T

Пьер Карден: художник и капиталист

Утром 29 декабря в Париже в возрасте 98 лет умер Пьер Карден. Модный журналист и критик Алена Исаева — о том, каким мы запомним великого кутюрье.

За свою долгую жизнь Карден успел оставить внушительный след в истории — не только моды, но и мировой культуры в целом. Поработав с Жанной Пакен, Эльзой Скиапарелли, Кристианом Диором и, наконец, создав собственный дом Pierre Cardin, он легко расстался с сакральностью имени бренда, за счет лицензий поставив его рядом почти со всем, что только можно представить и продать, от посуды до ортопедических матрасов. Его имя стало достопримечательностью, определяющей не только достопримечательности реальные — знаменитый «Дворец пузырей» Пьера Кардена и бутик Pierre Cardin на Сент-Оноре, важную точку для модных туристов, — но целый ряд явлений, от конкретных силуэтов и аксессуаров до трендов.

Алена Исаева:

«У советских людей на слуху было не так много модных имен: Коко Шанель — за духи Chanel № 5, Кристиан Диор — за платья в стиле new look и «весь этот кутюр» и Пьер Карден, который вызывал в сознании целый ряд ассоциаций. Он отвечал в моде за все самое прогрессивное и новаторское, изменил высокой моде с прет-а-порте и одевал Майю Плисецкую. Потом мы узнали, что еще он участвовал в создании костюмов для «Красавицы и чудовища» Жана Кокто, был владельцем знаменитого ресторана «Максим» (сейчас кажется, что еще вчера он подписывал там свою книгу для журналистов) и жил в самом футуристичном доме-пузыре. Он всегда чувствовал себя антиподом Ива Сен-Лорана, который питался «культурной традицией», — и в действительности таковым являлся. Кардена же, кажется, интересовало только «завтра».

Завтра, по версии Кардена, должно было быть другим. Цветные колготки, сапоги-чулки, геометрия и пластик — он вводил в моду то, о чем еще вчера никто и понятия не имел. «Новое — это хорошо забытое старое» — максима, верная по отношению к кому угодно, кроме Пьера Кардена... Его совсем не интересовало прошлое, он не питался литературой и живописью. Он топорщился в моде, как стеклянная пирамида в Лувре, как Центр Помпиду в Марэ, которые поначалу дико раздражают, но которые в итоге становятся символами того места, которое, казалось бы, отрицают. Продавать авторские коллекции в универмагах? Ставить свое имя на мужские трусы, матрасы и автомобили? Пожалуйста. Капиталист то и дело побеждал в нем художника, ведь он был сам себе Пьером Берже. Карден делал все, чтобы разрушить сложившуюся систему моды, и в итоге чуть не разрушил свой бренд, но парадоксальным образом именно он и пересоздал систему индустрии — и явил ее в том виде, в котором мы знаем ее сегодня. Маркетинг, логомания, Lanvin для H&M... Однажды Карден придумал эти правила для себя, а потом всем остальным просто стало некуда деваться.


Когда-то он сказал: «Если настанет день, когда мне нечего будет делать, то передо мной встанет вопрос: а зачем, собственно говоря, я живу? Поэтому я и хотел бы умереть вместе с модой...» Так он и поступил. Пришел первым и ушел последним».

{"width":1200,"column_width":120,"columns_n":10,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}