T

Пример для подражания:
Зэди Смит

Текст:
Алена Галкина

Британская писательница, которая попала на страницы Vogue, обложку The Gentlewoman и в best-dressed лист журнала Vanity Fair. А благодаря роману «Swing Time», который выйдет на русском языке до конца 2017 года — еще и в список Букеровской премии.

Зэди было двадцать два, когда сто страниц ее первого, еще недописанного романа «Белые зубы» положили на стол издателю Hamish Hamilton Саймону Проссеру. «Слова тогда спрыгнули с страниц, а герои ворвались в мою жизнь, — вспоминает он — Я почувствовал, как много молодому автору есть что рассказать о непростой жизни простых героев». Романом не то что заинтересовались. Роман практически заставили Зэди дописать. Когда в 2000-м году книга о небританских британцах со сквозной темой зубов все-таки вышла и стала бестселлером, Смит назвали женским Диккенсом и первой, кто сумел ударить по самым больным местам современной Великобритании. «Белые зубы» получили премию «Оранж», премию Джеймса Тейта, премию газеты The Guardian, а их автор запомнилась читателям саркастичной красавицей с россыпью веснушек и афро.

Когда Смит спрашивают, как она стала style icon, следуют оправдания: «Я росла с мамой, которую не интересовали ни макияж, ни глянцевые журналы — и она была по-настоящему счастливой. Мне не нравятся глянцевые журналы, я не хочу в них попадать. Кому захочется ассоциировать себя с роскошью — с тем, что заставляет стольких людей чувствовать себя ничтожными?». Писатель Джеффри Евгенедис в эссе о Зэди предупреждает, что в ответ на комплимент о ее красивом платье вы услышите, как дёшево она купила его в онлайн-магазине, а если похвалите ее прическу, она обязательно уточнит, что волосы нарощенные.

Секрет обаяния Смит, должно быть, в человечности. На красную дорожку она надевает платье Asos с гавайским принтом, своим любимым магазином называет благотворительный Housing Works, ее максимум в макияже — это тушь. Единственная вещь, которая может ее охарактеризовать, — это не гардероб (в котором, она признается, есть платья Marni, Delpozo, юбки Celine и туфли Miu Miu), а ее проза. Последний роман Смит — попавший в длинный список Букера «Время свинга» — как раз получился самым личным. Во-первых, потому что сама Зэди, как и рассказчица, занималась вокалом и, учась в Кингс-колледже, даже подрабатывала певицей в кабаре. Во-вторых, в нескольких пассажах, где описывается внешность героев, Зэди будто рассказывает о самой себе: «Волосы не так уж и нужны, если у вас лицо Нефертити» или «В детстве казалось, что быть девушкой — это очень много забот. Я крашу губы и ресницы — и всё. Никаких маникюров и педикюров. Наверное поэтому у меня не было удачных свиданий, потому что свидание — это презентация себя». Семилетнюю дочь, как и свои героев, писательница учит относиться к красоте проще: «Когда я обратила внимание, что Кит много времени проводит у зеркала, я указала на ее брата: смотри, он просто надевает рубашку, выходит на улицу и ему все равно, сколько ты потратила времени на свой макияж, час или полтора. Теперь у нас с дочкой есть правило: если преображение занимает больше 15 минут — это того не стоит».

Иронично, что несмотря на попадание в best-dressed листы Vanity Fair и The Guardian, Зэди не понимает разницы между коктейльными платьями Lanvin, любимым джинсами Citizens of Humanity и блузками из чэрити-шопа, а также считает, цитируя Вирджинию Вульф, что «за то время, которое женщины тратят перед зеркалом, можно выучить греческий язык». Своими ориентирами она называет Грейс Джонс, правозащитницу Анжелу Дэвис и афроамериканскую фольклористку Зору Ниэл Херстон, но стиль ни одной из них она не повторяет. В собственном образе, как и в своей прозе, для нее первоочередны исторические корни: неудивительно, что пестрые платья и вышитые растения на блузках — символы ее наполовину ямайского происхождения, а тюрбан, которому она не изменяет даже на красной дорожке, — оммаж растафарианству матери.

Смит можно назвать первой писательницей двадцать первого века, которая по праву заслужила статус style icon. Возможно, просто благодаря тому, что по сравнению с коллегами часто появляется на публике. Мы можем десять лет не слышать ничего о Донне Тартт, пока она работает над новой книгой, не знать, как выглядит автор романов «неаполитанского квартета» Элена Ферранте, зато Смит мы увидим в первом ряду показа Stella McCartney, в светской хронике Vanity Fair и, рядом с Ким Кардашьян и Мадонной, на балу Met Gala. Правда Зэди все равно не может заставить себя полюбить или хотя бы понять моду. Ей достаточно этно-платья, тюрбана и туши для ресниц. А нам — ее литературы.

Изображения:
the gentlewoman, t magazine, elle uk, interview

{"width":1200,"column_width":132,"columns_n":8,"gutter":20,"line":40}
false
767
1300
false
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}