Blueprint
T

← @betamax.plus

Смысловые галлюцинации

ФОТО:
АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ

Бессмертную славу сюрреализму принесли Дали, Магритт и Миро, а мировое господство ему вот-вот обеспечат DALL-E, Midjourney и Kandinskiy. Мария Кувшинова объясняет почему именно Искусственный Интеллект стал главным воплощением коллективного бессознательного.

Vision # 6, Nikita Panin

Vision # 6, Nikita Panin

«Художники-сюрреалисты считали, что бессознательное является ключом к открытию новых форм художественного выражения, и стремились проникнуть в его глубины с помощью таких методов, как автоматическое письмо и рисование»

Информационный бюллетень RADAR

«Человек, который не может представить лошадь, скачущую на помидоре, — идиот», — утверждал Андре Бретон. Спустя сто лет после написанного им «Манифеста сюрреализма» лошадь, скачущую на помидоре (помидор, скачущей на лошади, помидор с человеческим лицом и лошадь с бокалом виски) может не только представить, но и за несколько секунд «нарисовать» любой человек, у которого есть выход в интернет. За два года, прошедшие с момента появления общедоступных генераторов изображений из текстового запроса, мы увидели сотни изображений, напоминающих о картинах художников-сюрреалистов, волновавших предыдущие поколения, — недаром название одной из самых известных моделей, DALL·E, составлена из имен Сальвадора Дали и пиксаровского робота WALL·E, а крупнейшая прошлогодняя выставка генеративного искусства в Нью-Йорке называлась AI Surrealism. Теоретик цифровой культуры и новых медиа Лев Манович замечает, что начиная с 1980-х годов различные стратегии активно применяются в массовой культуре: витрины магазинов стали разговаривать на языке концептуальных инсталляций, в 1990-е Photoshop сделал массово популярной авангардную технику коллажа: «А сегодня AI-инструменты позволяют массам создавать базовый сюрреализм».

Информационный бюллетень RADAR, изучающий потенциал искусственного интеллекта для творчества, в прошлом году отметил параллели между сюрреализмом и зарождающимся генеративным искусством: «Одной из ключевых философских концепций, с которыми связаны как искусство искусственного интеллекта, так и сюрреализм, является идея бессознательного. Художники-сюрреалисты считали, что бессознательное является ключом к открытию новых форм художественного выражения, и стремились проникнуть в его глубины с помощью таких методов, как автоматическое письмо и рисование. Точно так же искусство искусственного интеллекта часто предполагает использование генеративных алгоритмов, предназначенных для имитации работы человеческого мозга, создавая непредсказуемые, сюрреалистические,
иногда тревожные произведения».

Tianyi Duan

Deliberate dreams, Marina Ahmadova

Beth Frey

Jess MacCormack

Beth Frey

Около ста лет назад Мерет Оппенгейм показала нам, что чашка бывает меховой, Дали — что часы могут стекать с высохшей ветки, Магритт — что трубка — это не трубка, а фотограф Брассай увидел улицы Парижа как ламинальные пространства, изредка пересекаемые искаженными фигурами. Разрушая барьер между сном и реальностью, сюрреалисты легитимизировали странное и открыли портал в подсознание — как собственное, так и коллективное. Ранние последователи Фрейда, они первыми поняли, что каждый художник выражает как себя, так и архетипы — элементы общего кода, инсталлированные в системных настройках каждого человека. На перекрестке коллективного и личного и возникает искусство, как сегодня изображение возникает в точке пересечения вашего промта и миллионов картин и фотографий, в разные времена созданных другими людьми и впоследствии вошедшими в датасет для обучения модели. Чем является этот палимпсест из бесконечного потока образов, от которого машина, как Микеланджело от камня, отсекает все лишнее, как не эманацией коллективного бессознательного?

Charlie Engman

«Разрушая барьер между сном и реальностью, сюрреалисты легитимизировали странное и открыли портал в подсознание — как собственное, так и коллективное»

«[Психиатр] Игнасио Маете Бланко писал о том, что бессознательное имеет структуру, указывающую на множества неких алгоритмов, и что эту структуру возможно обнаружить, — говорит художница
Катя Пряник из дуэта Gray Cake, исследующего генеративные практики. — Это непросто. Но если мы подключим все наши когнитивные способности, возможно, мы приблизимся к своему “нутру”. Хулио Кортасар в “Модели для сборки” описал замечательное чувство, которое возникает из-за взаимосвязи невзаимосвязанных событий: человек вошел в кафе, стул скрипнул, ты чувствуешь вкус кофе — и вдруг! Ты словно бы прозрел. У тебя сложился паттерн, сработал какой-то внутренний алгоритм, твой индивидуальный, и все — ты вдруг что-то осознал. Как это работает? Мы в процессе понимания этого». Ее соавтор, художник и программист Александр Сереченко сравнивает этот процесс цифрового самопознания со стратегиями сюрреалистов: «Мне кажется, что и сюрреализм в какой-то момент был именно исследовательским проектом. Даже импрессионисты все равно занимались тем, что пытались скопировать ощущение от реальности во внешнем или во внутреннем ее проявлении. Сюрреализм уходил если не в антиреальность, а в то, что (кроме реальности) еще тоже реально, альтернативно реальное, а то и сверхреально. И это касалось внутреннего символического мира, который в первую очередь проявляется в снах: характерная абсурдность и нелогичность вещей — мы переживаем ее каждую ночь. Я думаю, сюрреализм потому и выстрелил, потому что начал заниматься вещью, на которую никто не обращал внимание, а она была очень рядом».

Многие теории и практики сюрреалистов кажутся аналоговыми прототипами скриптов, которые сегодня выполняются компьютерами. Генерация новых изображения на основе уже существующих напоминает о коллективных рисунках и сюрреалистических коллажах, создатели которых не знали заранее, как будет выглядеть вклад их соавторов и конечный результат. Зародившись как литературное движение, сюрреализм поначалу не представлял себя в контексте визуальных искусств, и отправной точкой генеративных изображений также становится слово — не представимый еще несколько лет назад феномен, снимающий конфликт между вербальным и визуальным (что особенно вдохновляет в российском логоцентрическом контексте).

Кликайте,
чтобы развернуть

Beth Frey
Simon Lavi

«Сон, вызванный полетом пчелы вокруг граната, за секунду до пробуждения», Сальвадор Дали, 1944

Анастасия Владимирская/@onastya

Beth Frey

Simon Lavi

Автоматизм, и в частности автоматическое письмо, — основная практика сюрреализма, призванная освободить реальное движение мысли (в 1922 году Олдос Хаксли высмеял ее в своем дебютном романе «Желтый Кром»: один из персонажей, автор нравоучительных брошюр, вооружившись ручкой и бумагой, долго смотрел на электрическую лампочку, впадал в транс, а по возвращении в себя находил несколько страниц готового текста). Прием автоматического письма был позаимствован у Фрейда, который использовал метод свободных ассоциаций для диагностики пациентов: на сеансах они говорили первое, что приходит им голову, пропуская поток слов как бы в обход сознания и рационального контроля. По такому же принципу призывали создавать произведения искусства сюрреалисты, отдавая свое творчество на откуп неотрефлексированным порывам.


Идея неожиданности, изумления, потери контроля над конечным результатом произведения — ключевая в генеративном искусстве. Хотя умение за счет конкретизации запроса добиться от модели определенного результата и является главным скиллом промпт-инженера при работе с генеративными нейросетями, предсказать результат генерации со стопроцентной точностью невозможно, иначе не возникло бы такого понятия, как «галлюцинации ИИ». Майор Бриггс из «Твин Пикса» (созданного еще одним современным наследником сюрреалистов, Дэвидом Линчем) говорил, что некоторые сны представляют из себя простую сортировку и каталогизацию событий дня с помощью подсознания. Утром их можно рационализировать и установить источник в реальности. Другие же представляют из себя свежие и ясные видения, когда разум открывается самому себе. В сновидениях ИИ промпт кажется таким рационализируемым элементом, в то время как конечный результат — портал в неизвестное, напоминающий фантастический сон Бриггса.

«Сны представляют из себя простую сортировку и каталогизацию событий дня с помощью подсознания..

Утром их можно рациона-лизировать и установить источник в реальности. Другие же представляют из себя свежие и ясные видения, когда разум открывается самому себе»

Александр Сереченко

Анастасия Владимирская

Анастасия Владимирская
/@onastya

«Можно сказать, что сюрреализм — это попытка использовать неотрефлексированную символику в ее неожиданных комбинациях. Это справедливо и для текстовых произведений, и для изображений, — говорит Александр Сереченко. — Технически такой процесс схож с галлюцинированием: измененное сознание неконтролируемо производит и обрабатывает поток образов. Какие-то внутренние аппараты выключены, какие-то продолжают работать. Во сне “системные утилиты” памяти перефасовывают и дефрагментируют накопленный опыт, а мы бессознательно наблюдаем за этой работой и ее побочными явлениями. В свою очередь это похоже на работу генеративных ИИ, обученных на большом объеме данных, — визуальные образы без всякой сознательной интенции алгоритмически комбинируются так, чтобы соответствовать заданному промпту. Бессознательный процесс обработки накопленного опыта — вот где ИИ схожи со снами. Все эти феномены вместе представляю облако понятий и терминов — галлюцинирование, сон, сюрреализм, ИИ как бессознательное, накопленные данные, пересечение символов, алеаторика (если бы мы говорили о музыкальной форме) и случайность. Дальше уже можно играть с этими понятиями, создавая интересные концептуальные конструкции».

@pulp_opera
betamax.plus
betamax.plus

betamax.plus

@pulp_opera

Сюрреалисты, чье появление стало ответом на распад привычной повседневности в бурных событиях начала XX века, стремились к разрушению привычных представлений о реальности, вскрывая ее неожиданные или даже шокирующие аспекты. Сегодня генеративные модели создают видения настолько неправдоподобные и одновременно реалистичные, что доверять своим глазам становится почти невозможно. Один из недавних ярких примеров находится на пересечении цифрового искусства и массовой культуры: канадский художник Джон Рафман, который много работал с гиперреальными артефактами Google Street View, сделал для Канье Уэста генеративный видеоряд на трек Vutures, атмосфера которого выглядит одновременно потусторонней и узнаваемой.

Бессознательный процесс обработки накопленного опыта — вот где ИИ схожи со снами.

Александр Сереченко

Все эти феномены вместе представляю облако понятий и терминов — галлюцинирование, сон, сюрреализм, ИИ как бессознательное, накопленные данные, пересечение символов, алеаторика (если бы мы говорили о музыкальной форме) и случайность.

Дальше уже можно играть с этими понятиями, создавая интересные концептуальные конструкции»

Jess MacCormack

Последние два года мы атакованы сгенерированными изображениями и наблюдаем за тем, как ИИ постепенно учится (например, рисовать пальцы рук), но микроскопические нюансы и артефакты все еще выдают «искусственность» картинки, даже когда разработчики генеративных моделей и авторы промптов стараются приблизиться к правдоподобному результату. Так, в апреле с выходом «Падения империи» Алекса Гарленда разгорелся скандал: зрители обнаружили, что постеры фильма созданы при помощи ИИ и обвинили студию в том, что она решила сэкономить на «нормальном художнике». Привыкнем ли мы к почти неуловимой странности этих картинок, или ИИ в обозримом будущем научится быть максимально убедительным, или, скорее, случится комбинация того и другого, но в некотором смысле идея о подмене реальности ирреальностью, близкая сюрреалистам, сегодня доводится до логического конца — причем не в масштабах артистической мастерской или музея, а в масштабах всего информационного пространства, в котором мы сегодня живем в уже не меньшей степени, чем в физическом мире.

Jess MacCormack

{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}