Темы
T

Lots: онлайн-платформа для перепродажи дизайнерских вещей

16 декабря запустился Lots Market — российская онлайн-плафторма для перепродажи дизайнерских вещей, придуманная стилисткой и ювелиром Лилит Рашоян и куратором пиар-проектов Наташей Гуляевой. И это прекрасные новости!

Lots начался с телеграм-канала Big Sale Moscow, который Лилит Рашоян и Наташа Гуляева завели в сентябре 2019-го. Там можно было найти бархатные босоножки Jil Sander за десять тысяч рублей или кроссовки Gucci за пятнадцать, но быстро стало ясно, что телеграмом не обойтись. Так появился Lots — первый российский сервис покупки и продажи одежды премиум-класса с отбором, который можно назвать кураторским. Так, первой важной соучастницей проекта стала Алена Долецкая: журналистка и писательница выставила на продажу 170 предметов из своего гардероба, собранные за последние 20 лет (сейчас в продаже осталось уже 117, поспешите). За каждым из них — личная история: трогательная, убойная, порой федерального масштаба. Все средства от продажи этих вещей пойдут на благотворительность: в фонд помощи хосписам «Вера» и фонд помощи бездомным северным ездовым собакам «Хаски Хэлп» (хаски — не меньшая любовь Долецкой, чем мода). Мы спросили Лилит, Наташу и Алену, почему именно сейчас нужен такой проект и как он может изменить отношение к рынку реселла в России.

Алена Долецкая:

Пришло время продлевать жизнь качественных и красивых вещей, и мы сегодня к этому готовы. Ресейл дает вещам новую жизнь: они окажутся в руках других людей, которые будут их носить совсем в других городах, в другие театры и кино и надевать совсем к другим друзьям в гости. И конечно же, он может быть спасением от перепотребления и перепроизводства. Я вон уже кое-какие свои вещи хочу купить назад!


Миллениалы и поколение Z не хотят ничем владеть. Старшему поколению чуть сложновато, разумеется. Мы выросли в период экономических кризисов и бумов, и на этих американских горках нам хотелось всего самого-самого, остронового, ультрасовременного. Но старшим тоже пора расти и развиваться. Да, у некоторых есть неприятные ассоциации с комиссионками. Но это пройдет. И это вовсе не «избавление от вещей», а просто продуманное расставание.


Я очень хочу думать, что такой проект нужен и потенциальным продавцам, и покупателям. Одни ли это люди? Это мы поймем чуть позже. Хотя уже сегодня у меня разрывается телефон от сообщений моих друзей типа «только вот это платье никому не продавай. Я хочу себе!». Расстаюсь с ними, потому что пришло время. Потому что чуть устала от «ой, дай поносить». Потому что деньги пойдут только на доброе дело.

Например [я отдала на продажу] платье Рикардо Тиши, тогда креативного директора Givenchy, в котором я была на десятилетии российского Vogue и которое он сшил специально для меня. Платье потрясающей красоты, с тысячей миллионов стразов. Платье — двойная победа. Мне тогда очень хотелось продавить обложку, которую не утверждало начальство — с Наоми Кэмпбелл в белых мехах. Тогда мы ее напечатали, приклеили к другому номеру, и я — дождавшись, пока начальство достаточно выпьет, — достала ее, как в кустах рояль: «А может быть, эту?» С ней журнал и вышел.


Или сумка Fendi, крокодил, моя любимая. Есть фото, где я с ней, в моей к тому моменту уже неизменной кожаной куртке Kors и с Карин Ройтфельд. Я очень хотела снять Карин для русского Vogue, чтобы вернуть ее на родину — откуда ее родители, бабушки и дедушки и где она была стилистом первой обложечной съемки Vogue Russia с Кейт Мосс и Эмбер Валлеттой. Снимать хотели в старой Одессе. Карин была от идеи в восторге, но так никогда до Одессы и не доехала. А с сумкой теперь сможет ходить кто-то еще.


Сумка FENDI

Лилит Рашоян:

Ресейл — это небольшой вклад каждого в спасение от перепотребления. Когда начинаешь разбирать гардероб, понимаешь, какое количество ненужных вещей висит годами. Что-то даже с бирками, неношеное. Думаю, и для продавцов, и для покупателей это взаимовыгодное сотрудничество. Я заметила, насколько это стало популярно не только среди моих друзей, но и среди более публичных людей. И не вижу ничего плохого в том, что кто-то пользуется услугами таких «комиссионок». Самое важное — это ассортимент. Сервисом мы будем пользоваться и сами. Да и уже пользуемся: еще до запуска сайта в телеграм-канале мы с Наташей продавали свои вещи. Хотя указывать это не планируем: на самом деле не очень важно, кому вещь принадлежала, — ведь покупают все-таки предмет, потому что он нравится сам по себе.

Наташа Гуляева:

Люди сейчас стали больше внимания уделять осознанному и рациональному потреблению — а еще ценят свое время и отдают предпочтение онлайн-шопингу. Да, комиссионных магазинов сейчас много, но в Lots не нужно никуда ехать и бесконечно долго описывать вещи с товароведом. А если речь идет о том, что ты можешь купить классную вещь онлайн в три раза ниже магазинной стоимости, это вообще суперкруто. Девушки часто покупают какую-то остромодную сезонную вещь, выходят с ней в свет два раза, а дальше это остается лежать в гардеробе. И лежит годами. Благодаря нашему сервису у этой вещи есть шанс на вторую жизнь. Более того, она становится доступной людям, у которых нет возможности купить ее в магазине за полную стоимость.


В России культура ресейла только зарождается, поэтому объяснять, что это такое, приходится всем — и миллениалам, и зумерам, и старшему поколению. Со старшим поколением, конечно, сложнее, потому что в привычке есть именно обладание вещью на веки вечные. Если квартира — то обязательно в собственности, так и с вещами. Хотя на самом деле все зависит от человека. У меня есть подруга — яркий представитель миллинеалов, которая обожает наряжаться, но никогда не продает свои вещи. Объясняет, что просто никогда не купит что-то, от чего ей потом захочется избавиться. Но она скорее исключение: желающих продавать очень много, и они очень классные. Так что у нас большие планы!

Фото: Полина Твердая

Модель: Полина Оганичева (Number Management)

Muah: Ольга Чарандаева

Арт-директор: Виктория Морозовская

Продюсер: picls.ru

Выражаем благодарность фотостудии Photoplay


Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":120,"columns_n":10,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}