T

На показ:
Alexander McQueen весна-лето 2001 

17 апреля в московском Центре документального кино пройдет специальный показ фильма «Маккуин» при поддержке The Blueprint. Хороший повод, чтобы снова начать говорить о великих модных шоу прошлого: Ли Александру по этой части не было равных. Сегодня предлагаем вспомнить показ его коллекции весна—лето 2001 под названием Voss — один из самых зрелищных не только в карьере дизайнера, но и в истории моды. Кровь, единение с природой, ментальное здоровье и отношения со своим телом — здесь есть все, что волнует нас по сей день.



СИДИ И СМОТРИ

Как многие дизайнеры-революционеры, Маккуин любил собирать модную публику в тех местах, где она бы ни за что не оказалась по своей воле. Так произошло и 26 сентября 2000 года, когда дизайнер показал коллекцию Voss в заброшенном автобусном парке на Гатлиф-роуд. Гости прибывали в слабо освещенный гараж под саундтрек, имитирующий дыхание и сердцебиение, и рассаживались напротив огромного зеркального куба. На протяжении часа, пока шоу намеренно задерживалось, собравшиеся были вынуждены смотреть на свои отражения — как писали очевидцы, это гостей напрягало. Так Ли хотел заставить людей из модной индустрии взглянуть на самих себя и подумать, насколько им нравится то, что они видят. По воспоминаниям фотографа Ника Найта, многие предпочитали опускать глаза в пол и разглядывать свои ноги.  



Когда куб наконец-то засветился изнутри, зрители увидели комнату с мягкими белыми стенами — подобие психиатрической палаты с грязным стеклянным ящиком по центру. Тема заточения и душевного неравновесия раскрылась в полной мере, когда в кубе стали появляться модели с туго обмотанными муслином головами, точно в бинтах. Они не дефилировали — вместо этого растерянно слонялись, словно пытаясь понять, где находятся, трогали стекло (зрителей они не видели — лишь
свои отражения), истерично смеялись, спотыкались и хватались за голову, красочно имитируя шизофрению и другие психические расстройства. Сегодня такое на подиуме, безусловно, представить невозможно. Вспомните, как Gucci раскритиковали за то, что показ весна 2020 открыла серия рубашек, напоминающих смирительные. Протест Алессандро Микеле выразила и одна из участниц шоу — модель Айеша Тан, написавшая на ладонях, точно на транспаранте, «Психическое здоровье —
это не мода».


СМЕРТЬ И ПЕРЕРОЖДЕНИЕ

Британская манекенщица Эрин О’Коннор, участвовавшая в перформансе, рассказывала, что Маккуин предоставил моделям полную свободу действий. «Мне нужно, чтобы вы сошли с ума, чтобы у вас случился нервный срыв, смерть, а затем вы снова вернулись к жизни», — вспоминала Эрин его указания. Со своей задачей она, как и остальные, справилась на ура: зрители испытали катарсис. В частности, отец О’Коннор, увидев ее в такой роли, разрыдался. «Он не признал меня; он увидел какую-то женщину, которую никак не ожидал увидеть и с которой он себя не ассоциировал, и заплакал. Он очень сильно плакал. Он не мог поверить, что во мне есть желание так самовыражаться», — говорила модель в интервью Нику Найту.


В тот вечер выход Эрин О’Коннор стал одним из самых запоминающихся. На импровизированном подиуме она появилась в платье, полностью выполненном из ракушек бритвенных моллюсков. Маккуин обратил на них внимание, когда гулял на пляже в Норфолке со своим бойфрендом Джорджем Форсайтом — их так впечатлила красота выброшенных на берег раковин, что они придумали сделать из них одежду. Перед тем как отправить Эрин к зрителям, Ли схватил ее за одну из ракушек на платье и сказал: «Я хочу, чтобы ты его с себя сорвала», — сегодня подобная фраза, безусловно, звучит как еще один повод для отмены. Тем не менее невозможно отрицать, что то, как модель справилась с установкой дизайнера, поражает до сих пор. Когда О’Коннор вышла на подиум, свет погас. Тогда она стала яростно отрывать моллюсков и осыпать ими себя. «Выглядело так, будто я сбрасываю с себя боль и броню и просто говорю: «Вот она я», — вспоминала О’Коннор. Войдя в роль, она не заметила, как расцарапала руки в кровь. В финале шоу Эрин вышла еще раз — в платье из страусиных перьев и предметных стекол для микроскопа, окрашенных в кроваво-красный цвет.


ПРИРОДА

Вообще Восс — это название норвежской коммуны, известной своей живописной природой. Так что основной темой коллекции стала природа в широком смысле — природа человека, эмоций, мира, окружающего всех нас и отражающего наши действия. Помимо платья из моллюсков зрители увидели топы и юбки из мидий и устриц. Любовь Маккуина к птицам нашла свое отражение не только в нарядах из перьев, но и в чучелах ястребов, которые как бы кружили над моделью Джейд Парфитт и хватали ее за волосы. Комплект в японском стиле с вышивкой в виде птиц и растений Ли дополнил большой шляпой, украшенной живыми амарантами. Любимые дизайнером искусственные цветы, безусловно, тоже были — из них дизайнер выполнил несколько топов и декор для ряда платьев. Цветочные мотивы также украсили алый стеклянный корсет, который Маккуин заказал у мастеров фабрики Columbia Glassworks из Восточного Лондона. Хрупкая вещь (первые три ее прообраза разбились на этапе обжига) стала символом хрупкости природы психического здоровья человека. Еще несколько аксессуаров дизайнер сделал с использованием игральных карт и пазлов, намекая на игры, которые обычно есть в больницах для постояльцев и их посетителей.


СТРАХ И НЕНАВИСТЬ

Кульминацией показа стал финал. Когда модельный перформанс закончился, на подиуме случился арт-перформанс. Куб, что все это время стоял в центре мягкой комнаты, с грохотом распался на мелкие осколки. Оттуда вылетели сотни мотыльков, а перед публикой появилась писательница Мишель Олли. Абсолютно обнаженная, она лежала с жутким гримом и в маске с дыхательной трубкой — точная копия героини снимка Sanitarium (1983) американского фотографа Джоэла-Питера Уиткина. «Мое тело вступит в разногласие с модными воробьями и старыми костлявыми воронами, что будут сидеть в зале, — описывала Олли концепцию шоу в своем дневнике. — Я то, чего большинство из них боится больше всего. Я — толстая».



2000-й — пятый год работы Ли креативным директором Givenchy, где, как утверждали близкие к дизайнеру люди, он был глубоко несчастен из-за того, что стал частью великосветского коммерческого мира. Шоу Voss — мрачное, провокационное, проникнутое саморефлексией — стало отражением двойственного отношения Ли к индустрии. Примерно тогда же Маккуин прошел липосакцию, о чем уже вскоре жалел, утверждая, что раз и навсегда потерял контакт с самим собой. Очевидно, показ Alexander McQueen весна—лето 2001 — попытка дизайнера ответить себе на вопрос, так что же такое красота? Если природа — самое красивое, что есть в этом мире, то почему нам так сложно принять собственную природу? И чего мир в целом и мир моды в частности на деле боится больше всего? Хищных птиц, безумия, размера 3XL? Несмотря на прежнюю актуальность поднятых Маккуином проблем, в 2022-м подобный показ представить почти невозможно. И дело не только в том, что гения больше с нами нет, — есть множество правил, которые делают главные составляющие Voss просто непозволительными. Эстетизация ментальных проблем, полная женщина как воплощение страхов, модели, доведенные до нервного срыва, чучела животных, в конце концов. Говорить так, как говорил Маккуин, больше нельзя. Говорить о том, о чем он говорил, — по-прежнему необходимо.




{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}