T

Мари Нильссон Петерсен, Vagabond Shoemakers

Мари Нильссон Петерсен — вице-президент, соосновательница и креативный директор шведского бренда Vagabond Shoemakers. Как одной женщине удается совмещать сразу две должности, что из коллекции бренда носит Белла Хадид и почему Vagabond не теряет своей актуальности с 1993 года?

На самом деле Vagabond основали еще в 1973 году, и изначально бренд специализировался только на мужской обуви. В конце 80-х Vagabond возглавил Мэтс Нильссон. Он и его жена Мари решили, что бренд должен продаваться по всему миру. В 1993-м к названию компании добавилась приставка International, поэтому чету Нильссон можно смело называть основателями «нового» Vagabond.

Мари Нильссон Петерсен

Сегодня Мэтс — председатель Vagabond Shoemakers, а Мари — вице-президент и креативный директор бренда. «Здесь все ответственно подходят к своей работе, какими бы большими ни были объемы, — говорит Мари. — У нас потрясающая команда: дизайн-менеджмент, отдел маркетинга, огромный коллектив, отвечающий за продажи... У меня тоже работы много, но я справляюсь».


«Vagabond — это прежде всего стиль», — говорит Мари. Бренд позиционирует себе так: если за обувью правильно ухаживать, она прослужит вам не один сезон и даже, возможно, достанется кому-нибудь еще. «Мы не стараемся опередить время и тренды. Наши силуэты — вне времени. А то, что наша обувь — очень удобная, это очевидно». Она шутит, что главный принцип компании — делать обувь, в которой можно отправиться в поездку на выходные и не брать с собой больше ни одной пары: «В нашей обуви можно ходить целый день, и вечером ноги не будут болеть. И, если честно, мы высоко ценим минимализм — мы скорее избавимся от ненужных деталей, чем будем добавлять что-то новое».


Если же серьезно, то в повестке Vagabond — как и у большинства современных брендов — не обошлось без устойчивого развития и осознанного потребления. Бренд третий год подряд отказывается от участия в черной пятнице и вместо этого перечисляет 10% от всех продаж в благотворительные фонды. В этом году Vagabond сотрудничали с Humanium Metal — фондом, занимающимся переработкой оружия для производства новой продукции, которая позволит обеспечить безопасность жителей опасных районов. 

Забота об устойчивом развитии — важный элемент в стратегии марки (и репутационный в том числе), потому что Мари и ее муж поставили перед собой серьезную цель — стать глобальным брендом, известным во всем мире. И, судя по всему, у них это получилось. Во многом благодаря демократичной ценовой политике Vagabond: «У нас позиция такая: хороший дизайн не должен стоить целое состояние. Да, у нас не самая дешевая обувь, но и далеко не самая дорогая. Мы заняли средний сегмент».

Каждая модель обуви Vagabond названа женским или мужским именем, а аксессуар — в честь какого-либо города. Мари говорит, что никакой конкретики за этим не стоит: «Не то чтобы мы называем обувь в честь каких-либо определенных людей, нам просто нравятся эти имена. А вот с городами ситуация несколько иная — мы называем наши аксессуары в честь тех мест, которые нас вдохновляют».


Правда, возможно, в ближайшем будущем некоторые модели все же обретут имена вполне реальных девушек — Vagabond активно сотрудничает с инфлюенсерами (и, кажется, любит работать с ними куда больше, чем со звездами). Исключение — Белла Хадид. «Наше американское агентство отправило ей сумку Vagabond, и она посетила с ней несколько важных мероприятий. Нам было очень приятно».

А вот среди блогеров, которые вдохновляют бренд и Мари лично, очень много «не мейнстримных» инфлюенсеров — девушек не с многомиллионной аудиторией, а с тысячной. Например, украинская модель Ганна Богдан, которая несколько лет назад переехала в Лос-Анджелес и пробует себя там в качестве художницы и видеографа, или Фрея Вьюер — фэшн-блогер из Копенгагена, с которой также сотрудничают Jil Sander и Bottega Veneta. «Последнее слово в выборе инфлюенсеров всегда за мной, — говорит Мари. — И мне намного важнее их стиль, нежели объемы аудитории. В будущем мы хотели бы начать работать с ними более тесно — например, приглашать их к нам и совместно разрабатывать с ними какие-то модели. Это одна из немногих форм коллабораций, которая нам интересна».


Действительно, за всю многолетнюю историю Vagabond у бренда не было ни одной коллаборации (что сегодня скорее хорошо, чем плохо). «Во-первых, нам очень важно оставаться преданными нашему по-скандинавски минималистичному дизайну. Во-вторых, создавать коллаборации, когда ты выпускаешь обувь, очень сложно. У нас к этому иное отношение: в сентябре мы, например, запустили капсулу Atelier by Vagabond, и рекламную кампанию снимала известный британский фотограф Энни Коллиндж. Вот такие „коллаборации“ нам очень по душе».

В России Vagabond знают и любят — найти обувь бренда можно не только в Москве и в Санкт-Петербурге, но и в Челябинске, Калининграде, Кемерово и Краснодаре. И это далеко не полный список. «Когда мы стали продавать обувь в России, я начала туда ездить, — вспоминает Мари. — И я быстро поняла, что там живут такие же женщины, как в Англии, Австралии и Америке, и они так же сильно меня вдохновляют. Сегодня Россия для нас — одна из важнейших торговых точек».


В последний раз Мари была в России этим летом — говорит, Москва похорошела, но все же по-шведски гостеприимно приглашает всех к себе в гости: «Если будете в Швеции, обязательно к нам загляните! Мы будем ждать».

Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":120,"columns_n":10,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}