T

За «Гаражом»

Музей современного искусства «Гараж» сегодня презентовал план восстановления павильона «Шестигранник» Ивана Жолтовского в Парке Горького, в котором планирует разместить три выставочных пространства, библиотеку, книжный магазин и кафе. Редактор The Blueprint Мария Бессмертная первой связалась с японским бюро SANAA, которое будет работать над проектом, и директором «Гаража» Антоном Беловым, а также составила историю павильона Жолтовского — как в «Шестиграннике» демонстрировали первые советские тракторы, устраивали выставки Лентулова и Фалька, а также плясали и дрались с бандитами советские стиляги.

«В свое время великий музейный директор и куратор Александр Дорнер призвал музеи „становиться своего рода электростанциями, производителями новых энергий“. Кажется, „Гараж“ как никогда вплотную приблизился к этому. Мы верим, что современный музей — это не про усилия архитекторов, кураторов, художников, а про живое взаимодействие, которое возникает между зрителями, профессионалами и всеми теми, для кого современная культура — естественная среда обитания» — говорит директор Музея современного искусства «Гараж» Антон Белов накануне презентации проекта по восстановлению павильона «Шестигранник» — одному из самых амбициозных проектов музея, которому в этом году исполнилось тринадцать лет.


Заветы Дорнера, который в 1920-х придумал, как экспонировать авангардное искусство в старых музеях, а в 1930-х боролся с термином «дегенеративное искусство», в «Гараже» действительно выполняют: открыта публичная библиотека по современному искусству, запущен архив по истории российского современного искусства, издательская и кинопрограмма и так далее.


Теперь пошел и захват пространства. «Уже сейчас „Гараж“ существует вне системы одного здания, с появлением „Шестигранника“ эта картина усилится и уточнится. Музей в сущности — это архипелаг, распределенная пространственная система, в которой каждое программное направление получает постоянную прописку и формирует свои сообщества», — говорит Белов. В архитектурном бюро SANAA, которое до этого работало над Новым музеем современного искусства в Нью-Йорке, павильоном галереи «Серпентайн» в Лондоне и центром и библиотекой Политехнической школы в Лозанне, с Беловым согласны: «Работа с художниками дает нам уникальную возможность по-новому взглянуть на разные аспекты пространства и архитектуры. Подобно тому, как каждая выставка превращает пространство музея во что-то новое, сами работы расширяют наши представления об архитектуре и ее видении». Нельзя не отметить, что и работа с самим зданием Жолтовского дает возможность взглянуть на архитектуру по-новому. «Пространство „Шестигранника“ уникально — оно классическое и вместе с тем современное. Перед нами стоит захватывающая и амбициозная задача удержать это хрупкое равновесие».


Отдельный сюжет — это реактуализация памятников архитектуры, которой «Гараж» занимается с момента своего открытия. Как говорит сам Белов: «Музей никогда не существовал в новых или специально построенных пространствах. Бахметьевский гараж, бывший ресторан «Времена года», павильон Сигеру Бана, возведенный из временных материалов и вдохновленный временной архитектурой Парка Горького, — все это примеры того, как музей последовательно не только сохраняет, но и насыщает современной энергией и новыми смыслами фрагменты фактически утраченной городской инфраструктуры». Японские архитекторы, как и Белов, уверены, что «интеграция пространства «Шестигранника» в современный контекст — большой вклад в архитектуру Парка Горького и Москвы в целом». Но в случае с павильоном Жолтовского — это, в отличие от того же Бахметьевского гаража (шедевр Мельникова и Шухова — это прежде всего памятник промышленной архитектуры), еще и возвращение на карту Москвы одного из ее культовых тусовочных мест.

История «Шестигранника»

1920-1940-е

Выставочный павильон: тракторы и Фальк

«Город запыхтел, и застучал, и заиграл. В праздничные дни начинается толчея. Впечатление такое, что всех вливающихся за турникеты охватывает какое-то радостное возбуждение. Крики газетчиков, звуки оркестров, толпа, краски» — так Михаил Булгаков в «Золотистом городе» описал Всероссийскую сельскохозяйственную и кустарно-промышленную выставку 1923 года, предшественницу ВДНХ. «От Дома крестьянина по берегу реки дальше вглубь в зелень, к Нескучному саду. Неузнаваемое место. По-прежнему вековые деревья и тени, гладь пруда, но в зелени белые, цветные, причудливые здания. И почти изо всех пыхтение, стрекотание, стук машин».

И. В. Жолтовский при участии Н. Я. Колли, В. Д. Кокорина, А. Л. Полякова и М. П. Парусникова
Внутренний двор павильона машиностроения на Сел. Хоз. Выставке в Москве

И действительно — в августе 1923 года вся прогрессивная столичная публика с Булгаковым во главе (он уже два года как переехал из Киева в Москву) курсировала между Нескучным садом и Парком Горького, где в честь первой полномасштабной демонстрации побед советского народного хозяйства было возведено 255 построек, и среди важнейших из них — павильон «Механизация», или «Шестигранник», построенный по проекту звезды советской архитектуры Ивана Жолтовского (он же разработал и генплан всей выставки). За роспись павильона, в котором были выставлены первые советские тракторы, молотилки, зерноочистительные и сортировальные машины, отвечали учитель Дейнеки Игнатий Нивинский и пионерка ар-деко Александра Экстер. Серия выставок блокбастеров в «Шестиграннике» продолжилась в 1929-м, когда в павильоне прошла выставка Общества московских художников, куда среди прочих входил Лентулов, Мухина и Фальк. Местом силы советской молодежи «Шестигранник» снова станет после войны: правда, придут туда уже совсем не пионеры.

1950–1960-е

Клуб: стиляги и драки с бандитами

«Сегодня я отчетливо вижу, что «Шестигранник» был грандиозным социальным и психологическим клапаном: туда шли как за глотком воздуха, за царившим в этом месте духом свободы. «Шестигранник», как и «Коктейль-холл» (в народе — «Кок», важнейший для истории советской культуры двухэтажный бар по адресу улица Горького, 6, где в хрущевские времена тусовались абсолютно все — от антисоветчиков до дипломатов. — Прим. The Blueprint), – это не только напитки, танцы, музыка, но и образ мышления, образ жизни», — вспоминает композитор Юрий Саульский. После войны одна из «граней» павильона была отдана под ресторан и танцплощадку, которые быстро стали одними из самых модных мест города. Туда, поплясать не под «заунывные, идеологические и верные вальсы» (по словам одного из завсегдатаев, тогда еще будущей звезды «Ленкома» актера Александра Збруева), а под американский джаз, ходили все — стиляги, советская артистическая богема (от режиссера Михаила Калика до одного из самых знаменитых enfant terrible Москвы поэта Григория Поженяна) — и, разумеется, бандиты. Последние регулярно устраивали там побоища, но в милицию забирали только любителей американской поп-культуры.

Так что совершенно неудивительно, что в 1963 году Георгий Данелия в своем оттепельном шедевре «Я шагаю по Москве» отправил своих молодых главных героев танцевать именно в «Шестигранник», «Стиляги» Валерия Тодоровского и вовсе в павильоне Жолтовского начинались — снимали, правда, не там. В 2007 году, когда Тодоровский снимал фильм, памятник советского авангарда уже много лет был в руинированном состоянии.

1970–2010-е

Руина: овощебазы и пожары  

Ресторан в «Шестиграннике» просуществовал до конца 1960-х, но с началом эпохи брежневского застоя закрылся: культурная молодежь столицы окончательно переехала на кухни. В «гранях» павильона в разное время размещались: раздевалка для посетителей катков ЦПКиО, отделение милиции, склад, овощехранилище и даже лимонадный цех — таким образом павильон Жолтовского опять стал отличной иллюстрацией эпохи. В конце 1970-х здание, которое по плану архитекторов и стоять-то столько было не должно (Жолтовский типировал здание как «временную архитектуру»), первый раз горело. Второй пожар случился в 1980-х, и с тех пор павильон пришел в негодность.

В 1995 году московские власти подняли вопрос о его реконструкции, но тогда до дела так и не дошло. Мэрия под предводительством Юрия Лужкова из памятника конструктивизма планировала к 2002 году сделать культурно-торговый центр. При такой «реконструкции» павильон Жолтовского едва ли сохранился бы, однако «несчастье помогло» — подрядчик, однако, своих обязательств не выполнил.


В 2013 году здание с условием реставрации на аукционе было продано компании «Парк Девелопмент», одной из структур бизнесмена Романа Абрамовича, который к этому моменту уже был соинвестором Парка Горького. Тогда же и было объявлено, что на территории «Шестигранника» будет располагаться тогда еще центр (а не музей) современного искусства «Гараж». Сейчас круг замкнулся: спустя сто лет в «Шестигранник» возвращается его революционный позитивистский дух. Просто вместо первых советских тракторов будет современное искусство. 


Лучшие материалы The Blueprint — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь!

{"width":1200,"column_width":90,"columns_n":12,"gutter":10,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}