Темы
T

Стиль в фильме: хоррор «Мы» с Люпитой Нионго

ТЕКСТ: КСЕНИЯ КРУШИНСКАЯ

Сегодня на российские экраны выходит «Мы» — новый фильм автора «Прочь» Джордана Пила. Это очередной его умный хоррор с актуальным подтекстом — на этот раз о загадочных двойниках, две главные роли в котором сыграла Люпита Нионго. Рассказываем о нарядах, которые носят доппельгангеры главных героев, — и о том, какой смысл в них вложили режиссер и художница по костюмам.

Если классика жанра хорроров подарила нам незабываемые образы вроде платья Розмари или костюма Фредди Крюгера, то современные незаивисимые фильмы ужасов — не тот жанр, где внешнему виду героев придается большое значение. Новая картина «Мы», в которой одну из главных ролей сыграла Люпита Нионго, с одной стороны, не стала исключением. Главные герои — Уилсоны, семья обычных афроамериканцев, приехавшая на каникулы на море, — одеты максимально буднично: они носят джинсы, футболки светлых оттенков, кроссовки, шорты и бейсболки. С другой стороны, у художницы по костюмам Ким Баррет (она в свое время одевала героев картин «Ромео + Джульетта» и «Матрица») все же нашлось поле для фантазии и возможность создать — в духе классических образцов жанра — вещи, нагруженные символизмом.

Поселившись в уютном летнем домике, Уилсоны сталкиваются со своими двойниками — семьей под предводительством Рэд (Красной). Эти странные и агрессивные существа похожи на своих «прототипов» (их роли исполняют одни и те же актеры), но носят одинаковые красные комбинезоны длиной до шиколотки, сандалии и жутковатые белые маски. Рэд рассказывает героям историю о девочке, которая ведет счастливую благополучную жизнь, пока ее тень страдает. Двойники начинают преследовать Уилсонов, угрожая им смертью.

«Мне важно было подчеркнуть утилитарность и унифицированность одежды доппельгангеров, — говорит Баррет. — Чтобы было понятно, что Рэд и остальных двойников объединяет общая цель. Я укоротила штаны и обнажила щиколотки этих героев, а также обула их в сандалии, потому что хотела проиллюстрировать библейскую идею исхода. Эти люди выходят из-под земли и пересекают страну, чтобы добраться до Уилсонов. Кроме того, сандалии — культовая обувь, нагруженная множеством смыслов». В другом интервью художница объяснила, что оставила лодыжки обнаженными, чтобы было понятно, что двойники тоже люди — из плоти и крови. Выбор цвета тоже не случаен: Баррет хотелось сделать их похожими на «большие, расплывчатые пятна крови, хлынувшие из-под земли».

Есть здесь и еще один, весьма считываемый референс — знаменитый клип Майкла Джексона Thriller, где певец танцует, одетый в отдаленно похожий красный костюм. Режиссер картины Джордан Пил подтвердил, что отсылка — не плод воображения зрителей, а Майкла Джексона назвал «святым покровителем двойственности» — что звучит особенно точно в свете недавней премьеры фильма «Покидая Неверленд». В «Мы» вообще много аллюзий на поп-культуру 1980-х — начиная от музыки и заканчивая принтом с кадром из «Челюстей» на футболке одного из героев. Собственно, в 1980-е — со своеобразного пролога — и начинается действие фильма. Маленькая Аделаида, героиня Люпиты Нионго в детстве, будучи на каникулах с родителями, заходит в комнату смеха, где видит в зеркале своего пугающего двойника. На девочке в этой сцене надета как раз футболка с символикой Thriller.

У картины, как у любого хорошего фильма ужасов, есть двойное дно. Как говорит Джордан Пил (кстати, именно он в 2017 году снял отчетливо антирасистский триллер «Прочь», получивший четыре номинации на «Оскар» и статуэтку за лучший сценарий), «Мы» в том числе фильм с политическим подтекстом, рассказывающий о ксенофобии в Америке эпохи Трампа: «Привычка показывать на других людей пальцем превратилась в нашей стране в своего рода культ. Мы нетерпимы к аутсайдерам, к загадочным пришельцам и даже к другим американцам, которые голосовали за иного кандидата на выборах… То, что каждый из нас считает себя «хорошим парнем», мешает нам взглянуть в глаза своим демонам. Я снял кино, которое позволит всем наконец-то этих демонов увидеть». О социальной значимости картины говорит и Ким Баррет, которая скрытый смысл попыталась передать с помощью костюмов: «Красные комбинезоны — визуальное воплощение того, что есть в каждом из нас. Мы должны перестать наконец разделять людей на «нас» и «других», но в фильме унифицированные костюмы мешают это сделать — они как бы говорят нам: «Эти люди вместе, и они на другой стороне».

Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":101,"columns_n":10,"gutter":21,"line":21}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}