Мужчины на грани перформативного срыва

Иван Матушкин

В интернете активно обсуждают performative male, мужчин, которые всем своим видом демонстрируют мягкость, чувственность и эмоциональную открытость, но все это — лишь маска. Пока девушки учатся отличать этих хамелеонов от взаправдашних Коннеллов Уолдронов, Иван Матушкин пытается понять, как мы все до этого докатились.

еди, если видите мужчину со стаканчиком матча-латте — бегите», — заявляет The Times. «Как отличить “перформативного” мужчину? Ищите глазами сумку-тоут», — отвечает The New York Times. Cosmopolitan выдает гид «Кто такой “перформативный” мужчина», а The Guardian задается вопросом, зачем таких мужчин бояться, «ведь они по крайней мере стараются». Тренды Google фиксируют «сверхпопулярность» темы «кто такой перформативный мужчина» и мемов про таких мужчин, а в Америке даже проводят для них конкурсы. Сам феномен занимает полосы в мировых СМИ от упомянутых Британии и США до Индии и Казахстана, а рилсы про него в запрещенной соцсети собирают миллионы просмотров.

«Л

Иван Матушкин • есть тема

Иван Матушкин • есть тема

Матча-латте в стаканчике с экологичной бумажной соломинкой, кардиган крупной вязки, желательно из секонд-хенда, тряпочная авоська с мультяшным рисунком или остроумной, но безобидной цитатой, и непременная теплота по краям немного грустных глаз — примерно так выглядит «показной», он же «перформативный» мужчина, взорвавший умы и инстаграмы молодых женщин летом 2025-го. Главная характеристика, которую прокачивает такой персонаж, — чувствительность, эмоциональный интеллект. Ловкие пауки с томиком Салли Руни в той самой авоське и Ланой Дель Рей в наушниках ткут свою эмоционально-открытую паутину лишь до тех пор, пока взгляд понравившейся им барышни не станет достаточно влажным. А потом происходит классическая развязка, которую еще пару поколений назад назвали бы «поматросил и бросил», но теперь нужно более своевременное определение. Что-то вроде «полавбомбил и загостил».

Гарри Стайлс

Джейкоб Элорди

Появление таких мужчин можно объяснить по-разному. Высокой популярностью психотерапии — в 2022-м ВЦИОМ сообщал, что на нее ходят 12% россиян, при этом среди молодежи попасть в терапию хочет каждый третий (данных по всему миру нет, но, например, в США за душевным здоровьем обращаются 60 млн человек — примерно 17% населения). Сменой культурной парадигмы — например, эпоха сериалов начиналась тестостероновыми «Сопрано» с «Прослушкой» и доходила до пика в «Во все тяжкие», где герой буквально шесть сезонов выпускал наружу внутреннего «самца», а теперь главный экшн-герой малого экрана неожиданно мягкий и понимающий — что в «Мандалорце», что в «Одних из нас» — Педро Паскаль. Да просто общим смягчением нравов. Скажем, в Британии с 1995-го по 2023-й уровень многих преступлений упал в шесть раз — чем не показатель глобального снижения агрессии? Но есть и самое простое — и верное — объяснений: рыночек порешал.

Да, все так просто: мягкие, чувствительные, слушающие, вдумчивые мужчины — это то, чего хочется молодым девушкам в 2025-м. СМИ наперебой пишут, что за этими качествами девушки-зумеры готовы идти даже к мужчинам ощутимо старше себя. «Он спокойный, он феминист, и в нем нет ничего от маносферы», — объяснила одна из них New York Post. Маносферой называют разрозненную совокупность сайтов, продвигающих среди потенциальных пикаперов и инцелов ценности в диапазоне между показной маскулинностью и мизогинией. В перформативных мужчинах всего этого либо нет, либо тщательно скрывается. Спрос родил предложение — это простой закон что рынка, что эволюции, в дикой природе лучше размножаются те самцы, которые успешнее привлекают самок. В цивилизованном социуме — та же история. Мужчины увидели, кто пользуется большей популярностью у противоположного пола, и стали мимикрировать.

Джереми Аллен Уайт

«Но так ведь нечестно!» — возразят мне самые наивные. «Они лицемеры», — добавят самые принципиальные. А я скажу: дамы, вот оно, равноправие. Годами (а кто-то и десятилетиями) мы слышали, что мужчины придумали себе идеальных женщин и много веков заставляли их такими быть. Заставляли мыть полы и варить борщи, наращивать ресницы и увеличивать груди, быть мягкими и послушными, проходить в соцсетях курсы орального секса и приседать в спортзалах. Все это — чтобы нам, мужчинам, понравиться (и большинству из нас это действительно нравится, чего уж). Но вот мы оказались в точке равновесия, когда мужской, с позволения сказать, спрос больше не определяет ни положение женщины в обществе, ни ее судьбу. И даже ментальное благополучие многих девушек теперь не зависит от наличия постоянного партнера или группы верных ухажеров — многочисленные психологи (и более шумные коучи) уже научили прекрасную часть человечества, что она, эта половина, не товар. А значит, и спрос ей не нужен. С — самодостаточность.

Раньше (сам не видел — рассказывали) мужчина мог получить даму, просто оказав ей внимание и убедив, что это внимание не закончится с первым криком петуха. Если он и боролся за женщину, то с другими мужчинами — за социальный и финансовый статус. Теперь же ему надо самой женщине доказать, что он ей нужен (раньше эту аксиому никто не оспаривал, и даже директора крупных предприятий западали на слесарей, которые «все и всегда решать будут сами», если верить советским фильмам). И мужчина начинает подстраиваться. То есть делать то, что веками делали женщины. Только отращивает он, в соответствии с текущей модой, не ресницы и ягодицы, а эмоциональный интеллект и способность к глубокой коммуникации. «Так они же не настоящие!» — скажете вы. Ну, ресницы-то у многих из вас тоже не настоящие (а в Бразилии, говорят, и ягодицы).

@charley_kim

@generalidea_official

Теперь что касается того самого «поматросил», оно же «загостил». Уж тут-то точно ничего нового нет. Веками мужчины сочиняли поэмы, завоевывали замки, зарабатывали миллионы (а некоторые даже убирались дома) только для того, чтобы затащить девушку в постель. Те, кому около тридцати, наверняка помнят популярную в нулевые субкультуру пикаперов, которые проходили тренинги и заучивали специальные фразы, призванные пробить первую линию женской обороны. Хотя, судя по истории с блогером Алексом Лесли и сетью его учеников, эта субкультура теперь всплыла из прошлого, по пути обзаведясь новыми, еще более неприятными тезисами и атрибутами. Просто раньше, пока культурой управляли мужчины, им удавалось навязать девушкам более «самцовый» образ в духе Хэнка Муди из «Калифорникейшн». Теперь же приходится идти на более хитрые уловки, демонстрируя нарочитую «экологичность». И в этом трудно разглядеть что-то плохое. Ведь Guardian прав: «перформативные» мужчины действительно хотя бы стараются быть такими: экологичными и эмоционально открытыми. Все лучше, чем ученики Лесли, правда? Если мы смиримся с тем, что все мы в любовных играх, по крайней мере в начальной стадии, отыгрываем каких-то персонажей, то пусть хотя бы эти персонажи будут положительными. Альтернатива performative male тут вовсе не всамделишные эмоционально открытые мужчины, а роли другого характера. Например, столь же искусственные мачо-мены из прошлого. И тут уж пусть девушки скажут, что лучше.

Что до моральной стороны вопроса, то ее просто нет. Как бы мы ни старались стать лучше как общество и начать беречь чувства друг друга, старая максима про то, что «в любви и на войне все средства хороши», продолжает работать. Просто старые обычаи обросли новой бутафорией. Как говорил тот же Хэнк Муди, «все девочки хотят мальчика-гея, с которым можно уютно устроиться на диване и смотреть “Проект Подиум”». Performative male стремятся изображать именно таких мальчиков. А дальше выбор за девочками: вестись на бутафорию или смотреть глубже. Ведь если демонстративные мальчики начнут получать не менее демонстративные отказы, то их феномен схлынет так же быстро, как популярность курсов по пикапу. И на любовный фронт выйдет какой-то новый тип солдат. Но это будет уже другая история.