T

«Все страньше и страньше».
Глава из книги Джона Хиггса

На следующей неделе в издательстве Individuum выходит «Всё страньше и страньше. Как теория относительности, рок-н-ролл и научная фантастика определили XX век» Джона Хиггса — экскурсия по главным интеллектуальным, художественным и популярным течениям ХХ века — начиная с теории относительности Эйнштейна и заканчивая дадаизмом. В этой истории Хиггс ищет ответ на вопрос — как вышло, что ХХ век стал таким кровавым и жестоким. The Blueprint с разрешения издательства публикует отрывок из книги, сегодня особенно актуальный — как государства и их лидеры в ХХ веке решались на геноцид и причем здесь отец психоанализа Фрейд.


Изначально фрейдовская модель Ид, Эго и Супер-эго предназначалась только для описания индивида. Но появилась и традиция объяснять в терминах фрейдизма крупные явления общественной жизни — как, например, в сочинении Вильгельма Райха «Психология масс и фашизм» (1933) и других подобных работах. Схемы Фрейда удачно дополняют социологическую ид 115 концепцию массового общества, которая описывает, как элита может манипулировать населением, состоящим из атомизированных индивидов. Концепция «средств массовой информации» связана с массовым обществом. Методы контроля массового общества и управления им, естественно, интересовали политических деятелей.

Пример подсознательной манипуляции массовым обществом — перенастройка отношения людей к другим нациям в 1930-е. Если политики насаждают ненависть к иностранцам и инородцам, то получается редкая ситуация, когда удовлетворены одновременно и Ид, и Супер-эго. Можно не сдерживать разрушительные варварские побуждения Ид и при этом убедить Супер-эго, что ты послушно выполняешь волю своих господ. При этом редком согласии Ид и Супер-эго самому Эго было трудно сопротивляться мраку, опускавшемуся на общество.


Умело манипулируя стихией Ид, политики сподвигали свои армии на совершение геноцида. Этот термин предложили в 1944 году для описания преднамеренной попытки истребления целого этноса. Раньше такого слова не существовало. До XX века в нем не было нужды. Точные цифры установить трудно, но большинство оценок сходится в том, что Сталин виновен в большем числе смертей, чем Гитлер, а Мао Цзэдун уничтожил больше людей, чем Сталин и Гитлер вместе взятые. Такие фигуры, как Пол Пот, Саддам Хусейн и Ким Ир Сен, сделали все, чтобы XX век остался в истории как эпоха геноцида.

Волосы на голове шевелятся от осознания того, с какой легкостью государства шли на геноцид. В речи, с которой он выступил перед командным составом вермахта за неделю до вторжения в Польшу, Гитлер сказал: «Кто сейчас вспоминает об армянской резне?» Он знал, что мировое сообщество отчасти приняло, отчасти «не заметило» геноцид 1915–1923 годов, когда правительство османской Турции истребило до полутора миллионов армян. Как, по некоторым свидетельствам, заметил в разговоре с Черчиллем Сталин, «гибель одного—это трагедия, гибель тысяч — статистика».

Современные технологии упрощали задачу. На стене кабинета Гитлера в Мюнхене висел портрет американского автомобильного магната Генри Форда. Форд был ярым антисемитом и разработчиком конвейерной технологии массового производства, принцип которой он подсмотрел на чикагских бойнях. Применение новых, промышленных технологий убийства — один из факторов, отличающих геноциды новейшего времени от истребления индейцев Америки и других подобных событий прошлого. Но доступность технологий для «индустриализации» убийства сама по себе не объясняет, почему такое творится.



В 1996 году президент организации Genocide Watch Грегори Стэнтон выделил восемь этапов типичного геноцида: классификация, символизация, дегуманизация, организация, поляризация, подготовка, истребление и отрицание. Первая стадия, классификация, описывается как разделение людей на «мы» и «они». К ней особенный характер XX века отлично располагает. Таков сопутствующий эффект как национализма, так и индивидуализма. Сосредоточенность на индивидуальном создает разделение между индивидом и «другими» приблизительно по той же схеме, что идентификация человека с гербом и флагом.


Геноцид — порождение адского коктейля технологий, национализма, индивидуализма и прихода психопатов к власти. Он показал, что человек—вовсе не тот рациональный субъект, год за годом старательно улучшающий мир, каким он себя гордо мнил. Рациональность—продукт сознательной части разума, но эта часть покоится на иррациональном основании бессознательного. Личность оказалась сложнее, чем считалось. Если в мире, утратившем омфалы, и могла быть какая-то определенность, не стоило искать ее в нематериальной области человеческого разума.


Возникает вопрос: можно ли найти такую определенность
в материальной природе?


{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}