T

Приключения Квентина на Руси 

ИЛЛЮСТРАЦИИ:

Главный постмодернист современного кино — Квентин Тарантино празднует день рождения. Присоединяемся к поздравлениям и рассказываем, как режиссер «Криминального чтива» стал национальным русским героем — встречался с Михалковым, ездил на могилу Бориса Пастернака и почти спас памятник архитектуры в Рязанской области. Мария Бессмертная вспомнила все приключения Тарантино в России — а иллюстрации мы сделали вместе с синефильским журналом Ornament, новый номер которого как раз будет целиком посвящен режиссеру.

Тарантино, Михалков и трэш Бекмамбетова

«Русский след» в карьере Квентина Тарантино впервые обнаружился в 1994 году. По совпадению — тогда же, когда о нем узнало все прогрессивное (и не очень) человечество. В тот год второй полнометражный фильм Тарантино, издевательское «Криминальное чтиво», в котором режиссер, обучавшийся кино не в университетах, а в видеопрокате, цитировал своих любимых классиков B-movies, сенсационно получил главную кинопремию в мире — «Золотую ветвь» Каннского кинофестиваля.


Ее Тарантино вручило жюри под председательством одного из кумиров молодого режиссера — Грязного Гарри, Джо из трилогии Серджо Леоне и патриарха американского кино Клинта Иствуда (Иствуд впоследствии сказал, что «Золотую пальмовую ветвь» очень хотелось отдать классику китайского кино Чжану Имоу, но от показанного под конец конкурса «Чтива» за километр несло победой«). Тут же пошли слухи, что в звездном, даже по меркам Канн, жюри (помимо Иствуда в тот год там заседали, например, Катрин Денев, Кадзуо Исигуро и звезда «Сталкера» Тарковского Александр Кайдановский), мягко говоря, не все были довольны выбором главного фильма. Тем более — американец победил в снобских Каннах, когда председателем жюри был другой американец.


Но вслух об этом сказал только один человек. Им, разумеется, был Никита Михалков, который в тот год приехал представлять в Каннах тогда еще антисталинский фильм «Утомленные солнцем» (политический вектор и режиссер, и «Утомленные» резко сменят только в следующем тысячелетии и следующих частях). Ностальгическая зарисовка Михалкова о старой России, сползающей в пропасть катастрофы, получила в тот год приз жюри — и то напополам с уже упомянутым Имоу. Михалков был страшно недоволен — он приезжал во Францию за главным призом и этого не скрывал. На официальной пресс-конференции он тогда сказал: «У нас, русских, есть пословица: „надейся на лучшее, а готовься к худшему“». Фотография счастливого Тарантино с веткой и недовольного Михалкова на заднем плане тут же, что называется, вошла в историю.


Идеологические противники, псевдоклассический Михалков и постмодернист Тарантино, в следующий раз сойдутся на «Оскаре», где «Утомленные солнцем» получат приз за «Лучший иностранный фильм», а Тарантино — за «Лучший сценарий». Соперничество с российским кино для Тарантино на этом закончилось — повторить международный институциональный успех Михалкова на Западе так никому пока и не удалось (ближе всех, пожалуй, подошел Андрей Звягинцев). Но любовь к нему осталась. В своем видеосалоне синефил Тарантино, как известно, смотрел не только трэш, но и ознакомился со всей мировой классикой кино. Среди его любимых фильмов, на полке с «Красными розами для фюрера» Фернандо Ди Лео и другой классикой эксплуатейшена — «Александр Невский» Сергея Эйзенштейна. А среди любимых режиссеров — Тимур Бекмамбетов. Тарантино не раз говорил, что ему очень понравился «Ночной дозор», но лучший фильм Бекмамбетова по версии Тарантино никто не угадает в жизни. Это «Гладиатрикс» 2000 года. Трэш про женщин на гладиаторских боях Бекмамбетов снял на великой фабрике B-movies Роджера Кормана, человека, который в 1970-х вырастил и дал первую работу лучшим режиссерам Нового Голливуда — начиная с Мартина Скорсезе и заканчивая Фрэнсисом Фордом Копполой.


Тарантино и могила Пастернака

В 2004 году по всему русскому интернету разошлась фотография. На ней был изображен припавший, что Аленушка с одноименной картины Виктора Васнецова, к могильной плите опального советского поэта Бориса Пастернака американский режиссер Квентин Тарантино. Фотография сопровождалась не менее великими подробностями — в Переделкино режиссер «Криминального чтива» рвал ромашки, тяжко о чем-то думал, а на могилу нобелевского лауреата его повезли по его же просьбе — выяснилось, что автор «Доктора Живаго» — один из любимых писателей Тарантино.


Так действительно началась народная слава Тарантино-человека, а не Тарантино-режиссера в России. Отечественная публика, до этого знакомая с ним только через его фильмы и фильмы его многочисленных подражателей в России, поняла, Квентин — наш. Хроники первого приезда Тарантино в Москву, с тем самым ритуальным посещением могилы Пастернака, стали не только источником мемов, но и символом русско-американской дружбы (жалко ненадолго).


В Москву в 2004 году Тарантино приехал по приглашению все того же Никиты Михалкова. После «Оскара», похоронив топор вражды, нынешний президент Московского международного кинофестиваля пригласил Тарантино открывать смотр — второй частью «Убить Билла» (бывало и такое — председательствовал режиссер «Стены» и «Сердца Ангела» Алан Паркер, приз за вклад в профессию получала Мерил Стрип). На открытии ММКФ режиссеры задорно смеялись, и особенно когда сфотографироваться с Тарантино почему-то вышел лидер КПРФ Геннадий Зюганов.


После поездки в Переделкино к Пастернаку, о которой Тарантино заявил, едва сойдя с трапа самолета, он, с остановкой в «Макдоналдсе» (этот эпизод, а также заказанный гамбургер и картошка фри остались в истории благодаря рассказу сопровождавшего его фотографа Сергея Берменьева), отправился в Музей кино, где его уже ждал Наум Клейман.


Киновед, главный специалист по Эйзенштейну в мире и, собственно, директор Музея кино от Тарантино был в восторге и, зная о насмотренности своего коллеги, к приезду подготовился со знанием дела. «Мы понимали, что надо показать ему нечто такое, чего на Западе нет, — вспоминал Клейман. — Остановились на „Сказке сказок“ Юрия Норштейна, сохранившемся чудом кусочке третьей серии „Ивана Грозного“ Сергея Эйзенштейна и „Старше на 10 минут“ Герца Франка. Этих картин Тарантино никогда не смотрел, и они привели его в полный восторг. Он сказал: „Боже, сколько всего, оказывается, я еще не видел!“». Клейман же занимался и очищением имиджа Тарантино в глазах консервативной публики: «Он совсем не кровавый изверг, каким его представляют некоторые наши критики. Как раз наоборот. Но нужно иметь чувство юмора для того, чтобы понимать фильмы Тарантино».


До того как музей выселят из помещения на Красной Пресне (как поговаривали многие — при непосредственном участии Михалкова), оставалось чуть меньше года. Протестовали против этого, безрезультатно, все — включая москвичей, Бернардо Бертолуччи и, разумеется, Квентина Тарантино.


Тарантино, Мединский и продажи квартир

В следующий раз в столицу Тарантино попал не скоро — спустя пятнадцать лет — в 2019 году он приехал в Москву представлять «Однажды в... Голливуде» с ДиКаприо и Питтом, и тут за его культурный досуг отвечал уже не Наум Клейман и даже не Никита Михалков, а неожиданно — действующий министр культуры РФ Владимир Мединский. Почему неожиданно? Мединский к этому моменту уже довольно долго и планомерно вел бои с «зарубежным кино». Его ведомство, при официальном отсутствии цензуры в стране, регулярно практиковало некоторые методы, которые таковыми могли выглядеть со стороны, — скажем корректно.


Накануне приезда Тарантино по требованию ведомства Мединского был перенесен выход фантастического боевика «Мстители: Финал» — из-за премьеры российского фильма «Миллиард» с Владимиром Машковым. Фильм Франсуа Озона «По воле божьей» постигла та же участь, но по иным причинам — министерство посчитало, что выход фильма о системной педофилии внутри католической церкви почему-то оскорбит празднующих православную Пасху. Не говоря уже о том, что за год до этого в России был запрещен прокат трагикомедии Армандо Ианнуччи «Смерть Сталина» — юристы Минкульта заявили, что в картине присутствуют признаки экстремизма и она направлена на возбуждение ненависти и вражды, а также унижение достоинства российского (советского) человека. Остается только гадать, что они бы сказали о «Бесславных ублюдках» Тарантино о банде евреев-головорезов, которые во время Второй мировой наводят страх на нацистов, но им повезло выйти в прокат в 2009 году.



Но устоять перед Тарантино не смог даже Мединский. Он, памятуя первый приезд режиссера в Россию (сам Владимир Ростиславович в то время еще не занимался определением государственной политики в области культуры — он работал заместителем руководителя центрального исполнительного комитета партии «Единая Россия» и писал законы о рекламе на телевидении), даже подарил Тарантино издание первой книги стихов Бориса Пастернака «Близнец в тучах». Сказать, что дело не обошлось без мемов, — ничего не сказать.


В Москве Мединский провел Тарантино экскурсию по Кремлю и был в восторге от режиссера: «Тарантино — человек думающий, умеющий слушать. Он был самым заинтересованным членом группы: ни на шаг не отходил от экскурсовода и ловил каждое слово», — отмечал министр культуры. Фотографии вежливо заинтересованного Тарантино, как и в 2004-м, тут же ушли в народ.


Надо сказать, что лучше всех ситуацией воспользовался житель Челябинска Александр Кайнов, который прифотошопил Тарантино с прогулки с Мединском на фотографии своей квартиры, которую как раз собрался продавать. Объявление об «омерзительной трешке» (привет «Омерзительной восьмерке» Тарантино), в котором Тарантино с интересом рассматривал чайный сервиз и санузел, ожидаемо побило рекорды по просмотрам. Впрочем, быстро продать недвижимость Квентин не помог — удачно завершить сделку Кайнову удалось только через 15 месяцев — в ноябре 2020 года.

Тарантино и спасение дома в Рязанской области

В местные новостные сводки Тарантино, объявивший о том, что после десятого фильма уйдет на покой писать книги, снова попал в начале февраля этого года. 10 февраля, в день рождения Бориса Пастернака, жители города Касимова в Рязанской области записали видеообращение к осакаровскому лауреату, в котором просили режиссера спасти от разрушения местную историческую достопримечательность — деревянный дом, в котором жил дядя Бориса Пастернака Осип Кауфман, работавший в Касимове главным врачом местной больницы (во время гражданской войны в этом доме жил и его знаменитый племянник). История о первом приезде Тарантино в Москву, таким образом, получила вторую часть — драматическую, — ведь с Осипа Кауфмана по легенде был списан главный герой «Доктора Живаго».


«Уважаемый мистер Тарантино, мы знаем вашу любовь к русской литературе, знаем, что с Борисом Пастернаком у вас особая духовная связь. Мы хотим сохранить ту частичку дореволюционной России, которая была так дорога Борису Пастернаку. Мы хотим превратить этот дом в музей, — пояснили жители в видеообращении. — Стыдно обращаться к американскому режиссеру, но местные власти не оставили выбора: чиновники говорят, что нет средств на реконструкцию».


«Мы обращаемся к вам, потому что вы любите и цените русскую культуру намного больше, чем среднестатистический российский чиновник. Помогите нам сохранить это важное для города задание и приезжайте к нам в гости» — так заканчивалось видеообращение. После такого местные чиновники, убоявшись возможного приезда Тарантино в Рязанскую область, тут же приняли некоторые меры. На следующий день администрация города выпустила заявление, в котором говорилось, что реставрация дома конечно же будет произведена, и это просто вопрос времени, а также судебной тяжбы с собственниками одной из квартир, расположенных в доме.


Узнал ли сам Тарантино о видеообращении жителей Рязанской области, неизвестно, но хочется верить, что автор «Криминального чтива» не оставил бы родину Бориса Пастернака и его дяди в беде. В связи с последними событиями к обращению касимовцев хочется присоединиться. Если кто-то и может спасти мир, то это человек, который нашел общий язык с Михалковым и Мединским, а заодно снял «Криминальное чтиво», «Убить Билла» и «Однажды в... Голливуде».

{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}