T

Главные арт-события 2019 года

Искусствовед Мария Семендяева — о самом важном, что случилось в уходящем году в мире искусства (в том числе и российского). И о том, что все это для нас значит.


Возвращение Маурицио Каттелана и новая икона современного искусства

В декабре 2019 года на ярмарке «Арт-Базель» в Майами галерея Perrotin выставила на продажу работу итальянского художника Маурицио Каттелана «Комедиант», которая моментально прославилась на весь мир. Обычный банан, приклеенный к стене куском армированного скотча, был оценен в $120 тысяч. Художник, который уже пару лет не выступал с новыми проектами, сделал для галереи три экземпляра: два купили в частные коллекции, и один отправится в не названный пока музей.


Вскоре после появления банана в новостях Burger King запустил рекламу с прикленной к стене долькой картофеля фри, а Carrefour — с органическим бананом в серебристом скотче, который в отличие от оригинала стоит всего 1,59 евро. Благодаря Маурицио Каттелану весь мир спорит о том, является ли банан символом хрупкой маскулинности, капитализма, климатического кризиса, нового извода поп-арта или это просто хорошая шутка, понятная человеку любого происхождения. Художник год работал над «Комедиантом», выбирая материал для создания реалистичной скульптуры, но потом все же решил, что для скульптуры лучше всего подходит обычный фрукт.



Art Basel

Коллекционеры, купившие работу, сравнивают банан со знаменитой банкой супа «Кэмпбелл» Энди Уорхола, которая стала иконой современного искусства. «Ассамбляж в виде банана, приклеенного скотчем к стене, продается с сертификатом подлинности, включающим подробную инструкцию по его монтажу и подтверждающим авторство Каттелана», — пишет газета The Art Newspaper. В общем, если это и не новый Уорхол, то как минимум еще один документально подтвержденный пример того, что концепция стоит дороже, чем материалы, из которых ее реализуют. Хорошая новость для всех, кто не работает в строительном бизнесе.


Опиоидный кризис и токсичная филантропия

Художница Нэн Голдин и возглавляемая ею группа активистов P.A.I.N. весь год организуют акции протеста в больших международно известных музеях, требуя от них отказаться от денег семьи Саклер. Принадлежащая семейству Саклер компания Purdue Pharma, производитель опиоида оксиконтина, фальсифицировала исследования и подкупала врачей, чтобы они выписывали больным больше и больше опиоидных болеутоляющих. Власти США считают, что это привело к опиоидной эпидемии: за последние 20 лет от опиоидов погибли сотни тысяч американцев.


При этом основанный Саклерами благотворительный фонд поддерживает музеи и культурные институции по всему миру. В лондонском Музее Виктории и Альберта имя Саклер носит внутренний дворик и образовательный центр. В течение этого года несколько музейных институций, в том числе британская Национальная портретная галерея, галерея Тейт и американский Музей Гуггенхайма, приняли решение отказаться от пожертвований фонда по этическим соображениям, несмотря на то, что за прошедшие 20 лет фонд Саклер поддержал британские музеи суммой в 60 млн фунтов. Мир искусства больше не хочет ассоциироваться с отмыванием репутаций, о каких бы суммах ни шла речь.


Акция протеста P.A.I.N. у Музея Виктории и Альберта в Лондоне

Юбилей Леонардо как лакмусовая бумажка внутренних проблем арт-рынка

2019 год стал юбилеем одного из самых известных в мире художников — Леонардо да Винчи. В Лувре прошла эпохальная выставка, впервые за многие годы собравшая в одном помещении разбросанные по миру шедевры. Однако на ней не было одной работы Леонардо, на которую многие хотели бы взглянуть и которая изначально должна была стать хитом экспозиции. Речь о произведении «Спаситель мира», которое в 2018 году было триумфально продано на аукционе за $450 млн и стало самой дорогой на сегодняшний день картиной в мире. Эксперты до сих пор не уверены, что считавшаяся утраченной, а потом внезапно найденная работа принадлежит руке Леонардо. Большинство склоняется к мнению, что это все же творчество одного из его талантливых учеников.


Увы, взглянуть и сравнить своими глазами не удалось никому, потому что картина вскоре после покупки оказалась на яхте наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда ибн Салмана Аль Сауда, для которого она и была приобретена. Принц соглашался дать работу на выставку только при условии, что на этикетке будет указан Леонардо да Винчи, но Лувр настаивал на атрибуции «Леонардо и его школа».




 «Портрет», Леонардо да Винчи

«Прекрасная Ферроньера», Леонардо да Винчи

 «Спаситель мира», Леонардо да Винчи

Современный радиоуглеродный анализ и инфракрасное сканирование позволяют датировать работы чрезвычайно точно и изучать недоступные глазу участки картины — однако так ли это важно, если за картину можно выручить $450 млн? Становится ли она ценностью просто оттого, что в нее верят несколько преданных поклонников? И насколько точны в своих оценках даже проверенные эксперты больших аукционных домов? Ведь если «Спаситель» окажется не подлинником, можно ли верить другим их атрибуциям? В этом году развенчания репутаций не случилось, а выставка Леонардо оказалась просто еще одним музейным блокбастером.




Ярмарки и новые рынки



Рынок искусства продолжает расти, но не за счет аукционов, а по большей части благодаря ярмаркам искусства, куда приезжают покупатели со всего мира. Появляются новые ярмарки, старые укрепляются на своих позициях. Летом этого года прошла первая ярмарка «доступного» искусства в Бейруте Arab Art Fair, где были выставлены работы стоимостью до $5000. Одновременно меняется и стандартный портрет коллекционера — все больше миллениалов покупают искусство, в 2018 году на онлайн-торгах, которые привычнее и удобнее для поколения Y, было потрачено $6 млрд.


В этом году, согласно исследованию UBS и ярмарки Art Basel, люди в возрасте от 22 до 37 лет составили половину тех покупателей, которые потратили более миллиона долларов на покупку искусства. Неожиданный поворот, учитывая, что в глобальной перспективе миллениалов называют гораздо более «бедным» поколением по сравнению с их (нашими!) родителями. Упоминаемое исследование арт-рынка проводилось в Великобритании, Японии, Германии, Гонконге и Сингапуре, однако по объемам рынка все еще лидирует США, где в 2018 году было продано искусства на $29,9 млрд.



Art Basel

Реактуализация женщин-художниц и феминистский поворот

«Женский поворот», охвативший поп-культуру и искусство в 2018 году, в 2019-м стал магистральной тенденцией. Например, еще в прошлом году Балтиморский музей принял решение о продаже части работ белых мужчин-художников из своей коллекции, включая произведения Уорхола, Раушенберга и Франца Клайна. Вырученные за них средства музей потратил на приобретение работ художников разных гендеров и разных художественных направлений. А в 2020 году будет пополнять свою коллекцию исключительно работами художниц. Все это — шаги к диверсификации собрания музея, в котором, как и во многих других, преобладают произведения мужчин-художников — только 3800 работ из 95 000, входящих в собрание музея, созданы женщинами.


В мире искусства продолжают обсуждать и несправедливое распределение доходов: несмотря на то, что за прошедшие пару лет рынок работ женщин-художниц вырос вдвое, он по-прежнему меньше, чем цифры продаж одного только Пабло Пикассо. Самыми популярными на рынке остаются всего пять художниц — Яёи Кусама, Луиз Буржуа, Джоан Митчелл, Джорджиа О’Киф и Агнес Мартин, остальные малоизвестны. Но это пока: в 2019-м прошло сразу несколько больших выставок, целью которых было возвращение заслуженной славы художницам прошлого. Национальная галерея показала выставку «Сестры-прерафаэлиты» и отправила в турне недавно приобретенную работу Артемизии Джентиллески, а в Прадо показали произведения Софонисбы Ангиссолы и Лавинии Фонтана.


Софонисба Ангвиссола, «Автопортрет у мольберта», 1557

Национальная галерея вообще оказалась в центре внимания в конце года благодаря выставке портретов Поля Гогена, где экспликации к работам сообщали не просто время создания и изначальное название, но и возраст изображенных таитянских девушек, которым было 13–14 лет. Для многих зрителей стало открытием, что Гоген жил и занимался сексом с детьми, в нашем сегодняшнем представлении. Статья о выставке в New York Times под заголовком «Не пора ли нам отменить Гогена?» вызвала массовое обсуждение — возможно, нас ждет в ближайшее время большой пересмотр искусствоведческих текстов прошлых лет и появление новых работ об искусстве белых европейских мужчин конца XIX века.



Выставки моды стали музейными хитами

Бум выставок моды в музеях пришелся на 2018 год, но в 2019 этот тренд все еще в силе. Кажется, что музеи нашли новую золотую жилу — несмотря на то, что одежда и декоративно-прикладное искусство всегда в том или ином виде присутствовали в музее, сделать моду и большие фэшн-бренды участниками художественной жизни удалось лишь недавно. На выставку Кристиана Диора в Музее Виктории и Альберта было продано 37 тысяч билетов, и это еще не предел, ведь выставку Александра Маккуина в том же музее несколько лет назад посетили почти полмиллиона зрителей.


По словам кураторов из музея V&A, выставки одновременно полезны и для музея, который привлекает тысячи новых посетителей, которые чувствуют себя более свободно в окружении антропоморфных манекенов, чем в окружении картин старых мастеров, — и для модных домов, которые начинают ценить и музеефицировать собственные архивы. В эпоху соцсетей, инстаграма и fast fashion как никогда возрастает ценность традиционного мастерства. В некотором роде возвышение моды можно считать и отголоском общего феминистского посыла нашего времени — ведь традиционно мода была в сфере «женского» интереса, и представить себе наряд королевы Виктории в музее ее имени еще сто лет назад было бы дикостью.



Растущая популярность африканского искусства

Африка остается одним из беднейших континентов в мире, но у африканских художников в этом году было, пожалуй, больше шансов оказаться на международной арене, чем у художников из России. Все благодаря аукционным домам и крупным музеям, таким как Национальная портретная галерея в Лондоне, которые показывают современное африканское искусство. Эксперты утверждают, что новый африканский рынок искусства рождается прямо сейчас на наших глазах — в таких городах, как Акра, Аддис-Абеба, Кейптаун, Дакар, Лагос и Марракеш. Предполагается, что к 2050 году в Африке будет как минимум 9 городов с населением более 10 млн человек, а это значит, что там будут и музеи, и галереи, и многочисленные публичные пространства, где художники могут себя проявить.

Нджидека Кросби, «The Beautyful Ones»


Технологии в искусстве — блокчейн, ИИ, соцсети

Блокчейн стал открытием года для рынка искусства: Christie’s начали сотрудничество с цифровым реестром Artory, который регистрирует продажи и создает цифровую версию провенанса, которую невозможно подделать. Это приведет к прозрачности и большей доступности информации о произведениях, хотя многим арт-дилерам придется теперь искать другую работу. Искусственный интеллект продолжает интриговать исследователей, открываются выставки, рефлексирующие на тему способности ИИ творить наравне с человеком.


Глобализация мира искусства и рост числа пользователей интернета и мобильных устройств привели к быстрому увеличению влияния социальных сетей на вкусы покупателей искусства. В 2019 году 40% покупателей в возрасте до 35 лет покупали на онлайн-платформах по сравнению с 36% таких покупателей в прошлом году. По прогнозам, общий оборот этого рынка к 2020 году должен превысить $6,4 млрд. Благодаря инстаграму вкусы пользователей становятся все более разнообразными — насмотренность больше не нужно воспитывать в библиотеке, достаточно подписаться на несколько страниц любимых музеев.


Экология – это важно

Главную награду Венецианской биеннале в 2019 году получил павильон Литвы, где показали экооперу «Солнце и море (Марина)». Авторы — художница и композитор Лина Лапелите, драматург Вайва Грайните и театральный режиссер Ругиле Барзджюкайте — придумали идеальную композицию на тему истощения ресурсов, где певцы сначала расстилали на песке полотенца и только потом жаловались зрителям, наблюдающим за ними сверху, на отсутствие снега зимой и другие пугающие природные явления. Пляж, где принято отдыхать и максимально разгружать голову, пугающе быстро становится образом бессмысленного прозябания, где загорающие не делают ничего, чтобы спасти собственную планету.


В произведении «Ледовый дозор», установленном перед Тейт Модерн, художники Олафур Элиассон и Миник Розинг показали двадцать четыре глыбы льда из фьорда Нууп-Кангерлуа в Гренландии, которые откололись от массива вечной мерзлоты из-за глобального потепления, а в ноябре 2019 года Королевская академия искусств в Лондоне открыла выставку Eco-Visionaries, исследующую современные практики искусства и архитектуры, которые помогают справляться с меняющимися условиями жизни на Земле.

Лина Лапелите, «Солнце и море (Марина)»


Смена элит в российском мире искусства

8-я Московская биеннале современного искусства оказалась в центре скандала из-за конфликтов ее руководства с участниками и участницами прошлого проекта. Осенью 2019 года несколько международных художников опубликовали групповое письмо, в котором обвинили Московскую биеннале и ее руководство в лице президента Юлии Музыкантской в невыплате денег. К ним присоединились бывшие сотрудники и сотрудницы биеннале, которые пожаловались на тяжелые условия труда и низкие зарплаты. В итоге биеннале все же открылась, несмотря на то, что многие профессиональные зрители раскритиковали концепцию, а денежные конфликты все еще не были решены на момент вернисажа.


Факт остается фактом — биеннале потеряла доверие отечественных и международных художников и смогла состояться лишь благодаря мощнейшей поддержке Третьяковки, предоставившей ей площадку. Что будет дальше с этой институцией, остается только гадать. В то же самое время фонд V-A-C, долгие годы тихо и упорно развивавший свою небольшую ухоженную поляну современного искусства, в 2019-м вышел на первое место по количеству выдающихся проектов и громких новостей. Так, директор фонда Тереза Иароччи Мавика в этом году была объявлена комиссаром следующего российского павильона на Венецианской биеннале, а также стало известно, что музей V-A-C, который уже несколько лет строит меценат и основатель фонда Леонид Михельсон, откроется в 2020 году. А одним из самых лирических воспоминаний об окончании 2010-х стал перформанс художника Рагнара Кьяртанссона «Печаль победит счастье» в Театре Маяковского, придуманный и реализованный командой V-A-C.

«Печаль победит счастье»

8-я Московская биеннале современного искусства

Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":120,"columns_n":10,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}