T

Стиль в фильме «Через тернии к звездам»

ТЕКСТ: АННА БАШТОВАЯ

Весной 1980 года на советские экраны вышла картина «Через тернии к звездам» — и мгновенно стала хитом. Зрители часами стояли в очередях в кинотеатр, ходили на несколько сеансов подряд и единогласно называли фильм «лучшей советской фантастикой». Из чего состоял успех картины, где нашли актрису с инопланетной внешностью и почему рабочие комбинезоны — это одежда будущего, разбирается Анна Баштовая.

XXIII век. Патрульный звездолет «Пушкин» обнаруживает в космосе инопланетный корабль с трупами гуманоидных существ и единственным выжившим клонированным андроидом — Нийей. Особая Комиссия по контактам принимает решение поместить инопланетянку в дом ученого Лебедева, чтобы через общение с земной семьей гуманоид адаптировалась и стала ближе к людям. Как это принято в подобных случаях, андроид становится в конце концов гораздо человечнее, чем сами земляне. А после заключительного титра «Все пейзажи умирающей планеты Десса сняты на территории СССР» приходит окончательное понимание, что фильм и вовсе не про космос.



Картина «Через тернии к звездам» стала заключительной в космической трилогии режиссера Ричарда Викторова (еще две части — «Москва — Кассиопея» и «Отроки во Вселенной»). Сценарий к фильму написал фантаст Игорь Можейко, скрывающийся под псевдонимом Кир Булычев. Будучи самым знаменитым отечественным фантастом, Можейко продолжал работать в Институте востоковедения и боялся увольнения, если «свыше» узнают о его «несерьезном» увлечении. В итоге именно «Через тернии к звездам» расставили все очки над i. За сценарий к картине Булычеву присудили Государственную премию, а получить ее под псевдонимом было невозможно. Так вместо увольнения Можейко получил долгожданное признание и свободу творить открыто.




Судьбоносной стала картина и для исполнительницы главной роли. После многочисленных кастингов стало очевидно, что найти тонкую андрогинную девушку с длинной шеей и огромными глазами будет не так-то просто. В итоге выбор пал на манекенщицу из ГУМа Елену Метелкину, которую режиссер случайно увидел в одном из советских журналов мод. Предполагалось, что в фильме она будет абсолютно лысой и без пупка. Но в итоге по требованию чиновников Госкино, утверждавших, что положительная героиня не может быть без волос, для Нийи сделали очень короткий белый парик. Для создания клонированных гуманоидов с актрисы сняли слепки, заполнили их жидким пенопластом и надели идентичные парики.





«Фантастика не предлагает нам образы будущего, скорее, отстраняет и реконструирует опыт нашего собственного настоящего», — говорил американский литературный критик Фредрик Джеймисон. Это высказывание верно и для работы над костюмами в «Терниях». Художник по костюмам Людмила Чекулаева не стала переизобретать одежду будущего, а взяла за основу такой привычный для советского человека предмет гардероба, как рабочий комбинезон. Два года спустя точно такой же трюк при работе над «Бегущим по лезвию» проделает Майкл Каплан и оденет людей из будущего в одежду из прошлого. (К слову, после выхода «Через тернии» в Москву прилетал Ридли Скотт, чтобы пообщаться со съемочной командой картины. На тот момент знаменитый режиссер как раз приступал к работе над «Бегущим»).






В итоге Людмила Чекулаева в точности угадала, что будут носить люди будущего как минимум через 38 лет. Показанные в картине uniform dressing, фэшн-аскетизм и утилитарность актуальны в нынешнем мире как никогда. Платья земных женщин напоминают то лабораторные халаты, то последнюю коллекцию Uniqlo или COS. На рабочих комбинезонах построена мужская весенне-летняя коллекция Prada, а комбинезоны Dickies и Carhartt и вовсе вторят робе из фильма. Одежда гуманоида Нийи практически полностью «воссоздана» в двух последних коллекциях Yeezy. Одна из моделей носит не только идентичный телесный комбинезон, но и короткий обесцвеченный ежик на голове. Цветовая гамма костюмов тоже аскетична. Белый, черный, синий, голубой, бежевый — это цвета спецодежды. И отсутствие любого орнамента, даже на женских платьях, лишь усиливает это сходство. Тем неожиданнее работают костюмы Нийи в доме семьи Лебедевых.







Режиссер картины Ричард Викторов утверждал, что фантастику абсолютно всерьез снимать нельзя. Возможно, именно поэтому визуальная часть картины периодически работает на стыке научной фантастики и народной сказки, по типу «Понедельник начинается в субботу» Стругацких. Земной дом семьи Лебедевых снаружи выглядит как образец футуристической архитектуры, но изнутри скорее напоминает деревенскую избу. Роботы похожи на домовых и носят на голове заварники, на столе стоят резные шахматы, в углу арфа, которая на фоне бревенчатых стен напоминает скорее гусли. Нийя, все больше очеловечиваясь, отказывается от робы в пользу расшитых фартуков, орнаментальных сарафанов и блузок русского рубашечного кроя. Так режиссер вместе с художником по костюмам проводят черту между всеобщей униформой и индивидуальной одеждой, делая тем самым гуманоида Нийю самой человечной из окружающих ее землян.








Показ фильма состоится 16 июля в музее «Гараж» в рамках совместной программы музея и онлайн-платформы Farfetch. Перед показом художник по костюмам, историк кинокостюма Анна Баштовая расскажет, как космическая мода соотносится с современной городской.

Билеты можно купить здесь






На public talk нужно зарегистрироваться здесь

{"width":1200,"column_width":111,"columns_n":10,"gutter":10,"line":40}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}