Покажи фанатам все

Софья Тартакова

ФОТО:
GETTY IMAGES, АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ

Сидни Суини спровоцировал очередной скандал, снявшись обнаженной в рекламе букмекера, Международная федерация легкой атлетики запретила снимать спортсменок с неприличных ракурсов, а спортивная журналистка и ведущая теннисного проекта «Больше!» Софья Тартакова, сама снимавшаяся для Playboy, разобралась в разнице между сексуализацией атлетов и атлеток. 

окажи фанатам сиськи! — раздается в вагоне метро.

Мне 18 лет, я только начинаю работать в спортивной журналистике. Еду на футбольный матч, уже даже не помню куда — то ли на «Локомотив», то ли на ЦСКА, то ли на «Спартак».

Эта фраза адресована не мне. Ее просто на весь вагон кричат футбольные фанаты. Называется «футбольный заряд». Позже, в 2015 году, у группы «Третий тайм» выйдет одноименный трек.

Для спортивной среды 2008–2010 годов в этом не было ничего сверхъестественного. Ты женщина, хочешь поработать в спорте? Проблем нет. Получите, распишитесь.

За почти двадцать лет работы в спортивной журналистике мое отношение к сексу в спорте поменялось. Вначале ты хочешь доказать каждому, что ты не малолетка, которая мечтает удачно выйти замуж за спортсмена, а девушка с большой мечтой работать в спорте.

Затем, попав на телик, ты принимаешь новые правила игры. Тебе объясняют: «Нас смотрят мужчины. Им нужно нравиться». Это звучит на каждом совещании. Ты веришь и действительно стараешься всем угодить.

Ничего страшного, если за весь эфир ты скажешь два слова. Ничего страшного, если на тебя наденут платье с глубоким декольте. Ничего страшного, если тебе будет не очень комфортно. Зрителю, Сонечка, должно нравиться.

Я не собираюсь переписывать свою биографию и рассказывать, что меня заставляли сниматься в мужских журналах. Конечно же нет. В тот момент я искренне верила, что так и надо. Но чем старше становишься, тем лучше понимаешь: спорт разный. Его смотрят разные люди. Ты сама вправе выбирать, как в нем работать, что говорить и как выглядеть. И угодить в итоге нужно одному человеку — себе.

В современном спорте много секса. Здесь много красивых людей с красивыми телами. Мы смотрим на них снизу вверх. Они ведь делают то, чего мы не можем: быстрее бегают, выше прыгают, классно играют в футбол или теннис. Мы превращаем их в героев и, конечно же, можем их хотеть.

Девушки влюбляются в красивых атлетов, мужчины увлекаются красивыми спортсменками. Иногда человек включает матч, потому что ему нравится тот, кто играет. А потом уже разбирается, что там со счетом, что за турнир и вообще что за вид спорта.

И давайте снимем белое пальто: просмотры очень важны. По моему опыту, многих спонсоров не очень волнует, каким путем приходит зритель, если все в рамках закона. Главное, что он приходит.

Вот скажите честно, Novig вам о чем-нибудь говорит? Слышали об этой американской платформе? Думаю, нет. А если я немного подскажу: Just Sports, полуголая Сидни Суини? Стало ли понятнее?

Да-да, именно та реклама, после которой спортсменки обвинили Суини в сексуализации женского спорта. А Novig — это платформа, где торгуют прогнозами на спортивные исходы. Лично мне реклама не понравилась. Не потому, что Суини некрасивая, я не люблю секс или мне автоматически обидно за всех женщин. Она не понравилась мне как обывателю. Я посмотрела и подумала: «Ну такое, не цепанула».

П

Софья Тартакова  • есть тема

Софья Тартакова  • есть тема

Сидни Суини в кампейне букмекера Novig, 2026

Да, Суини горяча. Да, она появляется практически обнаженной, ее интимные места прикрывают мячи и спортивная экипировка. И она томно повторяет: «Just Sports».

29-летняя актриса — понятный выбор для подобной рекламы. Сексуальность стала частью ее публичного образа, и она с этим работает. Да и рынок известен: в исследовании YouGov 2024 года мужчины составляли 72% опрошенных действующих клиентов спортивных букмекеров в США. Это не данные о пользователях Novig, но они помогают понять, за чье внимание здесь борются.

Суини в этой истории не просто девушка, которой заплатили за то, чтобы она разделась. Она получила долю в компании и, по словам главы Novig Джейкоба Фортински, сама во многом определяла визуальную сторону кампании.

Я не вижу ничего страшного в том, что взрослая женщина зарабатывает на своей сексуальности. Мне бы хотелось, чтобы она могла распоряжаться своим образом без согласования со мной или с обществом. К середине сентября ролик набрал больше 40 миллионов просмотров. Стали ли эти люди клиентами платформы — другой вопрос. Но как способ привлечь внимание это сработало.

Оскорбляет и обесценивает ли эта реклама женский спорт и женщин, которые им занимаются? Я в этом очень сомневаюсь.

Но давайте спросим у мужчин: оскорбляет ли их Криштиану Роналду, который рекламирует собственное белье CR7? Бренд запустили с датской компанией JBS в 2013 году и за полгода вышли на пятьдесят экспортных рынков. На постерах Роналду был в трусах. И смотрели на эти фотографии явно не только из-за его спортивных достижений.

Или Рафаэль Надаль? В 2015 году Tommy Hilfiger устроил с ним в Нью-Йорке теннис на раздевание: после проигранного очка участники снимали предмет одежды.

Или Дэвид Бекхэм, который накануне пятидесятилетия снялся в кампании BOSS ONE Bodywear? Давайте признаем: от Дэвида невозможно было отвести взгляд.

Дэвид Бэкхэм в кампейне BOSS ONE Bodywear, 2025

Делают ли эти съемки Бекхэма или Роналду плохими футболистами, а Надаля — плохим теннисистом? Нет. Помогают ли продавать трусы? Судя по коммерческой истории CR7, с трусами все в полном порядке.

Секс действительно привлекает внимание и может помогать продавать. Но дальше важно, кто этот секс транслирует. В случае Роналду, Надаля и Бекхэма мы смотрим на больших атлетов. Мы знаем, кто они и что сделали в спорте.

Ты можешь быть очень привлекательным атлетом, но, если рассчитываешь, что зритель будет регулярно смотреть твои матчи, одной привлекательности вряд ли хватит. Нужны результаты. Посмотреть на красивого человека, купить трусы и начать регулярно ходить на его матчи — все-таки три разных действия.

Криштиану Роналду, CR7 Underwear, 2025

Марат Сафин, Australian Open 2004

И тут помогает телик. Я помню, как впервые увидела Марата Сафина. Морозный январский день, Australian Open. Я прогуливаю школу и смотрю, как Марат играет свой очередной пятисетовый матч в Мельбурне. Боже, как же он был хорош и красив. Это можно было почувствовать через телевизионную картинку.

Так у меня появился первый краш. Безусловно, здесь заслуга самого Марата, но и режиссер трансляции выполнил свою работу на все сто. Его глазами я увидела, каким прекрасным может быть теннис и, в частности, Марат Сафин.

И сейчас, когда я это вспоминаю, мне особенно интересно читать рекомендации по съемке женской легкой атлетики, которые вышли в июне 2026 года. Европейский вещательный союз (EBU) подготовил их вместе с European Athletics и рекомендует вещателям выбирать для трансляций «приличные» ракурсы.

В рекомендациях разбирают конкретные кадры и предлагают другие варианты. Например, избегать крупных планов сзади при подготовке к разбегу, не приближать грудь, когда спортсменка наклоняется. Можно сменить ракурс, показать лицо или перейти на общий план. А разбег снять сбоку, чтобы зритель видел шаги и технику.

Но как тогда быть с пляжным волейболом? Самый сексуальный вид спорта прямо сейчас. Спортсменки в бикини, пляж, музыка и вся эта атмосфера — часть игры. Теннис без кадров, где игроки между сетами меняют майки, я представить могу. А трансляцию пляжного волейбола без этой «сексуальности» — уже сложнее.

Во-первых, все это выглядит органично. Мы с вами тоже, приезжая на пляж, рейтузы не натягиваем. Хотя Международная федерация пляжного волейбола разрешает выходить на площадку в шортах или в более закрытой форме. Во-вторых, так играют в волейбол: спортсменки наклоняются между розыгрышами или перед приемом. Это игровая стойка. И такой ракурс тоже попадает в трансляцию, благодаря ему мы видим всю площадку. Но показать розыгрыш и отдельно рассматривать чье-то тело — все-таки разные вещи.

Я много работала на трансляциях и понимаю, насколько это сложное ремесло. В ПТС (передвижной телевизионной станции) режиссер должен успеть показать попытку, реакцию трибун, тренера, атлета. Дирижировать несколькими операторами и держать в голове всю картинку. И мы как зрители уже привыкли к этому доступу. Благодаря трансляции ты становишься ближе к спортсмену. Но комфортно ли самому человеку такое внимание?

Я в свои 37 на очень скромном уровне играю в падел — кризис среднего возраста не обошел стороной. Во время матча или тренировки мне абсолютно все равно, как я выгляжу. Короткая ли юбка, вываливается ли грудь. Я получаю удовольствие или борюсь с усталостью, пытаюсь сделать то, что пока не получается. В голове совершенно другие вопросы, чем длина шортов. Но оказалось, что у профессиональной спортсменки камера может отнять именно эту возможность: думать только о своем выступлении.

Британская прыгунья с шестом Холли Брэдшоу, которая участвовала в подготовке рекомендаций, рассказала: «Многие спортсменки, включая меня, оказывались в ситуациях, когда больше думали о камерах, чем о своем выступлении». Она сталкивалась с оскорблениями и видела, как замедленные кадры из трансляций превращались в сексуализированные видео с ней и ее коллегами.

И это действительно большая проблема. Ты готовишься к соревнованиям годами, хочешь выступить достойно, а вынуждена думать, какой кадр с тобой потом разлетится по соцсетям.

Давайте будем честны: это происходит и в мужском спорте.

Олимпиада в Париже 2024 года. Сектор прыжков с шестом. Француз Антони Аммирати в прекрасном прыжке сбивает планку своим пенисом. В трансляции этот момент драматично показывают несколько раз, нарочито замедлив полет и столкновение.

Холли Брэдшоу, 2023

Антони Аммирати,  Олимпиада 2024

По сообщениям СМИ, порносайт CamSoda даже предложил Антони 250 тысяч долларов за вебкам-выступление. А в соцсетях писали: «Аммирати, может, и проиграл Олимпиаду, но с таким достоинством парень уже победитель по жизни».

Мы весьма охотно рассматриваем мужское тело. Только здесь гораздо легче решить за человека, что ему приятно. Похвалили торс, обсудили ноги, пошутили про размер. Какие могут быть претензии? Хотя это та же самая сексуализация.

Мне кажется, если бы у спортсменки во время прыжка из топа выпала грудь, мы иначе воспринимали бы этот эпизод. В нем было бы больше интимности, ощущения, что в кадр попало то, что человек не собирался показывать. А история Аммирати быстро становится анекдотом: его достоинство видел весь спортивный мир. Но мы ведь не знаем, как ему самому эта известность. То, что смешно нам, еще не означает, что ему тоже.

Грешу даже я. В теннисных командировках мы снимаем тот самый сексуализированный контент. Обычная смена футболки на корте превращается в перформанс. Наши ролики с Джеком Дрейпером, Лоренцо Музетти, Маттео Берреттини и Карлосом Алькарасом набирают сотни тысяч просмотров. И в этот момент зритель рассматривает не технику удара справа.

Или короткие шорты Хольгера Руне. В 2024 году в студии Tennis Channel в Индиан-Уэллсе с ним обсуждали их длину и сравнивали его ноги с ногами Новака Джоковича. А в The Wall Street Journal шорты Руне прямо назвали сексуальными.

А теперь представьте такой же разговор про юбку Насти Потаповой или Ани Калинской. Мы бы так же легко назвали это милой беседой?

Я не знаю, почему о сексуализации мужчин в медиа говорят меньше. Но разницу в отношении я чувствую. По моим ощущениям, мужчина может быть сексуальным, умным и успешным одновременно. Снимает футболку, томно поправляет волосы, с него стекает капелька пота, а на животе красуется точеный пресс… ну все, вот он, наш герой! «Как он горяч и талантлив».

А женщине, кажется, даже любить секс должно быть немного стыдно. Если она подчеркивает свою сексуальность, значит, с ней что-то не так. Сразу подозрения: чего она пытается этим добиться? И приходится доказывать, что у нее есть и другие достоинства и «не все через постель». Ты или умная, или красивая. А если хочешь быть и умной, и красивой, и успешной, то это уже высшая математика.

Спортивные СМИ тоже приложили к этому руку. В блогах на Sports.ru выходили подборки спортсменок, а на обложке «ProСпорт» периодически появлялась обнаженная женская спина. Заголовок вроде «10 самых горячих футболисток мира» неотъемлемая часть главной страницы спортивных сайтов. Конечно, на это кликнут. Конечно, откроют, прокомментируют или даже раскритикуют. Так устроен этот мир. А если материал открывают, комментируют, им интересуются — show must go on. На следующий день появляются уже самые горячие волейболистки, теннисистки, журналистки и так по кругу.

Только потом ту же спортсменку начинают обсуждать так, будто ее внешность объясняет весь ее успех.

Анна Курникова — главная теннисистка двухтысячных для таких девочек, как я. Блондинка с длинной косой. Благодаря Ане многие из нас пошли заниматься теннисом. Мы мечтали быть как Курникова. Мы мечтали быть ей.

Анна Курникова, 2006

Но стоит заговорить о ее успехе, сразу слышишь: «Да что она выиграла? На рекламных контрактах получала больше, чем призовых». Да, но: Курникова была первой ракеткой мира в паре. Вместе с Мартиной Хингис дважды выигрывала Australian Open, входила в десятку в одиночке и круто играла в теннис. Не будь у нее этих результатов, мы бы вряд ли до сих пор вспоминали ее с таким придыханием.

Я не считаю, что ее известность была несправедливой. В ней сочеталось все. Талант, смелость и секс. Ну и в топ 10 попадают не за длинную косу.

Мне нравится, когда в спорте есть сексуальность. Но мне важнее, как сам человек воспринимает это внимание. Ему нравится? Ему все равно? Или он, как Брэдшоу, уже думает о камерах больше, чем о выступлении?

Для меня есть разница между «мне нравится так выглядеть» и «я должна так выглядеть, чтобы мне дали работать». Я знаю, как легко привыкнуть ко второму. В какой-то момент ты уже сама не понимаешь: твое ли это решение или так нужно.

Я по-прежнему работаю в эфире. Но теперь, если мне предлагают вещь, в которой я чувствую себя голой или которая мне не нравится, я ее не надену и скажу об этом. При этом я вполне могу сесть в кадр в короткой юбке, на высоких каблуках и обсуждать пикантные темы. 

Мое отношение изменилось именно в этом. Теперь я знаю, что могу отказаться. И могу согласиться. Решение будет только за мной.

«Зрителю, Сонечка, должно нравиться». Но Сонечке, как выяснилось, тоже.