T

Искусство против болезни

1 декабря — Всемирный день борьбы со СПИДом. Впервые ВОЗ ввела его в календарь памятных дат в 1988 году, в разгар эпидемии ВИЧ в США. В России 2021-го он, к несчастью, актуален как никогда: согласно последним данным, заболеваемость ВИЧ-инфекцией на 100 тысяч населения в нашей стране в 10 раз выше, чем во всем Евросоюзе. В День борьбы со СПИДом The Blueprint рассказывает, как художники, режиссеры и драматурги осмысляли эту проблему и помогали врачам и общественным организациям.

Фрэнк Мур: Красная ленточка

Международный символ борьбы с эпидемией ВИЧ придумал в 1991 году нью-йоркский художник Фрэнк Мур, известный прежде всего своими междисциплинарными работами. С 1985 по 1987 год Мур превратил свою студию в площадку для репетиций спектакля-фильма «Улей», в котором участвовала вся художественная богема того времени. К 1991 году он уже шесть лет открыто жил с положительным статусом и занимался активизмом. Так, он был одним из основателей группы Visual AIDS, благодаря которой руководство музея Метрополитен — одной из крупнейших культурных институций Америки — учредило грантовую программу для больных художников и начало собирать архив их работ.

Фрэнк Мур

Джули Эндрюс и Джереми Айронс

Пол Ньюман и Элизабет Тейлор

Но ситуация в США требовала акций гораздо более масштабных: по сообщениям The Los Angeles Times, осложнения, связанные с ВИЧ, на 1991 год были второй причиной смертей в стране после заболеваний сердца. Тогда Мур придумал ту самую красную, в цвет крови, ленту — знак солидарности, который было так просто продемонстрировать. Осталось заручиться общественной поддержкой. Мур и товарищи решили обратиться за помощью к самым популярным людям Америки. В 1991 году на церемонию театральной премии «Тони» актер Джереми Айронс, только что получивший «Оскар» за «Изнанку судьбы», пришел с приколотой на лацкан пиджака красной лентой. Эстафету подхватила одна из самых знаменитых женщин и страны, и планеты Элизабет Тейлор, которая в 1992 году вместе с Полом Ньюманом вручала «Оскар» за «Лучший фильм». Что значил ее аксессуар, на следующее утро знала вся Америка.

Тони Кушнер: «Ангелы в Америке»

Эпохальная и, что важно, вполне народная пьеса об эпидемии ВИЧ в США авторства одного из любимых сценаристов Стивена Спилберга Тони Кушнера (он работал над «Мюнхеном» и «Линкольном») была опубликована и впервые поставлена в 1991 году, в 1993-м выиграла Пулитцера, а в 2003-м была экранизирована автором «Выпускника» и «Кто боится Вирджинии Вулф?» Майком Николсом (с ним «Ангелы» взяли уже все «Эмми»).


Кушнер не ограничился хроникой пандемии: он ввел в историю совершенно новый политический контекст и зарифмовал эпидемию ВИЧ с холодной войной и антикоммунистической охотой на ведьм в США.


Один из главных героев «Ангелов» — Рой Кон, влиятельнейший адвокат, расцвет карьеры которого пришелся на 1950-е. В пьесе Кушнер описывает последние месяцы его жизни (середина 1980-х, разгар эпидемии ВИЧ), когда он, умирая от СПИДа (реальный Кон до последнего утверждал, что у него просто рак), пытается примириться со своим прошлым. А его прошлое — это одни из самых позорных страниц истории США. В 23 года, работая на стороне гособвинения, он добился смертной казни Юлиуса и Этель Розенберг, которых в ходе явно политического дела обвинили в передаче СССР сведений о ядерном оружии, — известно, что Кон лично готовил речи для «свидетелей». После этого он стал правой рукой сенатора Джозефа Маккарти, объявившего в стране «охоту на ведьм» — геев, лесбиянок и коммунистов (при этом сам Кон был геем). Дальше Кон служил советником Рейгана и представлял в суде и мафиозных крестных отцов, и католическую церковь. В «Ангелах» Кон — умирающий в одиночестве старик, который не может ни на секунду потерять лицо — а значит, в первую очередь признать тот факт, что всю жизнь работал адвокатом дьявола.


ACT UP: «Молчание = смерть»

В 1987 году весь Манхэттен был завешан одним постером: розовый треугольник на черном фоне и подпись «Молчание = смерть». Как выяснилось позже, розовый треугольник отсылал к нашивке на одежде заключенных-гомосексуалов в нацистских концлагерях, а фраза была прямым обращением к президенту США Рональду Рейгану, который отказывался признавать, что в стране бушует эпидемия пострашнее чумы. Авторами плаката, который с тех пор вошел во все учебники истории, дизайна и обществознания одновременно, были художники из группировки ACT UP, стихийно образовавшейся в 1987 же году ради просвещения общества в вопросах ВИЧ. Изначально в группу входило около 300 человек, и она стремительно росла: через год с ACT UP себя связывали уже около тысячи активистов, среди которых был цвет американского авангарда — Роберт Войнарович, Барбара Крюгер и Ханс Хааке.

После десятка демонстраций и выставок и сотни лекций ACT UP на эпидемию действительно обратили внимание: с одной стороны, согласились, что упорство в борьбе с общественным невежеством рано или поздно приносит свои плоды, а с другой — признали, что в случае с ВИЧ эти плоды пришли именно «поздно». К тому моменту, как администрация Рейгана обратила должное внимание на катастрофу, многие из участников ACT UP стали жертвами эпидемии.

Феликс Гонзалес-Торрес: «Плацебо» 

Классик американского концептуализма и участник ACT UP, в 1990 году Торрес придумал серию из девятнадцати работ, которая вошла в историю как «Леденцы». Художник не признавал стерильное и статичное галерейное искусство, которое не требовало от зрителя никакого участия и само со временем не менялось. Поэтому он стал делать объекты из конфет. По его задумке, они без какого-либо надзора раскладывались в музеях и галереях, зрители должны были уносить их с собой, а работники музеев периодически пополнять запас — так скульптуры приобретали интерактивную составляющую.

Первая и, наверное, самая известная скульптура из «Леденцов» называлась «Плацебо» и была посвящена любовнику Торреса — Россу Лейкоку, который скончался от осложнений, вызванных ВИЧ. Пол в галерее Сохо, где впервые показывалось «Плацебо», был выложен леденцами, общий вес которых составлял вес Лейкока. Зрители брали конфеты и таким образом участвовали в своеобразной евхаристии — причащении телом. Сам Торрес, выросший в католической кубинской семье, в своем произведении размышлял не только об эпидемии (он, кстати, на протяжении всей жизни протестовал против трагического изображения больных ВИЧ, считая, что это их еще больше стигматизирует) и своей утрате (которую ему приходилось заново переживать в «Плацебо»), но и о своем консервативном воспитании, согласно которому гомосексуальная любовь считалась грехом.

Кит Харинг: Keith Haring Foundation

«Вундеркинд поп-арта», друг Берроуза, автор костюмов Мадонны и Грейс Джонс и единственный художник, который в 1980-е мог соперничать с Энди Уорхолом за титул главного модника Нью-Йорка, узнал о своем положительном статусе в 1988 году, и с того момента, вплоть до своей смерти в 1990-м, сделал все, чтобы дестигматизировать свой диагноз. В этом, безусловно, помог его фирменный жизнерадостный стиль — ядреная смесь из поп-арта, граффити и американского неоэкспрессионизма. На картинах и постерах Харинга смертельный вирус приобрел форму сперматозоида с дьявольскими рожками.

Логотип Heritage of Pride

Одновременно с этим художник основал фонд Keith Haring Foundation. Организация занималась не только финансированием исследований и адресной помощью больницам, но и очищала права на использование работ Харинга — благотворительные организации и медицинские учреждения не платили за них, и скоро их объявления для групп поддержки стали выглядеть лучше, чем иные постеры выставок современного искусства. По сути Харинг работал скорее на поле PR-технологий. А еще он был одним из немногих художников, который в своем искусстве пропагандировал безопасный секс. Ни в коем случае не отрицая серьезность ВИЧ, он умел подходить к этой теме с иронией. Так, например, при участии Keith Haring Foundation в больницах для пациентов с ВИЧ регулярно устраивались выездные выступления дрэг-квинс.

Дерек Джармен: «Голубой»

«Голубой» Дерека Джармена — режиссера, сделавшего звезду из Тильды Суинтон, и человека, который во многом сформировал современное авангардное кино и стал его классиком, — вышел в 1993 году и произвел эффект разорвавшейся бомбы. Фильм оказался самым радикальным высказыванием Джармена и одновременно его завещанием — спустя год после премьеры режиссер умер от осложнений, вызванных ВИЧ. «Голубой» — это час двадцать буквально голубого экрана и закадрового текста, в котором Джармен вспоминает свою жизнь и своих погибших от СПИДа друзей и любовников (эти воспоминания помимо самого автора зачитывала как раз Суинтон и другие его любимые актеры).

Картина неожиданно попала в сетку телеканала Channel 4, а ее радиоверсия — в BBC Radio 3. Неожиданно — потому что в начале 1990-х Великобритания была одной из самых гомофобных стран Европы, в официальной риторике которой заболевание связывалось с сексуальной ориентацией. Джармен был одним из немногих британцев, кто открыто говорил и о своей гомосексуальности, и о своем диагнозе, и с этой риторикой публично боролся. Его кампания, стоившая ему многих друзей, началась в 1988 году, когда правительство Маргарет Тэтчер одобрило статью 28 закона о местном самоуправлении — британский аналог российского закона о «пропаганде нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних». Отменить закон спустя девять лет после смерти Джармена удалось правительству Тони Блэра.

Лучшие материалы The Blueprint — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь!

{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}