T

В мире
без мира


В день, когда Россия и Украина вступили в новые отношения, модели из России и Украины пребывали в отношениях рабочих — на кастингах и подиумах во время недели моды в Милане. Политический конфликт развивается и с каждым днем приносит все больше последствий и в отношения российских и украинских моделей, и в отношение мировой модной индустрии к ним. Настя Сотник попробовала разобраться в том, как сейчас устроены эти связи.


НА ПОКАЗ

24 февраля 2022 года. Милан, 7 часов утра.

Российская модель Desired Models София Коростелева направляется на шоу Prada. Это ее международный дебют, еще и эксклюзив, но приятного волнения София не чувствует. Час назад она узнала, что мир изменился, и, возможно, безвозвратно. «Я проснулась около шести утра. Когда я взяла телефон в руки и стала проверять ленту соцсетей, просто ужаснулась. Я открыла новости, увидела много сообщений о том, что в Украине началась ***** (специальная военная спецоперация. — Прим. The Blueprint), и не поверила тому, что происходит. Я подумала, что это какой-то прикол. Но нет, не прикол», — вспоминает она.


Украинская модель Кристи Пономарь едет на тот же показ. Это уже вторая Prada в ее карьере — в прошлом сезоне она открыла шоу, получив эксклюзив бренда, и после успела поучаствовать во многих престижных показах от Saint Laurent и Valentino до кутюрного Schiaparelli. Кристи не спит с пяти утра — с минуты, как из Киева позвонила мама. «Когда мама позвонила в 5 утра, я сразу поняла, что случилось», — вспоминает Кристи. Пока семья Пономарь собиралась в бомбоубежище, сама Кристи переписывалась с родными и близкими, созванивалась, пытаясь найти правильные слова. «Я где-то пару часов пыталась всех успокоить. Все, что я могла делать, это просто с ними говорить», — рассказывает Пономарь. До приезда в Fondazione Prada она пыталась успокоиться, но, читая обновления сводок, сразу начинала плакать, так что ко времени вызова приехала с опухшими глазами. «Когда я зашла, меня сразу спросили, что случилось. Я ответила, что я из Украины, — и больше у меня ничего не спрашивали. Абсолютно каждый человек из команды подошел и сказал, если мне что-то нужно, я всегда могу обратиться. Кастинг-директор Эшли [Брокав] сразу сообщила, что, если мне нужна будет помощь с проживанием, меня могут на сколько угодно поселить туда, где обычно живет Раф Симонс, когда приезжает в Милан. Я, конечно, не согласилась, потому что на самом деле у меня все в порядке, насколько возможно в текущих реалиях. Все меня воспринимают как беженку сейчас, но я приехала в Европу работать еще за 10 дней до ***** (военной спецоперации. — Прим. The Blueprint). Но мне было очень приятно, что они сразу предложили свою помощь», — рассказывает Кристи.


За два часа до начала шоу Кристи постаралась успокоиться и перестать плакать, поскольку иначе у нее были бы опухшие глаза. «Я просто села, попила воду. Закинула несколько таблеток успокоительных в рот, подышала свежим воздухом, съела булочку. На всякий случай спросила у визажистов, водостойкая ли тушь. Они сказали „нет“, так что плакать больше было нельзя. Потом прошла по подиуму, выложилась на все 100%. Я точно могу сказать, что сделала все, что могла на этом показе, оказавшись на одном подиуме и с Кендалл Дженнер, и с Хантер Шафер. Но когда я сошла с подиума, сразу разревелась, у меня случилась истерика», — вспоминает Пономарь.


На одном подиуме она оказалась и с Соней Коростелевой. «На бэкстейдже никто особо не показывал свои эмоции в присутствии большинства, но, конечно, девочки из Украины и все, кто знал о происходящем, были в напряжении. К началу шоу, понятно, о происходящем уже знали все», — вспоминает Соня, в какой обстановке проходила подготовка к показу. Международный дебют, эксклюзив Prada — для нее 24 февраля 2022 года должен был стать праздником. «Я даже не почувствовала какой-то эйфории от того, что делаю эксклюзив Prada. У меня был мандраж, но не было захватывающих эмоций. Осталось только происходящее между Россией и Украиной», — рассказывает она.


ВСЕ ВСЕ ПОНИМАЮТ

Как только Кристи вышла с шоу Prada и успокоилась, она поняла, что, несмотря ни на что, продолжит работать на показах сезона осень–зима 2022. «Я поняла, что готова продолжить. Конечно, такого состояния, как сейчас, у меня еще никогда не было, но у меня бывали состояния, когда было очень плохо и приходилось отбрасывать эмоции. Честно скажу, показы Prada и Saint Laurent проходили для меня в каком-то хаосе, потому что я постоянно думала о том, как бы вернуться домой, у меня все время текли слезы. И я очень благодарна, что никто из брендов на это плохо не реагировал, потому что все знали, что я из Украины. На каждом показе мне говорили: “Если ты не можешь выйти сейчас, ничего страшного, просто скажи”», — вспоминает она. 


Еще выйдя с показа Prada, Пономарь решила, что с этого дня в соцсетях будет публиковать только информацию, которая так или иначе освещает ***** (военную спецоперацию. — Прим. The Blueprint) в Украине. И хотя зарубежные бренды раньше старались держаться подальше от политических высказываний, с Кристи все активно продолжили работать. «Возможно, это связано с тем, что много брендов сами поддержали Украину. С другой стороны, я бы все равно не перестала высказывать свою позицию по этому поводу. Возможно, есть бренды, которые не согласны с моей позицией и потому не предложили мне работу. Не знаю, они сделали это, потому что не согласны с тем, что я высказываю, или потому что я им не понравилась», — говорит Кристи. Сама она, чтобы продолжать активно работать, осталась в Европе, в Вене. «Я сижу здесь, потому что, наверное, так смогу больше помочь родным и своей стране (хотя бы деньгами), чем если буду бегать с автоматом. А так бы я вернулась», — объясняет она.

Со стороны многим казалось, что текущая политическая ситуация худшим образом отразится на российских моделях, но во время недель моды поводов подтвердить эти опасения не было. Ирина Шейк, которую многие потеряли за время сезона осень—зима 2022, в итоге прошлась по подиуму-столу Burberry. Звезды Avant София Стейнберг и Дарья Кошкина активно участвовали и в миланских, и в парижских показах. София Коростелева, разделившая подиум Prada с Кристи Пономарь, также поучаствовала в показах Acne Studios и Rokh. «Когда люди узнавали, что я из России, просто спрашивали, как обстановка, как я отношусь ко всему происходящему, к политике Путина. Я говорила, что не поддерживаю ее, потому что в XXI веке так называемая спецоперация — это ненормально», — рассказывает она.


Официальной статистики, сколько моделей из России работало на показах осень—зима 2022, нет, но если смотреть на данные крупнейших российских агентств, цифры такие: от агентства Avant на подиумах было 11 моделей, а от Number Management — всего три. Больше всего показов пришлось на тех моделей, которые стали уже своего рода звездами. В случае с Avant это София Стейнберг, которая сделала в этом сезоне 15 показов, включая Versace, Dior, Louis Vuitton, Givenchy, Fendi и Burberry. В случае с Number Management это Таня Чурбанова, которая вошла в десятку самых востребованных моделей сезона, по данным отчета Tagwalk, сделав 23 шоу. Однако основатель и управляющий партнер Number Management Ник Лавров считает, что с годами российских моделей на подиумах становится все же меньше, но не по политическим причинам, а просто потому, что интерес рынка спал после того, как его «перекормили» моделями из России в 2000-х. «Конечно, если мы говорим про отдельных моделей, присутствие на показах и в рекламных кампаниях отдельных моделей становится больше, но суммарно российских моделей в мировой индустрии — меньше. Но клиентам на самом деле все равно, откуда модель. Главный критерий — она должна быть крутой. Причем как модель-мальчик, так и модель-девочка», — утверждает он.

ПИСЬМО (НЕ)СЧАСТЬЯ

15 марта 2022 года вне расписания недель моды в Нью-Йорке прошел показ Alexander McQueen осень—зима 2022. В нем приняла участие все та же Таня Чурбанова, что дало нам надежду, будто бренды и правда пока не настроены прерывать отношения с российскими моделями. А уже 16 марта 2022 года появилось ощущение, что тучи над российской модельной индустрией сгущаются. В Telegram-канале «Пьер Джорджо» появилось сообщение о том, что авторитетный сайт models.com рассылает агентствам из России «письма счастья», как назвал их автор канала, кастинг-директор Илья Вершинин. «Я пишу, чтобы вы знали, что мы ставим на паузу работу с российскими агентствами <...> Ваша работа на ресурсе может быть возобновлена, если агентство переедет за пределы России. Учитывая текущую ситуацию, мы не будем публиковать информацию об агентствах
с российским адресом», — говорится в этом письме.


Представители models.com на вопросы The Blueprint об этом письме к моменту публикации не ответили, но Илья Вершинин считает, что никакие пояснения тут и не нужны. «Я написал этот пост в первую очередь из-за того, что мне претит цинизм. Что это письмо из серии „все побежали, и я побежал“. Другими словами, в этом письме говорится „Мы убираем доступ для агентств, но вы можете поменять локацию, и доступ восстановят“. На мой взгляд, это лицемерный, некрасивый жест», — объясняет он. Вершинин получил это письмо не лично от models.com, а от коллеги из модельного агентства — на условиях анонимности. Представители большинства опрошенных нами агентств отказались подтвердить или опровергнуть получение аналогичных писем. Лишь основательница Lumpen Авдотья Александрова подтвердила, что и к ним пришло предупреждение от models.com (в распоряжении редакции есть скриншот данного письма). «Не могу сказать, что этот сайт приносит нам заказы — скорее, он влияет на репутацию. Просто престижно быть в общемировой креативной сети», — отвечает Александрова на вопрос, насколько это большая потеря для агентства Lumpen.



Основатели NIK Model Management «письмо счастья» получить не успели — по словам старшего букера агентства, Николая Антипова, в начале февраля агентство отказалось продлевать абонентскую плату за присутствие на сервисе. «Одна из причин, по которой мы отказались в первую очередь, — потому что любое агентство вне зависимости от их уровня может попасть на models.com — не за свои заслуги, а за деньги. Мы сами были на сайте примерно три года и, естественно, платили. Но любое вложение денег должно приносить хоть какую-то пользу, а этот сайт никой пользы, к сожалению, не приносит. Для любого агентства иметь листинг на этой платформе — миниатюрный репутационный плюсик», — говорит он.


Number Management действия models.com тоже не коснулись, поскольку агентство базируется в Барселоне. Но Ник Лавров уверен, что, если бы и коснулось, на бизнесе бы точно не отразилось: «Я бы, например, не сильно расстроился, если бы наше агентство убрали из models.com. Важно то, как развивается карьера конкретной модели. Да, есть узнаваемость бренда, но именно модель в приоритете». А на моделей решение ресурса пока не распространяется: на сайте все еще представлены российские модели, и их национальность не скрыта.


«Два дня назад я делал страницу для нашей новой модели, Даши Родионовой. Сотрудники models.com сами уточнили у меня, откуда она — из России или нет, — и поставили ее локацию „Россия“. Они не хотят, чтобы кто-то прятал национальную принадлежность модели». Письмо models.com Ник Лавров оценивает как один из немногих шагов, который сайт мог сделать, чтобы выразить свою позицию по военной спецоперации в Украине. Позиция, впрочем, и без того выражена довольно ясно — на главной странице появилась плашка в цветах украинского флага, на которой разместили сообщение «Models.com на стороне Украины, пожалуйста, узнайте, как помочь» — оно ведет на страницу со ссылками на фонды поддержки пострадавших.

МНОГО ЛИЧНОГО — А ЧТО БИЗНЕС?


По мнению Ильи Вершинина, письмо models.com может быть первой приметой изменений в настроении индустрии по отношению к моделям из России. «Мне кажется, со стороны клиентов будет иметь место теневой бан. Он точно не будет касаться моделей первого эшелона, из мировых топ-листов — речь именно про рядовых моделей. Когда у клиента будет возможность выбирать между тремя-пятью моделями, они, скорее всего, будут отдавать предпочтение моделям не из России. Хотя, насколько мне известно, клиенты обычно паспорта не проверяют — если честно, они вообще не особо отличают белорусов, русских и украинцев. Это сейчас все прониклись этой историей, когда надо определяться, ты со всеми либо против всех. Возможно, на какой-то период времени они будут более внимательны к национальности», — прогнозирует Илья Вершинин. А основательница Lumpen Авдотья Александрова уже слышала о проблемах российских моделей на кастингах зарубежных брендов. «Говорят, что русских моделей снимают с кастингов, но сами мы еще с этим не сталкивались», — резюмирует она. Впрочем, по мнению Вершинина, если «теневой бан» по отношению к российским моделям и продолжится какое-то время, то «не больше семи месяцев».


Другие опрошенные The Blueprint агентства пока не замечали подобных изменений. «Ни я, ни кто-то из сотрудников не встречались с недоброжелательным отношением со стороны клиентов. Не было ничего такого ни в визовых вопросах, ни в каких-либо других. У всех есть понимание: модная индустрия достаточно пацифистская и не имеет ничего общего с политикой», — говорит Ник Лавров. «Нет коллективного хейта: ни одно агентство в Европе и Америке не отказалось сотрудничать ни с нашим агентством, ни с моделями. Что касается брендов, которые ушли с российского рынка, русских моделей все еще подтверждают на весь Inditex, например. Люксовые бренды тоже продолжают с нами работать», — подтверждает Николай Антипов.


По его словам, есть лишь единичные случаи, связанные с частными конфликтами между русскими и украинскими моделями. «Были моменты, когда к русским относились не очень — в сеульском супермаркете Seven Eleven владелец выставил объявление с надписью „русских мы не обслуживаем“, в Лондоне были похожие истории. Но это негативное отношение на бытовом уровне, и не к моделям, а к русским в целом. Конечно, между российскими и украинскими моделями, которые живут в одних апартаментах, бывают ссоры, но это потому, что модели часто юные люди, которые очень эмоционально реагируют на происходящее. Все уже стараются как-то идти на мировую», — рассказывает он.

Об этом рассказала и Кристи Пономарь — по ее словам, с русскими моделями отношения и на неделях моды, и сейчас складываются по-разному. По ее словам, кто-то, как София Стейнберг или Дарья Кошкина, старался ее поддержать, предлагая любую нужную помощь, а кто-то — пытался доказать, что в этой ситуации она и ее страна не правы. «Некоторые спрашивали, из Украины ли я и, услышав в ответ „да“, начинали абсолютно бестактно говорить: „Что вы там воюете сами с собой и нас обвиняете? У меня все карты заблокировали, как я теперь жить буду? А вам что, трудно просто сдаться?“ Я себя чувствовала странно в этот момент, потому что слышала эти слова от девочки моего возраста, которая работает в той же сфере, что и я», — объясняет Пономарь.



Если вернуться к разговору про модельный бизнес, единственные проблемы, с которыми сейчас сталкиваются агентства, представляющие моделей из России на международном уровне, — организационного характера. «Еще до ковида, когда нас всех изолировали друг от друга, начались сложности с российскими моделями, потому что их стало просто дорого привозить. Сейчас ситуация усугубилась, и многие модельные агентства могут использовать политическую повестку в качестве мотивации отказа. Это большая проблема для агентств, которые базируются в России, ведь возможность отправки моделей на какие-либо рынки ограничена банально из-за стоимости билетов. Проблема даже не в том, чтобы отправить, а в том, чтобы уговорить зарубежное агентство взять этих моделей и авансировать расходы. Ни одно агентство не может гарантировать, что эти расходы могут быть покрыты», — объясняет Илья Вершинин. Авдотья Александрова столкнулась с такими сложностями еще в разгар недели моды в Париже. Три модели ее агентства, Кирилл Иванов, Денис Моисеев и Вальтер, участвовали в показе VTMNTS Гурама Гвасалии. «Мы успели их отправить, но это было сложно, и каждый час происходило что-то новое сложное — то рейсы отменяли, закрывая небо, то карты переставали работать за границей. А сейчас нам не могут перевести деньги иностранные клиенты», — объясняет Александрова.


Учитывая все эти сложности, многие агентства вывезли команды за границу, как, например, Number Management. Либо попросили моделей временно не возвращаться в Россию, пока ситуация не стабилизируется. Поэтому, например, Соня Коростелева до сих пор в Европе и пока не понимает, когда сможет вернуться домой. «Если я сейчас прилечу в Россию, не смогу вылететь обратно, потому что билеты дорогие. Не все клиенты готовы их оплачивать, — говорит она. — Конечно, я скучаю по дому, но стараюсь отвлекаться от грустных мыслей. Я гуляю, пытаюсь не читать новости, потому что от этого становится только хуже». Когда Соня вернется домой, непонятно — она не знает сейчас, что делать дальше. Впрочем, как и все мы.


{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}