вопрос недели
28 АПРЕЛЯ 2026
Что случилось с подтяжкой Дженнер
и сколько держится лифтинг?
?
фото:
getty images, АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ
Год назад весь мир обсуждал преображение Крис Дженнер: в свои 69 после подтяжки, которую сделал нью-йоркский хирург Стивен Ливайн, она выглядела, словно ей 45. Сегодня все снова говорят о матери семейства Кардашьян — в том же контексте, но совсем ином ключе. На последних фото Крис больше не выглядит юной не по годам, а таблоиды, ссылаясь на приближенных к селебрити информаторов, пишут, что Дженнер и сама уже недовольна результатом (правда это или нет, история пока умалчивает). Мы решили расспросить пластических хирургов о том, что могло пойти не так и сколько вообще живет операционный лифтинг.
отвечает:
Георгий Чемянов, пластический хирург, руководитель клиники эстетической медицины Chemyanov Medical Lounge
Когда чей-то успех громко и медийно обсуждается, то потом так же громогласно будет обсуждаться любой огрех. Хотя лично я огрехов в работе самого доктора не вижу: подтяжка лица сделана хорошо. Но есть несколько сопутствующих моментов, которые не дают в данном случае получить результат как у 20-летней пациентки.
Начнем с того, что все фотографии, которые попали в прессу в прошлый раз, были сильно отретушированы — это тоже нужно учитывать. Но самое главное — это фотографии раннего послеоперационного периода. То, что что называется «медовым месяцем»: он наступает примерно через полтора-два месяца после операции, когда сошли первые синяки и основная отечность, но глубоко в тканях все равно остается немного жидкости, из-за чего они плотные, с дополнительным легким объемом. Обычно именно этот период больше всего нравится пациентам. Но он проходит, и это нормально.
Обычно полный период реабилитации (когда полностью уходит отек и уплотнения, растворяются внутренние швы, рубцы становятся незаметными) занимает 4-6 месяцев: и только спустя это время мы можем оценивать финальный, самый честный результат.
Но главный вопрос, который волнует многих: сколько будет держаться результат операции? И ответ для каждого конкретного человека будет индивидуальным.
Первое, что стоит учитывать, — это возраст. У пациентов в 40 лет плотные, эластичные, молодые ткани: здесь после подтяжки сразу минус 10 лет, и результат будет сохраняться там десятилетия. А когда мы подтягиваем мягкие ткани возрастного пациента, со сниженным тонусом и эластичностью, с выраженной дряблостью и растянутостью кожи, эффект будет совсем иным. Вот наглядная аналогия, которую я часто привожу своим пациентам: молодая кожа — это брезент, а кожа 70-летней женщины больше напоминает плед — он очень мягкий, и как бы мы его ни натягивали, все равно будут места, где он провисает, просто за счет его мягкой тканевой структуры. И в случае с Дженнер мы имеем дело как раз со вторым вариантом.
Еще один фактор, который повлиял на результат Крис (ровно как повлияет и на результат любого другого пациента) — это не первый ее операционный лифтинг. Важно понимать, что каждая последующая подтяжка лица технически немножко сложнее для хирурга и дает чуть менее яркий результат. Так что в случае с Крис сложилось несколько факторов.
Что касается самой техники операции, мы на самом деле не знаем, по какой методологии в данном случае оперировал Стивен Ливайн. Скорее всего, это была самая современная методика дип-плейн-лифтинга. Deep Plane Facelift — это не революция или что-то кардинально новое, а скорее вариант давно существующей глубокой подтяжки лица, которую мы делаем уже 15-20 лет. Эту модификацию авторства доктора Эндрю Джаконо стоит считать довольно удачной, поскольку мышцы в ней подтягиваются немного по-другому. Мы не можем быть уверены, что Леви применял именно эту технику, но, как бы то ни было, на мой взгляд, операция была выполнена хорошо.
Важная мысль, которую я всегда стараюсь донести до пациента — процесс возвращения молодости не заканчивается, когда хирург отрезал что-то лишнее: то, как результат будет сохраняться, зависит в том числе от качества кожи. Поэтому современный подход — это сочетание хирургии и косметологии. Так мы можем сделать лицо визуально на 10-15 лет моложе, что в целом хирургу и удалось.
отвечает:
Сергей Круглик, к.м.н., пластического хирурга, руководителя клиники, заведующего отделением пластической хирургии сети клиник VIP Clinic
Может ли выбранная техника повлиять на долгосрочный результат? Да, может. Важно понимать: если была выполнена малоинвазивная подтяжка, короткорубцовый или ограниченный лифтинг, то и эффект будет ограниченным.
Когда утрата результата происходит на сроках 6–12 месяцев, это может быть связано и с выбором техники омоложения Nano Fat Grafting. Именно в этот период частично уходит жировая ткань, пересаженная в ходе омоложения, клетки распределяются, а отечность уходит. Все это суммарно может приводить к незначительной потере результата.
Мы не знаем точно, какая манипуляция или манипуляции были проведены в случае с Крис. Но здесь важнее даже другое.
Ключевую роль в такой яркой разнице между свежими фото и фото годовалой давности сыграла первичная отечная наполненность лица: именно она дала тот самый вау-эффект на немного подфотошопленных ранних фото. Когда отек спал — а это закономерный процесс в течение первых 6–12 месяцев после любого хирургического вмешательства, — результат частично утратился, что, как следствие, могло вызвать неудовлетворенность самого пациента. Именно в это время происходит финальная стабилизация, линии размягчаются, лицо становится более сглаженным: я называю это «оживлением лица». Именно тогда пациент начинает понимать реальный, а не instagram-результат операции.
Еще один ключевой фактор — это возраст. С течением времени сильно меняются качественные характеристики тканей, и я не только про кожу, а про весь массив, который подвергается хирургическим изменениям. Соответственно, чем «взрослее» ткани, тем хуже они будут держаться в более высоком положении. Поэтому мы всегда рекомендуем не затягивать с выполнением хирургического лифтинга. Так, для более молодых пациентов 40-45 лет перемещение SMAS дает долгий и стойкий результат, которого хватает на 10-15 лет. А у пациентов в возрастной группе 55+ мы мало на что можем рассчитывать: эффект от операции продержится примерно 5-7 лет. Но, разумеется не год.
Зачастую, когда после первичного вау-эффекта пациент видит частичную, но довольно стремительную его утрату, он может подумать, что динамика будет только отрицательной, результат будет уходить с той же интенсивностью и за полгода эффект значительно снизится. На самом деле это не так. Мы видим, что через шесть месяцев результат остается достаточно стабильным, а иногда даже улучшается качество тканей, с которыми мы работали.
И, честно говоря, я не вижу, чтобы у Крис результат был полностью утрачен: да, немножко есть отскок назад. И это может быть связано даже с неудачной фотографией, ракурсом, светом, макияжем и прочим.
Что касается повторного хирургического лифтинга (который в случае с Крис тоже присутствовал) — это вообще очень сложная тема. Потому что, когда ты сам выполнял хирургическое омоложение, это одна история: ты знаешь, какие технические трудности ты испытывал в результате первичной подтяжки, насколько глубоко ты зашел в хирургическом слое, как разделял связки, как фиксировал, чем фиксировал, за счет чего происходило натяжение. И, соответственно, ты можешь выбрать методику омоложения, которая будет дополнять твой первичный результат. Так, при повторном хирургическом лифтинге я часто использую преимущества, оставшиеся после первой операции. Например, когда у нас уже есть рубец — есть за что потянуть, здесь можно выбрать более простую методику — как по переносимости, так и по результативности.
А если ко мне обратится человек после другого хирурга, то здесь я буду выбирать максимально безопасный слой, чтобы не столкнуться с измененной анатомией лица. То есть я пойду либо на Deep Plane, либо на поднадкостничный лифтинг, либо буду работать эндоскопически — существуют маркеры, которые позволяют определить, какой вид хирургического вмешательства был выполнен ранее, и исходя из этого набора я буду выбирать ту или иную методику омоложения.
И наконец, результат лифтинга зависит не только от работы хирурга. После того как пациент встал с операционного стола, подключаются факторы, которыми врач не может управлять. Первое и, наверное, самое основное — это стабильность. Стабильность веса, стабильность гормонального фона, психоэмоциональная стабильность. Второе — это интенсивность мимики. И конечно, возраст — один из ключевых факторов.
Главное, что важно понимать: подтяжка лица не отменяет старение, а просто задает новый, более молодой старт. А в контексте истории с Крис Дженнер это скорее иллюстрация того, как высокие ожидания, публичность и постоянное сравнение с отфотошопленными коллегами могут сделать вполне нормальный результат неудачным в глазах общественности.
отвечает:
Алексей Анисимов, к.м.н., доцент Кафедры эстетической хирургии Академии постдипломного образования ФМБА России, пластический хирург клиники Клазко
На результат любой омолаживающей операции и ее долговечность влияют разные факторы: возраст пациентки и, соответственно, состояние ее тканей, наличие дисплазии соединительного каркаса кожи (а именно — ее растяжимость и прочность), выбор адекватной методики оперирования и насколько грамотно и эффективно выполнена операция, наличие вредных привычек у самой пациентки (например, курения).
И наконец, восприятие результата лифтинга зависит от того, в какие сроки и какими глазами мы смотрим на это лицо. Более перфекционистский взгляд способен «выхватывать» даже малейшие несоответствия эстетическому идеалу, в то время как для менее притязательного человека лицо будет выглядеть «прекрасно», а результат операции — замечательным!
Важно оговориться: вопрос возраста здесь не очень однозначный. С одной стороны, он играет важную роль: с возрастом мягкие ткани лица теряют свой потенциал к сохранению красивого контура и качества кожи. С другой стороны, это не единственный фактор, влияющий на регенерацию и восстановление тканей после пластической операции. Очень многое зависит от генетических основ устройства организма: у одного человека в 50-55 лет имеется возможность прекрасно сохранять результат хорошо выполненного хирургического лифтинга. А у другого, например, 40-45 лет, потенциал совсем не тот и «откат» результата операции происходит быстрее.
Выбор между «легкой» подтяжкой и глубоким композитным многоуровневым лифтингом тоже определяет, насколько долгоиграющим будет результат.
В первом случае хирург заведомо идет на менее выраженный и стойкий результат. Меньшее воздействие на ткани, малое время операции, местная анестезия, короткая реабилитация — это своего рода бонусы от такого подхода. Но и «плата» соответствующая: преображение неяркое, эффект нестойкий, необходимость выполнить повторное вмешательство в перспективе появится гораздо раньше.
Напротив, сложное многокомпонентное (а следовательно — более дорогостоящее и продолжительное по времени) вмешательство, общая анестезия, глубокий слой воздействия, более длительная реабилитация — вот спутники хирургического омоложения, способного дать пациенту максимально возможную эстетику в его возрасте. Каков выбор в случае с каждой конкретной пациенткой, по какому пути оптимально пойти, решается на первичной консультации и длительной сессии вопросов и ответов с хирургом.
И сроки для оценки результата хирургического омоложения лица тоже будут варьироваться в зависимости от техники. Поверхностные вмешательства позволяют окончательно оценить эффект от операции уже через 2-3 месяца. Глубокие поднадкостничные лифтинги, Deep Plane, комплексные многоуровневые подтяжки позволяют сформировать окончательное суждение о результате не ранее 6 месяцев, а иногда — по истечении года с момента операции.
В этом случае стадии, которые проходит пациент, выглядит так. Раннему послеоперационному периоду (до 1 месяца с момента операции) присущи отек всех тканей, кровоподтеки, элементы гиперкоррекции — избыточного натяжения и лифтинга тканей (они выполненные хирургом преднамеренно, для сохранения нужного итогового результата). В эти же сроки возможны элементы небольшого пареза мимических мышц в зоне вмешательства и признаки незначительной асимметрии лица. В этот период после операции пациенты пристально разглядывают свое лицо, «привыкают» к себе обновленному, «принимают» свою внешность и к концу первого месяца уже начинают себе нравиться. А еще это момент максимальной благодарности хирургу за выполненную работу: обычно пациентам становится понятна разница между «было» и «стало».
Поздний послеоперационного период протекает приблизительно со второго по четвертый (реже шестой) месяцы: это время «усадки» лица, как об этом рассказывают сами пациенты. Контуры уже радуют, кожа чистая, а ее текстура — ровная, риск послеоперационных осложнений позади. Но лицо еще немного меняется, заставляя присматриваться к себе в зеркало. Обычно в этот период забывается сама операция с ее сложностями и дискомфортом. «Как будто так было всегда» — это я слышу от многих прооперированных пациентов. Ну и, наконец, срок 6-12 месяцев от момента операции — время окончательных, но минимальных изменений прооперированного лица. Результат в это время уже подлежит безусловной финальной оценке, и если она положительная, то количество обращений к «этому» хирургу от подруг и знакомых «этой» пациентки — увеличивается.
И такие положительные воспоминания зачастую приводят пациентку к хирургу (как правило, к тому же самому) снова и снова. И я бы не сказал, что повторный лифтинг уменьшает стойкость результата, — это не совсем корректная формулировка. Скорее, 2-3 лифтинга лица, выполненные с интервалом в 8-10 лет, при использовании правильной методики и при отсутствии осложнений операции способны «хранить» красивый контур лица (век, шеи и так далее) максимально долго.
Когда пациентка отправится на повторный лифтинг, во многом зависит от уровня «претензии» к результату (иными словами — от степени ее перфекционизма). Одни начинают задумываться о повторном вмешательстве уже лет через 5-7, в то время как другие — не ранее чем через 15 лет. Но и в том, и в другом случае непременным условием такого развития событий является положительный опыт от выполненной ранее операции, а также степени удовлетворенности эстетическим результатом.
