T

История одной фотографии: «Афганская девочка» Стива МакКарри

Портрет юной пуштунки, появившийся в июне 1985 года на обложке журнала National Geographic, мгновенно стал символом страданий афганского народа — и к сожалению, остается им до сих пор.

Мужчина за кадром


Фотограф National Geographic Стив Маккарри, уроженец Филадельфии, попал на афганскую войну случайно: путешествуя по Пакистану, он услышал о разгорающейся в соседнем Афганистане гражданской войне, и в конце 1979 года, прямо накануне советского вторжения, перешел границу, предварительно переодевшись в традиционную афганскую одежду. Кадры из Афганистана уже в 1980 году принесли ему профессиональную известность и медаль Роберта Капы, но главное фото его жизни было сделано по ту сторону границы — в пакистанском лагере беженцев Насир-Баг, в палатке, которая служила классом начальной школы для полутора десятков афганских девочек. Войдя внутрь, Маккарри заметил ее взгляд и, по его воспоминаниям, «сразу же понял, что ее портрет был единственным снимком, который он по-настоящему хотел сделать».

Девочка в кадре


Вынос на обложке National Geographic был предельно емким, простым и обезличенным — «Афганская девочка», вот и все, что читателям следовало знать. Что она пережила, что переживет и выживет ли она вообще — оставалось для всех открытым вопросом, в «лучших» традициях военной документалистики. Однако в начале нулевых, когда советских «воинов-интернационалистов» сменили американцы с британцами, National Geographic поставили перед собой амбициозную задачу — найти среди миллионов афганских девочек ту самую, которую они поставили на обложку. Лагерь беженцев Насир-Баг наконец закрывался (после 22 лет работы), и журналисты в отчаянии опрашивали всех его обитателей в надежде найти родных или знакомых своей героини. 


В итоге очевидцы помогли отыскать «девушку с обложки» в небольшой деревушке у подножия гор Тора-Бора и узнать ее имя — Шарбат Гула. Увидев ее, Маккарри тут же ее узнал — позже сходство подтвердили с помощью биометрии (она показала полное соответствие радужной оболочки глаза изображению на фотографии). Сама Шарбат тоже увидела в «афганской девочке» свои черты и к тому же вспомнила, как ее фотографировали. Ведь до 2002 года это случалось всего трижды в ее жизни: в тот самый раз, в 1984-м, и дважды после — во время ее поисков. Портрет, который покорил весь мир, Шарбат Гула впервые увидела только спустя 17 лет после того, как он был сделан. Встретив ее, Маккарри спросил, что она, совсем юная девушка, чувствовала в том декабре, в момент фотографирования, — страх, отчаяние, растерянность? Шарбат ответила: «Злость».

Афганская Мона Лиза


Кадр, сделанный Стивом Маккарри, оказался самым популярным в истории журнала National Geographic и единственным, попавшим на обложку трижды. Значение снимка прекрасно понимали и коллекционеры. Один подписанный отпечаток размером 52 на 36 сантиметров продали на аукционе Sotheby’s за 18 тысяч 750 долларов. Отпечаток большего размера ушел с молотка за 178 тысяч 900 долларов.

Фотографии взрослой Шарбат Гулы, сделанные во время ее второй встречи с фотографом, были опубликованы в апрельском номере журнала National Geographic в 2002-м. Шарбат также стала героиней телевизионного документального фильма «В поисках афганской девушки», премьера которого состоялась в марте того же года. Три года назад выставка работ Стива Маккарри «Нерассказанная история» прошла в московском музее ММОМА на Гоголевском бульваре — «Афганскую девочку» представили в виде двухметрового отпечатка. 

Шарбат Гула


Второй раз появившись на страницах National Geographic в 2002 году, «афганская девочка» обрела не только имя, но и биографию — и трудную, и обычную для афганских девочек. Брак в 13 лет, три живые дочери (еще одна умерла в младенчестве), сын, муж пекарь (он умрет от гепатита в 2012 году). Жизнь беженки в Пакистане до 1992 года, возвращение в разоренный войной Афганистан, бедность, нужда, тяжелый труд. На вопрос о том, чувствовала ли она когда-либо себя в безопасности, Шарбат ответила корреспондентам отрицательно. Но жизнь при талибах (организация внесена в России в список террористических, ее деятельность запрещена) казалась ей лучше. «По крайней мере, там был мир и порядок», — говорила она.


В середине нулевых Шарбат вернулась в Пакистан, но в 2016 году была арестована и депортирована из страны вместе с еще двумя миллионами афганских беженцев. Впрочем, тогда она наконец получила хоть какие-то дивиденды от своей всемирной славы: афганское правительство Ашрафа Гани (бежал из страны 15 августа 2021) выделило Шарбат квартиру в Кабуле и ежемесячную «стипендию» в 700 американских долларов.



Все афганские девочки


Едва ли пришедшие к власти в Афганистане талибы будут относиться к Шарбат Гуле как к национальному достоянию. О том, что изображение женщин абсолютное табу, они напомнили сразу же: с улиц Кабула уже убирают все рекламные постеры с женскими лицами. Впрочем, так же маловероятно, что они ее узнают: в интервью National Geographic Шарбат Гула говорит о том, что с удовольствием носит бурку, а значит, выдать ее могут разве что те же пронзительно-зеленые глаза. 


Стив Маккарри впервые увидел Шарбат на занятиях в школе, но и двадцать лет спустя она не умела читать и лишь мечтала об образовании для своих дочерей и внучек. На следующий день после захвата Кабула представитель «Талибана» заявил, что движение не собирается мешать женщинам получать образование. Но крайне маловероятно, что оно собирается им в этом помогать.



{"width":1200,"column_width":90,"columns_n":12,"gutter":10,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}