Выход на эмоции

ФОТО:
GETTY IMAGES, LEGION-MEDIA, АРХИВ ПРЕСС-СЛУЖБЫ

В июне в издательстве «Бомбора» вышла книга «Выход 8» — психологический триллер японца Гэнки Кавамуры. Это довольно нетипичное произведение для писателя. До этого он публиковал легкие философские притчи, которыми зачитывались во всем мире. На деле же ужастик «Выход 8» и роман «Если все кошки в мире исчезнут», который можно отнести к литературе утешения, очень похожи. Литературная обозревательница Екатерина Петрова объясняет, как Гэнки Кавамура рассказывает одну историю в разных формах.

«Выход 8», 2026

Аномалии повседневности, или Зачем Кавамура написал «Выход 8»

Игрок попадает в пустой подземный переход токийского метро и снова и снова проходит один и тот же коридор. Чтобы выбраться, нужно замечать аномалии: лишнюю надпись на указателе, изменившийся плакат, внезапно открывшуюся дверь или странную улыбку проходящего мимо человека. Любая ошибка возвращает к началу маршрута. «Игра дарит психологический опыт, используя дискомфорт и неопределенность», — писало издание Hardcore Gamer про The Exit 8, японский симулятор застрявшего в метро пассажира, за 9 месяцев созданный одиночным разработчиком Kotake Create. Он сам признавался, что сделал The Exit 8, чтобы было на что жить, пока пишет другую свою игру: поэтому все должно было быть максимально просто. Kotake Create практически отказался от сюжета и игровой драматургии, предпочитая вести игру с нервами игрока. И продал 2 миллиона копий игры за два года продаж.

Гэнки Кавамура вспоминал в одном интервью, что сыграл в The Exit 8 сразу после выхода, и его поразили «дизайн игры, очень простые правила и визуальное решение», но при этом игре «не хватало только одного — истории», а значит, она давала идеальную возможность для новой интерпретации. Кино и роману предстояло заполнить пространство, которое в игре сознательно оставалось пустым. В то же время дело было рискованным: сюжетный минимализм лежал в основе успеха The Exit 8.

Гэнки Кавамура на Каннском кинофестивале, 2025

Игра The Exit 8, 2023

8番出口

The Exit 8

Кавамура не хотел снимать «экранизацию видеоигры», а стремился создать «новый кинематографический опыт, который размывает границы между видеоигрой и кино». На тот момент уже автор бестселлера и режиссер с фестивальными призами, взявшись за адаптацию, он не стал объяснять загадку коридора и не превратил игру в обычный хоррор. Вместо этого он встроил в бесконечную петлю историю человека, который не может принять ответственность за собственную жизнь: то есть добавил те самые дискомфорт и неопределенность, что игра порождала в игроке. В фильме и романе «Выход 8» безымянный герой застревает между прошлым и будущим после звонка бывшей девушки, которая сообщила о беременности. Блуждание по бесконечному коридору и каждое возвращение к Выходу 8 заставляет его заново сталкиваться с чувством вины и страхом перед отцовством.

«Выход 8», 2025

«Выход 8», 2025

Постер к фильму «Выход 8», 2025

У Кавамуры коридор стал своего рода чистилищем (он вдохновился «Божественной комедией» Данте), а аномалии — проявлением накопившейся в человеке вины. Основное правило игры гласит: «Отмечайте любые изменения. Если заметите аномалию, немедленно возвращайтесь. Если не встретили аномалий — продолжайте движение». Кавамура превратил эти возвращения в драматургический принцип. Герой проходит один и тот же путь до тех пор, пока не научится замечать то, что раньше предпочитал игнорировать. Довольно жизненно, правда?

И если внимательно присмотреться, то, будучи сперва экранизацией, а затем и новеллизацией видеоигры в жанре хоррор, «Выход 8» сохранил все привычные для Кавамуры темы: память, вину, ответственность и поиск выхода из экзистенциальной ситуации.

«Детройт, город металла», 2008

Человек за кадром, или Как Кавамура стал автором историй

В Японии имя Кавамуры стало известно задолго до литературного дебюта. В 2001-м, когда ему был 21 год, он пришел работать в Toho, крупнейшую кинокомпанию страны, а меньше чем через пять лет спродюсировал локальный хит «Парень из электрички». Затем последовали «Детройт, город металла» (2008), «Признания» (2010), «Злодей» (2010) и десятки других проектов японского массового кино 2000-х и 2010-х годов.

В отличие от продюсеров старой школы, Кавамура не ограничивал себя поиском финансирования и организацией съемок. «Я воспринимаю продюсирование как способ расширить возможности рассказывать истории», — объяснял он. Гэнки любит участвовать во всех этапах работы: обсуждает замысел с режиссером, вместе с ним работает над сценарием и присутствует на съемочной площадке. Такой подход быстро сделал его одной из ключевых фигур японской киноиндустрии. В 2010 году журнал The Hollywood Reporter включил Кавамуру в список Next Generation Asia, где отмечены 20 самых перспективных молодых профессионалов (до 35 лет) в сфере азиатского кино, телевидения и шоу-бизнеса. А через год Кавамура стал самым молодым лауреатом Премии Фудзимото, которую вручают лучшему кинопродюсеру года.

Постер к фильму «Парень из электрички». 2005

«Детройт, город металла», 2008

«Злодей», 2010

«Признания», 2010

Свою тягу к сторителлингу Гэнки связывает с родителями. Его отец, бывший помощник режиссера, с детства показывал ему кино, а мать заставляла читать Библию. «В Библии собрано невероятное количество историй. Для понимания того, как устроен рассказ, этого уже достаточно».

За пределами Японии его знают прежде всего как человека, который помог превратить Макото Синкая из культового в локальной среде аниматора в мирового автора. Прорывом для обоих была лента «Твое имя» (2016): картина собрала более 43 миллионов зрителей по всему миру и получила премию Ассоциации кинокритиков Лос-Анджелеса. Позже обсуждали даже голливудскую экранизацию с участием Дж. Дж. Абрамса и самого Кавамуры в качестве японского продюсера.

«Твое имя», 2016

Затем были «Дитя погоды» (2019) и «Судзумэ, закрывающая двери» (2022), которые закрепили международный успех Синкая. При этом Кавамура рассказывает, что делает не только административную, но и творческую часть работы, обсуждая сюжетные ходы и их воплощение на экране с режиссером.

«Дитя погоды», 2019

世界から猫が消えたなら

Исчезновение кошек, или Как продюсер стал писателем

Кавамура никогда всерьез не думал о писательской карьере. Повод появился почти случайно. Он придумал историю о мире, из которого постепенно исчезают привычные вещи, и понял, что кино здесь бессильно. «Мир без кошек очень трудно показать на экране, поэтому я начал писать. Мне хотелось создать то, что невозможно показать в фильме», — объяснял он в интервью The Japan Society. При этом роман «Если все кошки в мире исчезнут» (2012) сохранил кинематографическую природу. Кавамура мыслит образами и воспринимает себя прежде всего не как писателя или продюсера, а как рассказчика историй: сначала он ищет лучший способ рассказать историю, а уже потом выбирает для нее форму. Поэтому его книги очень кинематографичные.

«Если все кошки в мире исчезнут», 2012

«Если все кошки в мире исчезнут» сделала Кавамуру известным далеко за пределами киноиндустрии. Ее герой, безымянный почтальон около тридцати лет (автор намеренно отказался давать персонажам имена — чтобы читателю проще было поставить себя на их место), узнает, что у него неизлечимая опухоль мозга и жить осталось всего несколько месяцев. Вернувшись домой, он встречает дьявола, который выглядит как его двойник и носит яркие гавайские рубашки. Тот уверяет, что никаких месяцев у героя нет, а есть один день. Если только, конечно, он не заключит с дьяволом сделку. Условия просты: за каждый дополнительный день жизни из мира должно исчезнуть что-то привычное — телефон, фильмы, часы. А затем и кошки. Исчезают они по очереди, и вопрос один: в какой момент герой решит остановиться?

If Cats Disappeared from the World

«Если кошки исчезнут во всём мире», 2016

Кавамура называл роман «обратной версией Книги Бытия»: если Бог создавал мир шесть дней, то здесь мир шесть дней подряд что-то теряет. Очень в духе японского минимализма, вот только каким будет мир без привычных вещей? «Когда люди изобрели мобильный телефон, они также породили чувство беспокойства, если он нам временно недоступен», — замечает герой романа. Весь роман построен на его рефлексии по поводу утрат: тех, что произошли в рамках сделки с дьяволом. И других, для которых никакой дьявол не требовался. «Если все кошки в мире исчезнут» стал бестселлером по всему миру — в одной только России за 2025 год разошлось полмиллиона бумажных и цифровых копий.

«Если кошки исчезнут во всём мире», 2016

«Если кошки исчезнут во всём мире», 2016

После успеха «Кошек» Кавамура начал развивать идеи романа в новых формах. Особенно заметно это в книге «Если твоя память исчезнет», где автор исследует тему памяти и исчезновения уже без фантастического допущения — роль дьявола играет болезнь Альцгеймера. Сын наблюдает, как мать постепенно забывает его, а вместе с ее памятью исчезает и часть его собственной жизни. Перед работой над книгой Кавамура беседовал с людьми, страдающими деменцией (в том числе со своей бабушкой), их родственниками и медицинскими работниками. В результате он снова приходит к тому же вопросу, который задавал еще в «Кошках»: что остается от человека после утраты вещей, памяти или самой жизни? В одном из интервью он сравнил эти вопросы с забытым плюшевым медведем на станции метро: тысячи людей проходят мимо, но почти никто не задумывается, откуда он там появился. Задача писателя, по словам Кавамуры, — поднять этого медведя и обратить на него внимание читателя.

百花

Если попытаться свести творчество Гэнки Кавамуры к одной формуле, она окажется удивительно простой. Почти всегда все начинается с обычного человека. Затем появляется фантастическое допущение: исчезновение предметов в «Кошках», обмен телами в «Твоем имени», способность управлять погодой в «Дитя погоды», бесконечный коридор в «Выходе 8». После этого герой попадает в пограничное пространство, где привычные правила перестают работать. И наконец, сталкивается с выбором, который нельзя сделать логически.

Гэнки Кавамура объяснял свой метод влиянием ракуго — традиционного японского искусства рассказа, в котором один артист (ракугока) разыгрывает истории с разными персонажами, используя только свой голос, мимику и два предмета реквизита — складной веер и маленькое полотенце. Поэтому в его книгах и фильмах фантастика работает как инструмент, с помощью которого можно по-новому рассказать историю и исследовать темы памяти, смерти, любви, утраты и отношений между людьми. Именно эта схема (простая, универсальная и легко переносимая из романа в кино и обратно) превратила Кавамуру в одного из самых узнаваемых японских рассказчиков своего поколения.

One Hundred Flowers

«Если твоя память исчезнет», 2026

Гэнки Кавамура 

Феномен Кавамуры, или Почему его любят читатели и не любят критики

Успех Гэнки Кавамуры в России сложно объяснить только удачным продвижением или модой на японскую культуру. Его книги попали в тот же читательский запрос, который сделал популярными произведения Кэйго Хигасино («Магазин чудес “Намия”»), Тосикадзу Кавагути («Пока не остыл кофе»), Митико Аоямы («Вы найдете это в библиотеке») и других авторов литературы утешения. Этот жанр вырос из японской традиции иясикэй — историй, которые создают ощущение спокойствия и помогают читателю без драмы пережить тревогу, утрату, одиночество. У Кавамуры из этих предпосылок получаются универсальные притчи, понятные читателю в любой стране. Он не раз отмечал, что читатели рассказывают ему о пережитом горе, утраченных связях и попытках примириться с прошлым после прочтения его книг.

Кавамура говорил, что не знает, как воспримут его книгу в России, но надеялся, что люди, которые любят кошек так же, как он, примут ее тепло. Российские читатели приняли: в июне 2026 года книга снова возглавила московский рейтинг продаж.

При всей любви читателей находятся те, кто сомневается, можно ли называть Гэнки Кавамуру серьезным писателем. Главная претензия критиков звучит одинаково в разных странах: Кавамура создает не большую литературу, а идеально сконструированные концепции. В романе «Если все кошки в мире исчезнут» критики указывают на безликого героя, прямолинейные символы и набор философских формул вместо сложных характеров. Герой «Кошек» говорит: «Многие моменты жизни, о которых я раньше и не задумывался, сейчас показались мне очень важными». Для поклонников книги эта фраза задает ее главную тему. Для противников она звучит примитивно.

Еще одна претензия: эмоциональные манипуляции читателем, свойственные «бульварной» литературе. В тех же «Кошках» автор откровенно давит на читателя, смешивая в один сюжет утрату матери, любимой девушки и, собственно, кошку: разве после такого согласишься на исчезновение милых пушистиков? В «Выходе 8» Кавамура буквально овеществляет чувство вины героя из-за неготовности взять ответственность за нерожденного ребенка, подсовывая ему в коридоре брошенного мальчика. В высокой литературе подобные ходы делают гораздо тоньше.

Сам Кавамура никогда и не претендовал на статус автора уровня Харуки Мураками, Кэндзабуро Оэ или Кобо Абэ. Подход сближает его скорее с Мэттом Хейгом, Митчем Элбомом или Фредриком Бакманом, чем с авторами «большого японского романа». В центре всегда стоит универсальный вопрос, привязанный к рядовой жизни, он не требует культурных комментариев. В «Кошках» герой каждый день теряет что-то привычное в обмен на дополнительное время жизни. Из этой конструкции писатель выводит простой тезис: «Чтобы что-то получить, ты должен что-то потерять».

Кавамура мыслит как продюсер. Он сначала ищет работающую идею, а затем выстраивает вокруг нее историю. Сам Гэнки изначально хотел быть автором манги, а позже обнаружил в себе способность писать диалоги и сценарии. Его книги сохраняют эту сценарную ясность: короткие сцены, понятные конфликты и высокая концентрация переживаний. Или эмоциональная манипуляция?

«Твое имя», 2016