Blueprint
T

Маленькие трагедии

2 июля во дворе «Гоголь-центра» под строчки из песни ДДТ «До свидания, друг, и прощай» завершился спектакль Семена Серзина про потерянное поколение 1990-х «Как хорошо мы плохо жили». Кажется вместе с ним завершилась и история самого «Гоголь-центра». Какой она была, вспоминают актеры, режиссеры, художники и сотрудники театра.

Билеты на финальный спектакль девятого сезона «Гоголь-центра» разобрали задолго до того, как вечером 29 июня Депкульт Москвы объявил о смене худрука и директора театра на Казакова, 8 (а Кирилл Серебренников — о его закрытии). «Театр имени Гоголя не закрывается. Там произошла смена худрука и директора», — поспешили сообщить в пресс-службе Депкульта. Официально театр и правда не закрывается — он продолжит существовать, но совсем не в том виде, в котором его знали последние девять с половиной лет. На место художественного руководителя Алексея Аграновича, который занимал этот пост с февраля 2021-го (а до этого играл в «Маленьких трагедиях» и «Обыкновенной истории» в постановке Кирилла Серебренникова) придет Антон Яковлев — сын актера Юрия Яковлева, автор спектаклей для Театра имени Вахтангова, МХТ имени Чехова, Российского академического молодежного театра, лауреат премий «Золотой витязь» и «Звезда Театрала». На место директора Алексея Кабешева, работавшего в театре с 2015 года, — Александр Бочарников, бывший директор Новосибирской филармонии. Ни Яковлев, ни Бочарников не имели отношения к команде «Гоголь-центра». Бывший директор театра Алексей Кабешев рассказал в интервью «Медузе» (издание признано в России иностранным агентом. — Прим. The Blueprint), что они с Аграновичем узнали о кадровых перестановках из СМИ. По его словам, многие из труппы и технической команды «Гоголь-центра» подали заявления об увольнении, прежних спектаклей тоже не будет — никаких.


«Сегодня мы закрываем девятый сезон. Сегодня мы закрываем и сам проект под названием „Гоголь-центр“. Таковы реалии времени, но мы говорим вам: до свидания. Ведь мы все еще живы. Давайте просто запомним этот день. Спасибо», — сказал с большой сцены «Гоголь-центра» Алексей Агранович после спектакля «Я не участвую в войне», выпущенного 10 февраля 2022-го к 100-летию Юрия Левитанского. «„Гоголь-центр“ закрыт. Навсегда», — отрезал экс-директор Алексей Кабешев, обратившийся к зрителям (и собравшейся на сцене команде театра) сразу после. 30 июня в «Гоголь-центре» был аншлаг: из-за аплодисментов зрителей спектакль пришлось начать позже, из-за количества желающих его посмотреть — уплотнить партер, поставить стулья в фойе и запустить трансляцию из зала.

В тот вечер к зрителям обратился и Кирилл Серебренников, который открывал театральный фестиваль в Авиньоне вместе с Филиппом Авдеевым, Одином Байроном и другими членами команды «Гоголь-центра»: «Меня очень тронула и [мне] понравилась речь одного Алексея и второго Алексея, я только категорически не согласен со словом „навсегда“. Если у человека забирают прописку, это не значит, что его убивают. <...> Было это здание, будет какое-нибудь другое. „Гоголь-центр“ — это идея, идея свободы. Идея свободы может кончиться только с нами. Мы вот такие люди <...> Любимые друг другом, нужные друг другу. Наверное, нужные и театральной Москве, наверное, нужные и умному, прогрессивному, любимому нами зрителю, который все эти годы был с нами, заполняя этот зал и создавая эти 98 процентов [посещаемости], которыми нам надо было отчитываться и благодаря которым, может быть, нас так долго и не закрывали. Поэтому, ребята, закончился этот адрес, когда-нибудь продолжится другой. Действительно, жизнь коротка, искусство вечно, и вы еще молодые. А в России, как вы знаете, жить надо долго. Будем жить долго и увидим, как, надеюсь, когда-нибудь закончится ***** (согласно действующему российскому законодательству, эти события мы вынуждены называть специальной военной операцией. — Прим. The Blueprint) и наступит прекрасная Россия будущего».


На этой не слишком радостной ноте мы поговорили с теми, кто сделал «Гоголь-центр» одним из любимых московских театров: от труппы и технической команды до тех, кто давал звонки и проверял билеты.


Валерий Печейкин, 

драматург, куратор программы «Гоголь+»

Первое воспоминание о «Гоголь-центре»

Я написал об этом целый текст: про большую яму в фойе, вскрытый пол и кишки театра. Таким был старый Театр Гоголя, а потом на его место пришел «Гоголь-центр».

Пожелание зрителям 

Радоваться за нас, потому что мы вышли из абьюзивных отношений и теперь можем двигаться куда захотим.

открытие Гоголь-центра

Вениамин Смехов, 

актер 

Первое воспоминание о «Гоголь-центре»

«Гоголь-центр» появился в моей жизни как один из самых интересных курсов Школы-студии МХАТ. Руководил курсом приглашенный Олегом Павловичем Табаковым замечательный молодой режиссер Кирилл Серебренников. Галина Аксенова, моя жена, преподавала на этом курсе историю кино. Она заманила меня увидеть необыкновенных ребят — у них происходила жизнь, которая редко случается на театральной учебной скамье. Их мастер обладал и обладает магическим свойством разгадывать людей и собрал рядом талантливых студентов-личностей.


Ребята вызвали мой интерес сразу же после того, как я пришел к ним на уроки пластического мастерства. Они фантазировали на разные сюжеты и рассказывали их, не произнося ни слова, — такие упражнения проделывали в моей молодости и в Щукинском училище, но уровень владения телом у серебренниковцев был намного выше всего, что я до этого видел.


Потом были «Отморозки», отрывки из «Героя нашего времени». Мне было все любопытнее наблюдать за молодыми актерами. Наконец, появились «Седьмая студия» и «Гоголь-центр». Ребятам очень доверял их главный учитель и сосуществование «учитель—ученики» было с самого начала партнерским и на равных. Ребята и творили, и учились вместе. Их было интересно видеть в любых ролях: и в больших, и в маленьких. Кирилл Семенович дал ход всем жанрам драматического искусства. Это вызывало во мне самое живое горячее воспоминание о моей молодости в Театре на Таганке, где Юрий Любимов творил искусство в жанре поэтического театра и поощрял любую инициативу своих актеров.


Спектакль, который впечатлил больше всего

В «Гоголь-центре» я видел много спектаклей, почти все, некоторые по два-три раза — как «Обыкновенная история», «Кому на Руси жить хорошо»... Один из самых сильных — «Сон в летнюю ночь», помню, как мы, зрители, шли, завороженные, за переменами из одного пространства в другое.


«Гоголь-центр» удивлял изобилием мастеров. У Кирилла Серебренникова как у главного режиссера не было никакой ревности или зависти к другим, а такое случается нечасто: и Товстоногов, и Любимов, и Ефремов, и Эфрос, естественно, опасались конкурентов. Серебренников открывал свои двери для разных и очень талантливых режиссеров и не боялся экспериментировать.


«Сон в летнюю ночь»

Я такой момент застал: меня пригласил в театр молодой режиссер Максим Диденко. Мой первый актерский спектакль в «Гоголь-центре» — «Пастернак. Сестра моя жизнь», второй — «Берегите ваши лица», в котором я когда-то играл в Театре на Таганке, стоя на сцене с Володей Высоцким, Зиной Славиной, Валерой Золотухиным. Тогда, в 1970 году, он прошел всего три раза, а потом его запретили. В «Гоголь-центре» тоже показывали «Берегите ваши лица», а теперь его могут закрыть, словно кто-то захотел зарифмовать зло. Еще я немного помогал Алексею Аграновичу в работе с актерами для спектакля «Я не участвую в войне» — занимался с ними чтением стихов Левитанского.

«Берегите ваши лица»

Непонятно, чья злая воля командовала этой пакостью, но 29 июня двух замечательных руководителей Гоголь-центра поменяли на неизвестных и неродных этому театру людей. Мне кажется, те, кто позволяет себе манипулировать должностями, ничего не знают про «Гоголь-центр», и они не видели здешних спектаклей, они боятся художественного богатства и, как в 1930-е годы, насаждают невыносимое единообразие.


Подобное тому, что происходит сегодня с «Гоголь-центром», я уже однажды пережил. После отъезда из страны создателя Театра на Таганке власти уничтожали наш театр, но прошло время, и 100-летие Любимова отмечали всей страной с таким масштабом, какой, по-моему, не снился даже Станиславскому. Почему же современным чиновникам не хватает мудрости понять, что насилие над искусством временно и что правда обязательно победит. И те, кто подписывает сегодня такие странные приказы, завтра внесут свои имена в черные списки истории театра.


«Гоголь-центр» любят очень достойные граждане нашей российской действительности. Многие признаются, что разлюбили жизнь, но театр все изменил. «Гоголь-центр» дал импульс самому главному — тому, что коротко называется оптимизмом и жаждой расти, работать, творить.


В последний день работы «Гоголь-центра» прошел очень умный и добрый спектакль «Я не участвую в войне» по Юрию Левитанскому, в котором есть то, что отсутствует у 99% театральных коллективов, — нежность. «Гоголь-центр» — это театр изысканного искусства, фантастического реализма, мужества, смелости и нежности.


последний спектакль

Вера Мартынов

главный художник и архитектор (2012-2015)

Первое воспоминание о «Гоголь-центре»

Гоголь-центра я, к сожалению, не видела со стороны, потому у меня от него не было первого впечатления. Я видела вонючее мертвое здание, порезанное на убогие комнатки, закуренные и никогда непроветриваемые. Я видела безвкусный ночной клуб, сделанный из репетиционного зала и части фойе. Я видела плакаты 40-х годов под слоем зеленой краски, я видела из какого дерьма был сделан пол, в видела, как варварски был замурован под слои — линолеума — фанеры — краски и клея — дубовый паркет. Видела бутафорские нелепые украшения. И видела людей, которые могли бы убить взглядом за то, что мы «пришли в их дом». Я видела в каких условиях театр создавался и помню каким количеством пыли я там подышала при расчистке театра имени Гоголя. Я рада, что нам удалось на время создать такое место как Гоголь-центр. Я люблю Гоголь-центр. Это большая часть моей жизни.


Больше всего я ценю свой первый большой авторский опыт и первую коллаборацию с людьми, ставшими моими друзьями на всю жизнь. Считаю важной попытку междисциплинарности, такой неудобной в госсистеме устройства театра. Дух, который был в Гоголь-центре, — неубиваемый и незакрываемый.


первый осмотр здания будущего «гоголь-центра»

Григорий Сазанков, 

заместитель директора по работе со зрителями

Первое воспоминание о «Гоголь-центре»

Я пришел в Гоголь-центр младшим администратором: стоял на гардеробе, проверял билеты и вот это все. Помню, учился на первом курсе университета, когда увидел на остановке объявление про открытие театра. Стал гуглить, пришел на собеседование и попал в команду. Главное воспоминание о Гоголь-центре — открытие театра 2 и 3 февраля 2013 года, когда мы встречали первых зрителей. Я тогда впервые вживую увидел Олега Павловича Табакова, Константина Райкина... Потом был первый спектакль — 00:00. После премьеры на экране появился видеоарт, и пошел отсчет жизни театра: 00:01, 00:02...

Спектакль, который впечатлил больше всего

«Обыкновенная история» Кирилла Серебренникова — всем известное произведение Гончарова, адаптированное и перенесенное в современные российские реалии. Для меня по-другому открылся Филипп Авдеев — его работа в спектакле была для меня потрясением. Было приятно видеть на сцене часть старой труппы Театра имени Гоголя — Светлану Брагарник и Ольгу Науменко. Еще я в полном восторге от «Декамерона», на премьеру которого летал в Берлин. Это был разрыв чувств.

«Декамерон»

Чему научил «Гоголь-центр» 

Командной работе, семейному отношению к делу, невероятной любви ко всем коллегам (которых я даже коллегами не могу назвать — это мои друзья). «Гоголь-центр» — это театр-дом. Мои коллеги из других театров отмечали, что есть какая-то внутренняя энергетика, которая всех нас связывает.

«Обыкновенная история»

Игорь Бычков, 

актер

Первое воспоминание о «Гоголь-центре» 

Спектакль 00:00, который мы делали к открытию «Гоголь-центра». Это было настолько красиво и талантливо, что я даже до конца не осознавал, что в этом участвую.

Пожелание зрителям

Любви, добра, осознанности. Ни о чем не сожалеть, вдохновляться, впечатляться и создавать прекрасное.

Ирина Шульженко, 

PR-специалист (2014-2016)

Первое воспоминание о «Гоголь-центре»

Я устраивалась туда на работу сразу после переезда в Москву. Завалила письмами PR-директора, которая, видимо, поняла, что проще провести собеседование с Шульженко, чем от нее отвязаться. На третьем или четвертом туре собеседований, после выполнения всех тестовых заданий, Tatiana Azova спросила, какой у меня любимый спектакль в «Гоголь-центре», и настал золотой момент, когда мне пришлось признаться, что я не видела ни одного. «Но Кирилла Серебренникова я знаю! Я посмотрела „Изображаю жертву“ еще в 10-м классе, и спектакль „Господа Головлевы“ по „Культуре“, и поэтому хочу здесь работать!» Дамы некисло опешили, но в итоге меня взяли, а Алексей Малобродский сердечно позволил заниматься фрилансом (в свободное от работы время, которого на самом деле не было), потому что «у нас учреждение бюджетное и зарплаты у всех небольшие». Так началось мое золотое время в Москве. После всех кадровых пертурбаций я и многие мои коллеги были вынуждены покинуть ГЦ, и после первого рабочего дня на новом месте я в слезах притащилась в «Гоголь-центр» ПРОСТО ПОСИДЕТЬ. Работала я там около двух лет, со второго года существования до начала кадровых перестановок, которые затронули весь административный персонал, мы начали уходить примерно в одно время, но меня еще попросили работать на полставки, и я работала еще полгода примерно удаленно.

Спектакль, который впечатлил больше всего

«Сон в летнюю ночь». Я просто плакала от восторга.

Чему научил «Гоголь-центр»

Нужно работать только там и только над тем, что тебе действительно нравится.

Максим Чуклинов, 

редактор YouTube-канала 

Первое воспоминание о «Гоголь-центре» 

До открытия «Гоголь-центра» я работал на «Платформе», поэтому оказался в здании на Казакова еще до ремонта, в 2012 году. Туда впервые пошла делегация из нового художественного и технического руководства, чтобы осмотреться и понять, что делать с Театром Гоголя. Выглядело там все совсем не как сейчас. Совсем. И за полгода на моих глазах это большое и наполовину заброшенное здание превратилось в нынешний «Гоголь-центр». Тогда сделали зрительские зоны, зал, часть гримерок и рабочих пространств. Потом доделывали остальное. Поэтому первое воспоминание — это грандиозная визуальная метаморфоза. Ну и общая энергия, с которой все происходило.

Рабочие обязанности в «Гоголь-центре»

До открытия и в первый сезон я писал тексты. Вместе с Антоном Хитровым и Колей Берманом. Мы тогда были студентами ГИТИСа. Тексты для сайта, аннотации спектаклей, программки, флаеры — вот это все. Потом я ушел и странным образом вернулся в 2017-м. Начал вести YouTube-канал ГЦ. Раньше я никогда этим не занимался, поэтому следующие пять лет оказались для меня просто бесценными в плане приобретения самых разных навыков. В общем, я придумывал какие-то форматы, снимал и монтировал видео, разговаривал с актерами и рассказывал зрителям, что вообще у нас происходит. Среди драматических театров канал «Гоголь-центра» — самый популярный. В какой-то момент начал вести соцсети. Сейчас их курирую. Курировал.

Спектакль, который произвел на вас самое сильное впечатление

Первым в голову приходит «Сон в летнюю ночь», но я смотрел его на «Платформе». В ГЦ — «Кафка». Мне сложно в двух словах объяснить, что меня впечатлило. О нем можно много думать, а мне такое нравится.

«Кафка»

Чему научил «Гоголь-центр»

Да почти всему, что я сейчас умею. Снимать, монтировать, общаться с людьми, договариваться, свет ставить, звук писать — долгий список прикладных вещей. Но еще эта команда научила не халтурить — во всех вопросах. На сколько можешь сделать хорошо — настолько делай. Меньше — не работает. В ГЦ я точно стал более ответственным (хотя мои коллеги тут усмехнутся). Гц меня научил понимать, что значит фраза «Я люблю свою работу».

Пожелание зрителям

Радоваться, что у нас всех получилось это сделать. Все увидели, что это возможно. И как это работает. Нужно помнить об этом явлении, любить театр и продолжать искать, поддерживать, интересоваться. Однажды вся эта энергия где-то соберется, но где и как — неизвестно. Как было уже точно не будет.

Никита Еленев, 

актер

Первое воспоминание о «Гоголь-центре» 

Спектакль «Феи» — в 2012-м он еще шел на учебной сцене Школы-студии МХАТ, а я еще был студентом Московского театрального колледжа Олега Табакова. Я впервые увидел интересных, свободных и близких мне по духу людей, которые честно делали свое дело. В 2016 году меня уволили из Театра Табакова, и я решил, что хочу работать с теми ребятами. Я незаконно пришел в «Гоголь-центр» и обманул охрану, чтобы поговорить с Кириллом Семеновичем. Меня очень поразило, как в «Гоголь-центре» проходило закрытие сезона. Туда позвали всех: и актеров, и монтировщиков, и костюмеров. Это очень отличалось от закрытия сезонов в других театрах вроде МХТ имени Чехова и Театра Табакова, где четко чувствовалось разделение на касты.

Спектакль, который впечатлил больше всего

Каждый новый спектакль реально затмевал впечатления от предыдущего. Сначала меня впечатлили «Феи», потом «Отморозки» на «Винзаводе». Я вот только несколько недель назад посмотрел «Маленькие трагедии» (так вышло, не спрашивайте). Шел я туда с холодным носом: спектакль шел уже несколько лет, много раз менялся, Хаски в нем уже не участвовал. А в итоге меня та-а-ак сильно ******* — непечатное слово, но-другому сказать не решусь. И так каждый раз: увиденное настолько сильно тебя поражает, что ты, как наркоман или алкоголик, тянешься за новой дозой. «Гоголь-центр» — хороший наркотик впечатлений.

«Феи»

Пожелание зрителям

Не врать и не бояться, быть честным с самим собой и своими мыслями. И еще я бы хотел пожелать здоровья, потому что в России действительно нужно жить долго. Так что желаю ментального здоровья и светлой надежды на лучшее.

«Отморозки»

Первое воспоминание о «Гоголь-центре»

У меня очень смазанные воспоминания о первом впечатлении, потому что первый раз мы увидели этот театр (Театр имени Гоголя) в 2012 году в очень заброшенном виде. Обшарпанное здание, дыра в потолке, куча старых, пыльных вещей. Но позже (за очень короткий срок) оно облагородилось, зацвело и превратилось в тот самый знаменитый, свежий, модный «Гоголь-центр».

Спектакль, который впечатлил больше всего 

Как актера — «Сон в летнюю ночь» Кирилла Серебренникова. Спектакль, который сильно меня вдохновил и открыл портал в чудеса. Как зрителя — наверное, одно из самых сильных впечатлений оставили «Маленькие трагедии». А вообще каждый день, каждая секунда в «Гоголь-центре» — это новые ощущения самого себя. Это место воспитывало. Это душевная школа, где не учили, а вели диалог. И это всегда было интересно. Смело. Ярко. Громко. Красиво.


Пожелание зрителям

Берегите ваши лица!

Семен Ильясов, 

младший администратор

Первое воспоминание о «Гоголь-центре»

Как в свой первый рабочий день нарушил привычный для ребят рабочий порядок, когда вышел на перекур и никого об этом не предупредил. Тогда еще не понимал важность коммуникации в команде и ответственность за людей в зале.

Спектакль, который впечатлил больше всего

Сильнейшие эмоции вызвал последний премьерный спектакль «Берегите ваши лица». Я заслушивал записи песен Shortparis из зала перед сном. Они убаюкивали меня. Без них не удавалось уснуть. Меня переполняло счастье от причастности к этому спектаклю. В последнем блоке я посмотрел два спектакля из двух. И каждый раз меня ********* на одном и том же месте:


Слезы

не роняйте запоздало —

С возу

что упало, то пропало.

Поздно

бегать к маме и в полицию —

Сами

берегите ваши лица.


Татьяна Долматовская, 

художник по костюмам 

Первое воспоминание о «Гоголь-центре»

Мое первое воспоминание — это фойе. Оно как портал, открытый для всех, через который любой человек, зашедший с улицы без билета, мог почувствовать, что здесь происходит что-то такое, к чему он хочет быть причастным.

Спектакль, который впечатлил больше всего

В каждом сезоне был свой любимый. Эмоциональным потрясением для меня стал спектакль «Барокко», который Кирилл Серебренников поставил дистанционно, находясь под домашним арестом. И конечно, для меня особенно важно, что я работала над последним спектаклем, сыгранным на этой сцене, под названием, которое хочется повторять снова и снова — «Я не участвую в войне».

«Барокко»

Пожелание зрителям

Бережно хранить в сердце те переживания и эмоции, которые они испытали на спектаклях «Гоголь-центра». И выискивать в окружающем мире то, что будет созвучно этим переживаниям, ориентируясь на них, как на камертон. И не терять ту свободу, которой напитывал нас «Гоголь-центр».

Филипп Авдеев, 

актер

Первое воспоминание о «Гоголь-центре»

Могу смутно припомнить момент открытия театра: Кирилл Семенович ходит по фойе, в последний момент доделываются мелочи по дизайну и ремонту. Помню напряжение и предвкушение. Мне кажется, в тот момент еще никто не знал, что у этого театра случится такой колоссально сложный, но счастливый путь. Зрителей еще не было, и висело это состояние нуля — начинался отсчет, который продолжался по сегодняшний день (и несмотря ни на что еще продолжится).

Спектакль, который впечатлил больше всего 

Из спектаклей в ГЦ, которые я смотрел просто как зритель, меня больше всего поразил «Кафка». Я поймал себя на мысли, что наслаждаюсь и восхищаюсь, как ребенок, процессом, а такое из-за профдеформации случается редко. Обычно, когда прихожу на спектакли в другие театры, не могу отключиться: замечаю все швы, понимаю, как это сделано, вижу потерянных артистов. Можно по пальцам пересчитать спектакли, которые сделаны так, чтобы я мог смотреть их как зритель, а не анализировать как человек из индустрии. «Кафка» произвел на меня огромное впечатление.

Пожелание зрителям

Мы всегда были честны и своими спектаклями уже сказали зрителям все, что хотели. Наверное, зрителю хочется пожелать, чтобы мы все не потерялись в этом хаосе, который происходит в нашей стране и во всем мире. Чтобы мы все ничего не боялись, продолжали любить и верить, что наши старания не напрасны, что мы будем жить в мире без войны, тиранов и диктаторов; в мире, который строится на любви и свободе.

Что хочется сказать себе: это правда была невероятная глава в наших жизнях, и книга продолжается. Мы продолжаем ее писать.

Александр Филиппенко

Манижа

Михаил Тройник

«„Послушайте! Ведь, если театры закрывают — значит — это кому-нибудь нужно? Значит — это необходимо, чтобы каждый вечер закрывался хоть один театр?!“. С этими словами мы выбегали к Любимову на капустнике в честь 5-летия Театра на Таганке в 1969 году.


И вот с Веней Смеховым, Аллой Демидовой с Лёшей Аграновичем, Кириллом Серебренниковым, Никитой Кукушкиным, Мишей Тройником в Гоголь-Центре ярком, полном энергии, светящемся театре — Звезде! И снова безвестному, безликому „кому-нибудь“ нужно его закрыть. Как причудливо тасуется колода карт — не думал, что увижу повторение истории, да еще и на фоне гибели людей и уничтожения городов, когда меркнет все остальное»

«Мне было 22 года, когда я тайком приходила ночью в Гоголь-центр репетировать свои первые песни. Тогда не было денег на платную базу и ребята пускали нас создавать музыку. Никто никогда ничего не требовал, просто там так было заведено: те, кто пришли за искусством, — всегда равны. Неважно, ты художественный руководитель, зритель или администратор театра. Мы были детьми и чувствовали, что с наступлением вечера открывались двери в мир свободы и творчества. Мир, где ты любим, уважаем и волен делать свое любимое дело. Эти чувства и сейчас со мной, когда мой любимый Гоголь-центр прощается с нами. Сколько я там встретила друзей, сколько там было придумано идей, сколько там было незабываемых спектаклей, сколько было неповторимых минут счастья на сцене. Кирилл Серебренников и вся его команда построили место силы для очень многих. И вроде хочется произнести что-то вроде: „Не воссоздать его больше. Не воссоздать“. Но ведь не стены сделали Гоголь-центр, а люди. И эти люди среди нас. И я их очень люблю. Очень сильно люблю.


И эта любовь дает мне надежду»

Это самое любимое фото

Фото с репетиции открытия «ГОГОЛЬ-ЦЕНТРА» ! 2013 год!

Здесь все началось. Честно я бы прыгнул еще раз в эту безбашенную счастливую пору. Этому театру , этому дому я обязан прежде всего тем, что научил не бояться, я не один такой , нас много! Кирилл Семенович научил и все мы!

Кирилл Семенович, я благодарен Вам очень, навсегда! За то, что дали крылья! За веру! За прививку от пошлости, которую так быстро расходуешь в жизни! Прямо сейчас утопаю в мечтах все повторить! Вот было бы! И будет!

Очень трудно все это принимать...

Здесь было много всего, но самое главное, здесь была жизнь! Настоящая! Яркая! Каждый день!

Ребята, вы все знаете, все вы большие люди, невероятные люди, смешные люди, честные люди!

Вы личности!

Для меня большая честь быть частью вас!

Гоголь-центр — ты дом, к которому все мы будем возвращаться и все сопоставлять с тобой!

Я счастлив, по-настоящему счастлив, хоть и больно очень. Всех вас заключу в свое сердце!

Александр Кузнецов

Никита Кукушкин

Мое поколение победит!

Никогда не сдастся.

Не будет врать и бояться. Дети победят отцов.

Если тишина, то только для перегруппировки.

Если действие, то до конца.

Создатели! Креаторы! Фаундеры!

Пока поводыри централизованного мира делят делянку, они забывают о том, что есть третья сила — мы.

И в наших руках технологии, которые уже начинают пилить образ будущего.

Его очертания уже видны)

Его децентрализованная горизонтальная структура куёт смарт-контракты.

Нам не нужен лидер. Так как в новом мире лидером будет каждый. Им будешь... ТЫ.

Не ищите того, кто поведёт нас вперед.

Мы пойдём вместе...

Идеологии закончились. Политика мертва.

Остаются — дела. Конкретные действия и решения. Всё остальное...на «поговорить»...


Наш театр. Никогда не врал и не боялся.

Шёл и будет идти вперёд.

Мир бросает ему не вызов, а спасательную веревочную лестницу для того, чтобы он забрался ещё выше.

Добро победит) Теперь в Инь совсем не осталось Янь, и наоборот.


Любимые люди, которые творят зло...

Мы любим вас... и вернёмся за вами.

Потому что злом никогда не победить зло. Тьмой его можно только умножить.


Средиземье!!! Шир горит.

Маленькие Хоббиты уже в пути.

Образ будущего в сердце. Его очертания становятся чертежом и цифрой.


Кольцо всевластия будет уничтожено в лаве децентрализации.


Мы победим. Вперед!!!

«Я анти-театральный человек. Но это был единственный театр, который я искренне любил. С самыми лучшими и дорогими мне людьми и с умнейшим зрителем»




Евгений Сангаджиев 

«Все. Спасибо.

P.S. Это не стены- это люди»

Мария Селезнева 

Сати Спивакова

Один Байрон

«Гоголь-центр — это мы! Мы, творящие историю. Мы, сочащиеся любовью. Мы, имеющие громкие голоса, бесстрашие и открытые глаза.

Мы, создавшие многотысячную Семью.

Мы, с обеих сторон зрительного зала.

Мы, без кулис и вранья.

Жизнь коротка- искусство и Любовь Бесконечны»

Прекращение существования уникального культурного пространства @gogolcenter — огромная потеря для всех,кто любит театр. Сегодня мы свидетели конца прекрасной эпохи . Я счастлива и горда тем,что на протяжении всех лет жизни @gogolcenter была тут не только зрителем и другом, но и частью этой великой творческой семьи. Верю, ничего не исчезает навсегда. DEUS CONSERVAT OMNIA

«Самая яркая звезда в моей творческой жизни, теперь засосанная в эту, казалось бы, бездонную черную дыру идиотизма. Это место, может быть, и исчезло, но мы все еще здесь, и дух продолжает жить. Спасибо за воспоминания»

{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}