T

«Тайна
падшего ребенка»

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":10}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":10,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

The Blueprint запускает совместную кинопрограмму с музеем «Гараж» и глобальной онлайн-платформой Farfetch. Раз в две недели на протяжении всего лета мы будем показывать в кинотеатре Garage Screen фильмы о различных сообществах и субкультурах — и о том, как они меняли мир. Первый показ пройдет сегодня, 25 июня: это будет драма Джерри Шацберга с Фэй Данауэй в главной роли, отчасти основанная на реальных событиях, — про бывшую модель, которую сгубила то ли индустрия, то ли она сама.

Американская супермодель 50-х Энн Сен-Мари, на чьей биографии вольно основан фильм

«Ты знаешь, что Лу — не настоящее мое имя? Знаешь? Я украла его», — cлышим мы низковатый голос, еще не увидев усталое и потухшее, но по-прежнему совершенное лицо Фэй Данауэй. Она сидит на полу, за окном побережье, перед ней на столе диктофон. В доме давно никого не было, кроме нее, изредка печатающей свои воспоминания на машинке, и давнего друга — фотографа Аарона, который в последнее время приходит как раз за этими воспоминаниями. Надеется сделать из них фильм.


Пока Аарон собирает свой запоздавший сюжет, настоящий фильм уже давно идет, практически утекает с экрана сквозь пальцы, по пути местами отслаивая изображение от нарратива. Рассказы перетекают один в другой, когда на пару секунд, а когда и на пол-истории не совпадая с кадрами на экране. Порой голос Лу запинается, а вместе с ним ощутимо скачет изображение: что там на самом деле случилось? Почему мы вдруг видим эту пощечину с двух разных ракурсов, когда это белое платье стало черным? Почему, в конце концов, в сценах любой давности у героини мы видим одно и то же взрослое, слегка испуганное лицо?

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":1,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":10}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":10,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

«Тайна падшего ребенка» — режиссерский дебют Джерри Шацберга, который спустя год снимет «Панику в Нидл-Парке» и более предметно обозначит свой интерес к исследованию болезненных траекторий судьбы, сочетающей молодость, любовь и наркотическую аддикцию. Честный, немного захлебывающийся в своем любовании кадром переход от режиссуры модных съемок к режиссуре кино, стоящего за красивой картинкой.

Без лишних полутонов Шацберг погружает зрителя в глянцевый ад в голове героини Данауэй, где каждый мужской взгляд ранит, каждый фантом оживает травмой и каждый страх сознание стремится приукрасить. Последнее производит самый жуткий эффект: когда идеально белыми, похожими на элегантный ресторан декорациями на экране предстает палата психиатрической лечебницы.


Ни лечебница, ни сюжет, ни имя героини (действительно краденое) не случайны. Свою красавицу Шацберг назвал в честь интеллектуалки XIX века Луизы Андреас-Саломе, чье имя сократил до Лу ее первый взрослый друг — преподававший ей в Петербурге голландский пастор. Ее будущие друзья, которых она в разной степени вдохновляла и сводила с ума неформатными романтическими отношениями, сплошь люди с мировой известностью: Рильке, Ницше, Зигмунд Фрейд. Собственно, под его руководством она проработала последние двадцать лет своей жизни, написав массу книг по психоанализу, в том числе — о женской сексуальности.

Шацберг не заявляет «Тайну» как исследование, но на самом деле нарратив у нее примерно такой, очень созвучный современной привычке публичного откровения. Зритель наблюдает историю одной стремительной карьеры, рассказанную из точки, где воспоминания обращаются в потускневшие от одиночества кошмары. Каждый из них чем-то ранит и каждый задает вопрос. «Я знаю, что я неидеальна», — произносит Лу в настоящем. «Ты просто совершенство!» — кричат из прошлого голоса фотографов, сделавших ее знаменитой. Но не приносят ни счастья, ни покоя.


Карьера, которая выжгла у героини остатки искренности, давно завершилась — и продолжает развиваться страшным фракталом лишь в ее голове. И ее старый друг — отчасти списанный режиссером с самого себя — из раза в раз пытается превратить этот психоз в терапию, вновь и вновь возвращаясь с диктофоном в гостиную в доме у моря. А вместе с ним — зрители.

Подписывайтесь на наш канал в YouTube, будет интересно.

{"width":1200,"column_width":90,"columns_n":12,"gutter":10,"line":30}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}