T

В гостях у Ольги Васюковой

Хотя официально режим самоизоляции в Москве закончился, многие продолжают работать из дома. Поэтому мы продолжаем изучать, как дизайнеры, художники, архитекторы и другие герои The Blueprint обустраивают свои рабочие места в квартирах и загородных домах. Сегодня переносимся в Подмосковье — на дачу дизайнера и креативного директора бренда Red September Ольги Васюковой.

Я сейчас нахожусь на даче со своей семьей, куда мы собрались стихийно без каких-то продуманных сборов. Просто вынесли полквартиры и уехали за город, где раньше дольше пары недель ни разу не задерживались. Захватила с собой только самое нужное, планировала отдохнуть пару недель и обратно в работу. Но вот уже пятую неделю я дышу свежим воздухом, слушаю петухов, рассказы соседки бабы Вали и работаю над коллекцией для осенней презентации в Париже.


С переходом на подмосковный режим ритм не просто замедлился, а существенно изменился. Держать себя в рабочем графике сложно. Если раньше в 7:30 звонил первый из моих семи будильников и в 9:00 я уже была в офисе, а на разработку новой коллекции у меня было несколько дней, то первые две недели карантина я просто спала, дышала свежим воздухом и смотрела в окошко, как будто на пенсии. Потом взяла себя в руки, спланировала новый график и заставила себя вставать хотя бы в 8:30 утра.

2. 

3. 

1. 

1. Research book для нового проекта, кожаные коллекционные медведи, над которыми я сейчас работаю, и необходимые мелочи.

2. Клан Суровых Медведей и SS21 — work in progress.

3. Жидкая акварель всегда у меня под рукой. Это самый быстрый и легкий способ сделать какой-то набросок, и он в любом случае будет выглядеть неплохо. Практически все скетчи для новых проектов делаю именно ею.

В первой половине дня включаю голову — разрабатываю тему для нового проекта в research book, как в студенческие времена, делаю иллюстрации, собираю матрицу коллекции. Во второй половине дня работаю руками: занимаюсь лекалами, шью рабочие макеты. Появилось время снова заняться коллекционной линейкой кожаных медведей, на которую в какой-то момент перестало хватать времени.

5. Голова на свежем воздухе работает намного лучше. Как только погода стала похожа на весеннюю, всю работу с манекеном перенесла на свежий воздух. Ставлю рядом желтый пластиковый стол, раскладываю миллиметровку — и все, за работу. Первое время на меня засматривались из всех соседских окон, но сейчас я уже всем, кажется, надоела.


6. Художественными маркерами я бредила несколько лет. Делала все иллюстрации только ими, всегда брала их в поездки, а потом любовь резко прошла — и половина коллекции уехала за город. Сейчас хожу вокруг них кругами, делаю небольшие наброски, чтобы рука вспомнила какие-то навыки. Помню, один мой итальянский преподаватель рассказывал, что с момента своего выпуска каждый день обязательно рисует по 30–40 минут, просто чтобы была постоянная практика.



5. 

4. Каталог Pantone — моя любимая игрушка. Меня научили с ним работать в польской компании, куда меня пригласили младшим дизайнером почти сразу после выпуска. Первый месяц я ходила в шоке от скоростей работы и постоянного общения с китайскими и индийскими производствами, которые понимали только технические рисунки и номера Pantone. Работать с международными поставщиками без этой вещи почти невозможно. С некоторыми нашими производствами — тоже.

6. 

Со студенческих времен у меня осталась привычка шить ночью. Но если дома у меня оборудовано гнездо для шитья с промышленной машинкой, большим столом и вагоном разной нужной ерунды, разложенной по коробочкам, то на даче для моих ночных швейных посиделок мне отвели самый отдаленный угол. Собрала рабочее место из того, что было, зато никому не мешаю. Сижу, шью часов до 3 ночи, для атмосферы могу зажечь пару свечек и поставить фоном какой-нибудь старый фильм, который уже знаю наизусть.


Этот стол, возможно, мой ровесник, под стеклом — лекала моей финальной выпускной коллекции. Это верх чистоты и порядка на моем столе, чтобы было не стыдно показать фото. В обычном рабочем режиме, когда уже ноутбук втиснуть некуда, завалы совершенно необходимых вещей растут вверх.

7. 

8. 

7. Старые журналы Burda собирала еще моя мама, многие выпуски 1987–1990 годов, я к ним очень трепетно отношусь.

8. Жесткий диск со сложной судьбой. На нем хранится все мое портфолио: съемки, проекты и полная информация за все четыре года, которые я провела в Polimoda. С ним случилась неприятность, исправить которую стоило тонну денег и почти столько же времени. Технические эксперты предупредили, что диск может окончательно умереть в любой момент, но я так и не сделала копию. Честно вру себе, что таким образом тренирую в себе аккуратное обращение с техникой.

9. На моей загородной книжной полке кроме учебника японского языка непрочитанной лежала только биография группы Metallica. Втягивалась тяжело, но для разминки неплохо. В папиной библиотеке нашла Карнеги, после перейду к «Утопии». Утром и вечером читаю минимум по 20 страниц — обязательно, как лекарство.

Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":120,"columns_n":10,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}