I have a dream
ФОТО:
АРХИВ ПРЕСС-СЛУЖБЫ
Фильм Райана Куглера «Грешники» стал рекордсменом премии «Оскар», получив аж 16 номинаций, включая все главные (кроме ведущей актрисы, которых в этой ленте нет). Иван Матушкин уверен, что картина далеко не так хороша, как можно было бы подумать, а ее попытка совместить «народный жанр» с политическим высказыванием привела к тому, что не получилось ни то, ни другое.
«Грешники», 2025
Я решил держаться за любовь, ненависть — слишком тяжкий груз
«Оскар» много лет оставался самой скучной кинопремией на планете Земля. Оно и понятно, когда голосуют тысячи членов академии, побеждает зачастую не самый яркий, необычный и рискованный номинант, а самый гладкий, прилизанный, тот, который ни у кого не вызовет отторжения. Типично американскую историю преодоления (возьмите хоть «Храброе сердце», хоть «Гладиатора», даже «Властелина колец») разбавляли разве что истории о непреодолимых страданиях и несправедливости мира, которую надо попробовать преодолеть и из-за которой придется страдать. В общем, вы поняли: несправедливость, борьба, страдание. Желательно воодушевляющий конец. Если конец не счастливый, то виной тому... Ну вы поняли.
Академики упорным трудом построили себе репутацию людей, которые награждают только самых банальных кандидатов. Киноманы вряд ли забудут и простят увенчание «Оскаром» самого скучного, по крайней мере на тот момент, фильма Скорсезе («Отступники»), повесточных «12 лет рабства» (когда у их режиссера Маккуина есть великие «Голод» и «Стыд»), самой банальной — хочется сказать «голливудской» картины — картины дель Торо («Форма воды»).
«12 лет рабства», 2013
«Лунный свет», 2016
В XXI веке ко всему этому, конечно, не могла не прибавиться политкорректность и борьба за права ранее (а то и сейчас) ущемленных социальных групп. «Горбатая гора», «Сокровище», «Прислуга», те же «12 лет рабства», «Лунный свет», «Зеленая книга» могли быть, а могли не быть хорошими фильмами. Важно, что они помогали академии сказать: народ, мы с вами, мы разделяем ваши проблемы, мы (почти) одни из вас. Выглядело это все, конечно, ужасно искусственно. А когда явного зрительского фаворита («Ла-Ла Ленд») обделяли наградой в пользу чего-то, где можно разглядеть повестку («Лунный свет»), зрители только фыркали: политика победила кино.
Вся эта скука и предсказуемость не могла не повлиять на рейтинги церемонии: с 2014-го по 2020-й трансляция «Оскара» потеряла почти половину зрителей — от 43 миллионов человек осталось 23. Причем это падение шло с самого начала века. Боссы премии поняли: что-то надо делать. Этим чем-то оказалось добавление в номинации жанровых фильмов. За последние годы в расширившуюся до десяти позиций номинацию на лучший фильм года попадали две части «Дюны», «Аватар», «Топ Ган», «Злая» — фильмы сугубо коммерческие, которые раньше к академикам никто бы близко не пропустил.
В общем-то, три этих фактора — «правильная» история, защита бывших угнетенных и стремление разнообразить типичное «оскаровское» кино жанровым — стали слагаемыми, вероятно, главной неожиданности номинаций этого года: «Грешников» Райана Куглера выдвинули сразу на 16 наград. Это не просто больше, чем у любого другого фильма, — это абсолютный рекорд за всю историю премии.
«Грешники», 2025
Наша жизнь заканчивается с того дня, когда мы решаем молчать о важном
Еще до всего этого вороха номинаций Райан Куглер уже стал самым успешным черным режиссером за всю историю кинематографа. По крайней мере, с коммерческой точки зрения. Выстрелив на «Санденсе» и в Каннах в неполные 26 лет с социально правильной лентой «Станция “Фрутвейл”» (не бесталанная, но ничем не удивляющая хроника последнего дня жизни парня, которого
затем убьют копы), уроженец Калифорнии из семьи социальной активистки и сотрудника службы надзора за условно осужденными подростками сразу
же получил шанс возродить боксерскую франшизу «Рокки» — где Сильвестр Сталлоне передавал бразды молодому герою. Думаю, цвет кожи нового
главного героя уточнять не стоит?
«Станция «Фрутвейл», 2013
Собрав с «Кридом» внушительные 175 миллионов долларов при бюджете в 35, Куглер сделал следующий шаг. Теперь его черный (супер)герой выходил не на ринг, а на бой с суперзлодеями. «Черную пантеру» принято называть первым фильмом с ведущей ролью чернокожего супергероя. Фильм про вымышленную страну Ваканда, которая давно живет в ультраразвитом будущем, но притворяется обычной африканской глухоманью (чтобы не пришли злые колонисты) успел застать золотые годы вселенной Marvel и собрал в прокате почти полтора миллиарда долларов — во всей франшизе его обошли только четыре части «Мстителей» и «Человек-паук: Нет пути домой».
«Крид: Наследие Рокки», 2015
«Черная пантера», 2018
«Чёрная Пантера: Ваканда навеки», 2022
Перед второй частью серии фильм лишился главного актера — Чедвика Боузмена. Но Куглер и тут не спасовал, ведь что может черный мужчина, то может и черная женщина. Фильм с новой героиней уступил предыдущему и качеством, и сборами, но 860 миллионов с неба не падают. Сняв три подряд невероятно прибыльных (сборы всегда минимум в четыре раза превышали бюджет) фильма, Куглер получил от продюсеров карт-бланш на первый со времен дебюта авторский проект. Часовой фильм о тяжкой жизни черных на американском юге времен расовой сегрегации. И часовой фильм о борьбе с вампирами под задорный блюз. Которые волею судеб оказались одним проектом и одним фильмом.
«Грешники», 2025
Ум и характер — вот цель истинного образования
Говоря о прибыльности прошлых проектов Куглера, нельзя не отметить, что все это были неплохие фильмы. Да, предсказуемые до зубовного скрежета. Да, идеологически «правильные», «повесточные». Тот тип «левых» голливудских фильмов, который, конечно, нацелен на сбор взносов с одобряющего повестку населения, но при этом не лишен сюжета, зрелищности, даже кое-какой драматургии. В былые годы мы бы приняли эти фильмы за крепких середняков. Особенно если бы героями были белые мужчины.
Ближайшую аналогию фильмам Куглера хочется найти даже не в кинематографе, а в литературе. Конкретно в той ее части, которая традиционно борется за Пулитцеровскую премию. Взять, скажем, двукратного ее обладателя Колсона Уайтхеда, который заворачивает все тот же разговор о расизме в приключенческие книги, про которые тоже не скажешь ничего плохого: они качественно написаны, сюжетно выстроены, как по лучшим шаблонам с курсов креативного письма, в них правильная мораль. И от них очень тянет зевать. Ровно ту же реакцию (у меня) вызывают и фильмы Куглера. Еще одна литературная ассоциация к ним: советские детские повести вроде «Кортика» и «Бронзовой птицы», в которых всегда понятно, когда наступит следующее приключение и чем оно завершится, а идеологический заряд призван воспитывать молодежь в классово (хочется сказать расово) верном духе.
«Грешники», 2025
Темнота не может разогнать темноту, ненависть не может уничтожить ненависть
«Грешники» начинаются со сцены, где окровавленный Сэмми вбегает в церковь, чтобы мы сразу поняли — хорошо не будет. А затем уже действие возвращается назад, чтобы мы увидели, как все до этого дошло. Близнецы-гангстеры Дым и Пепел (оба — Майкл Б. Джордан, постоянная муза Куглера) возвращаются в родной город из Чикаго, где украли слишком много, и теперь вынуждены прятаться в дельте Миссисипи. На дворе 1920-е — Аль Капоне еще на свободе, Первая мировая, в которой братья повоевали, завершена. На юге США действуют сегрегационные законы Джима Кроу, которые их сторонники называли принципом «разделенных, но равных». Белым и черным полагались разные школы, туалеты, входы в общественные знания. При этом утверждалось, что дискриминации нет, — черные якобы получают все то же самое, что белые, просто отдельно. На деле, конечно, ситуация была другой, о чем Куглер и рассказывает нам всю первую часть фильма.
«Грешники», 2025
Вот история, как члены ку-клукс-клана обвинили черного мужчину в вымышленном убийстве, чтобы ограбить. Вот тяжелая работа на плантации — уже не в рабстве, но все еще за копейки. Вот отвратительный — пыхтящий, тучный, с сальным видом и едва не значками долларов в глазах — владелец старого амбара, который братья арендуют, чтобы открыть juke joint: пространство черной музыки и черной свободы.
До поры кажется, что «Грешники» будут классическим фильмом про плохих белых, этаким «Миссисипи в огне» 2025. Но тут сценарий делает удивительный (как некоторым кажется) поворот — вместо ку-клукс-клана приходят вампиры. Дальше: утраченная любовь, кровавая баня, борьба двух братьев, сравнение (которое нам просто тычут в глаза параллельным монтажом) двух их возлюбленных — белокожей полукровки и африканской колдуньи, искупительный рассвет, эпилог.
«Грешники», 2025
Разбирать расовый подтекст «Грешников» можно долго, но будет скучно. Вампиры, конечно, белые. Первой в защищенный правилом порога (как мы помним из сказок, вампира должны пригласить — иначе ему не войти) и живительной музыкой амбар кровососов приводит полукровка. После вампиров, конечно, все равно придет ку-клукс-клан — чтобы мы уж точно поняли, что это ОДНО И ТО ЖЕ. Единственное остроумное решение: вампиры — нищие ирландские крестьяне — приходят с собственной музыкой, и когда их не пускают в амбар на блюзовую вечеринку, принимаются обращать его гостей по одному — и заставляют танцевать под свои, белые мелодии.
«Грешники», 2025
Посвящая фильм расовому разговору, режиссер успел кивнуть и в сторону других притесненных групп. До запрещенной в России аббревиатуры дело не дошло, а вот про эмансипацию женщин поговорили. Вот белокожая полукровка, отданная нелюбимому, но богатому белому мужу. Вот колдунья, которая сама всю жизнь повелевает мужчинами, но страдает, что они этого не ценят (при встрече она буквально заявляет то ли Дыму, то ли Пеплу, что на войне они выжили лишь благодаря ее обрядам). И конечно, не обошлось без шуток про куннилингус — как еще показать сексуальную эмансипацию женщин в 2025 году?
«Грешники», 2025
Никто не знает, зачем живет, пока не узнает, за что готов умереть
Примерно с тем же рвением отличника Куглер собирает и режиссерские решения. Флешфорвард, параллельный монтаж, сцена в титрах, сцена после титров, клиповая съемка вечеринки в juke joint, в которой африканские племенные танцы переходят в тверк (чтобы вы опять-таки не пропустили мысль: черная культура едина и непобедима), до поры скрытая от зрителя монтажной склейкой развязка. Кажется, что фильм делали методом заполнения режиссерского бинго, в котором не осталось незачеркнутых эффектных приемов.
«Грешники», 2025
Главная проблема «Грешников», пожалуй, в том, что во всем этом нет ни единой находки. Вампиры сосут кровь из народа? База. Достаточно вспомнить, что Дракула был графом, обсасывавшим своих крестьян, — а дальше эту метафору развивали все, вплоть до Пелевина и сериала «Пищеблок». Вампиры не просто сосут кровь у народа, но делают это на американском юге? «Интервью с вампиром». Вампиризм как повод поговорить о меньшинствах? «Настоящая кровь». На тему «вампиры и расизм» написаны десятки работ. И что нового сказал нам Куглер?
Вторая главная проблема в том, что режиссер, кажется, и сам не знает, что хотел сказать. С одной стороны, он запараллеливает вампиров с ку-клукс-кланом. С другой — делает их угнетенными нищими приезжими, которые предлагают черным разобраться с кланом вместе. С одной стороны, блюз у него — музыка дьявола, с другой — именно она освобождает и дарит жизнь. Даже с концовкой Куглер так и не определился: за первой следует вторая, за ней сцена посреди титров, за ней — сцена после титров. В какой-то момент начинаешь жалеть, что теперь у режиссеров нет проблемы закончившейся пленки.
«Грешники», 2025
Надо смириться с ограниченным разочарованием, но не терять безграничную надежду
При всей этой мешанине неудивительно, что киношные издания (например, раз и два) оценили фильм значительно ниже, чем общественно-политические (в New York Times вообще умудрились написать текст о фильме про расовые проблемы, ни разу не упомянув расовых проблем, — как бы чего не вышло), а зрительская оценка на Metacritic ощутимо ниже, чем у рецензентов. Три четверти от всех сборов фильм получил в Америке, где тема ущемления меньшинств при Трампе вновь стала актуальной. Для сравнения, у «Черной пантеры» домашние и заморские сборы были примерно равны. Вдобавок «Грешники» стали первым фильмом Куглера, который не собрал в прокате и двух своих бюджетов (вместе с маркетингом фильм мог стоить до 260 миллионов долларов при сборах в 370), хоть и остался коммерчески успешен. Так что 16 номинаций от членов киноакадемии выглядят парадоксально: с одной стороны, это очередной шаг навстречу жанру и зрителям (давно вы видели номинанта на «Оскар», в котором во время секса кому-то перегрызают горло?), а с другой — отработка «правильной» повестки. Вот только сшив эти два фильма в один, Куглер ни один из них не сделал по-настоящему сильным. Уж лучше устроить себе сдвоенный сеанс из того же «Миссисипи в огне» и «30 дней ночи», например.
«Грешники», 2025
И ведь Куглер практически во всем прав. Да, расисты, нацисты и прочие различители людей по цвету кожи, языку и паспорту ничем не лучше загробной нежити. Да, нет никакой разницы между заставляющим людей работать за копейки магнатом и сосущим кровь вампиром. Да, сохранение своей исконной культуры в том числе мешает всякого рода дельцам к ней присосаться. Но хочется залезть на трибуну Мартина Лютера Кинга и сказать: «У меня есть мечта, что однажды “правильное” кино перестанет стремиться быть таким уж правильным». Ведь, как показал в одной из десятков своих мыслей сам Куглер, иногда можно отстоять себя, просто двигаясь в собственном ритме.
P.S.: Последую примеру режиссера и ворвусь в текст после титров. В одной из добавочных сцен Куглер открыто намекнул, что поддавшиеся соблазну дьявола черные становятся рэперами. Вот фильм про это мы бы посмотрели!
