за эту задачу. Например, стилист-дизайнер из Санкт-Петербурга Полина Апреликова, которая последние три года создает корсеты и корсетные платья из гобеленов для своего бренда Aprelikova. С 2020 года она заметила повышенный спрос на свои изделия. С тех пор, по ее словам, интерес клиентов не утихает; меняются только формы, длины, материалы и стилизация вещей. Влияние исторических фильмов Апреликова в этом видит и, более того, признается: сама тоже вдохновляется именно костюмированными сериалами. «Моя любовь — это „Великая“, очень милый, ироничный и вдохновляющий сериал, — говорит дизайнер. — В нем я подсмотрела для себя пару идей для корсетов и платьев, ведь работа с костюмами там проведена колоссальная! В них также чувствуется ирония, современность и характеры каждого из героев. Меня очень сильно поразил „беременный“ корсет Екатерины и роскошное черное платье в цветок ее матери во втором сезоне. Еще из любимых, но не очень новых фильмов — „Фаворитка“ и засмотренный мною „Золотой век“ с Кейт Бланшетт. Это неисчерпаемый источник вдохновения и визуального удовольствия».

Всплеск интереса к исторической моде отмечают и в российском бренде свадебной моды EDEM Couture. Несмотря на то что корсетные платья всегда были их ходовым товаром, один показательный случай Михаил Хмелев из PR-департамента бренда все-таки называет. «В 2019 году на неделе моды в Нью-Йорке мы представили коллекцию, вдохновленную эпохой Возрождения, — рассказывает Михаил. — В нее были включены все характерные элементы того времени: накрахмаленные воротники, двойные корсеты, объемные рукава, перчатки с кружевными манжетами и так далее. Коллекция стала одной из самых коммерчески успешных в истории дома и пользуется большим спросом до сих пор. В образах из этой коллекции выходили замуж Ксения Собчак и Светлана Бондарчук».

APRELIKOVA

EDEM COUTURE

EDEM COUTURE

И к слову о звездах. Да, о готовности затягиваться в корсеты заявляют не только обычные зрители популярных сериалов, но и селебрити А-листа — от Оливии Родриго до Билли Айлиш (!). А некоторые и вовсе не прочь воссоздавать исторические костюмы целиком. Взгляните, например, на модель и активистку Манро Бергдорф, которая отправилась на премьеру второго сезона «‎Бриджертонов» в образе из коллекции Moschino Fall 2020, посвященной Марии-Антуанетте. Или на Чон Хо-Ен, звезду «Игры в кальмара», которая вышла на дорожку Critics’ Choice Awards в платье-люстре с панье Louis Vuitton. Впрочем, посоревноваться в костюмированных образах у знаменитостей будет отличная возможность в мае этого года. Бал Института костюма Met Gala, посвященный «позолоченному веку» США, обяжет их нарядиться в популярные в то время корсеты, оперные перчатки и кринолины. А перед тем как это сделать — очевидно, придется пересмотреть вместе со стилистами и «‎Бриджертонов», и «‎Золотой век».


ПОЧЕМУ НАМ ХОЧЕТСЯ ЭТО НОСИТЬ?


Еще в первой серии «Бриджертонов» нам наглядно демонстрируют, насколько мучителен может быть корсет для женского тела (от сцены — пускай, как мы поняли, и не слишком правдоподобной — где прислуга туго зашнуровывает юную леди, а у той на спине алеет ссадина, становится больно, даже если перед экраном ты сидишь в просторной пижаме). Не то чтобы мы не догадывались об этом раньше, просто это стало очередным красноречивым напоминанием. Тем страннее, что корсеты снова оказались в наших виш-листах. Точно так же, как кринолины с высокими перчатками — мягко говоря, не самые практичные и удобные вещи. Так почему все снова от них в восторге?


«Ответ — красота! — говорит Полина Апреликова; по той же причине, уверяет она, нам нравятся и все эти (псевдо)исторические сериалы. — Наши дни наполнены стрессом, и новые события только усугубляют его. Возможность видеть красоту и носить ее в жизни — это роскошь, которая может скрасить будни и поднять настроение. Тяга к роскоши в кризисные времена часто возрастает — это я смогла проследить с начала пандемии и до сегодняшнего дня. Спрос увеличивается не на базовые вещи, а на «сложные».


Дизайнер вспоминает, как в 2020 году, в противовес удобному (и логичному для локдауна) спортивному костюму в моду вошли роскошные вещи. Вы и сами можете помнить, как резко запестрели тогда подиумы пайетками, перьями и неоновыми оттенками; редакторы глянца, да и сами дизайнеры любили подчеркивать, что все это для того, чтобы нас подбодрить. «Люди стали проводить локальные мероприятия с интересным дресс-кодом, — продолжает Апреликова. — Тот же день рождения Анастасии Ивлеевой или vogue-балы, которые стали очень популярны. Все это — поводы примерить на себя новый образ и поупражняться в стилизации костюма. Думаю, это новый ответ общества на ускоряющийся и усложняющийся мир, своего рода терапия. И потом одежда всегда служила в каком-то смысле броней, отсюда и интерес к истории, рыцарскому костюму. Согласитесь, в новых реалиях нам есть от чего защищаться».


Что ж, если закономерность «чем сложнее мир, тем сложнее костюмы» и правда работает, в таком случае мы бы предпочли сейчас корсетам (при всей их красоте) «вялые» муслиновые платья.


APRELIKOVA

{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}