T

Литературный путеводитель по волнам феминизма

Книга «Периодическая таблица феминизма» Марисы Бейт вышла в России аккурат к 8 Марта — как ясное напоминание о первоначальном смысле Международного женского дня. Для тех, кто собирается прочитать энциклопедию с карандашом в руках, Лиза Биргер собрала еще четыре книги, объясняющие, какой бывает феминизм и чем отличаются его четыре волны.

Мариса Бейт «Периодическая таблица феминизма»

Перевод с английского Анастасии Любаевой

Лучшее, что есть в «Периодической таблице феминизма», дебютной книге британской журналистки Марисы Бейт, — это сама идея, вынесенная на обложку, — что заглавное явление можно упихнуть в некую ясную структуру. То есть, во-первых, сделать понятным, а, во-вторых, свести в общую систему все направления феминизма и реакцию между ними. Справедливости ради заметим, что, если сократить имена героинь книги и раскрасить их по цвету волны, от первой до четвертой, периодической таблицы все еще не получится, зато выйдет привлекательный образ для форзаца. Но пусть этот недостаток не отвлекает нас от главного достоинства энциклопедии — она действительно делает общую картину немного понятнее.


Впрочем, погрешим против истины, если скажем, что сама авторка не делает попыток придать своей схеме некое логическое обоснование. Она пишет: «Женщин в этой таблице без труда можно описать языком химии: они — как взрывоопасные свободные радикалы, проводники и катализаторы; они реактивны, элементарны и драгоценны. Новые невероятные вещи происходят, когда они собираются вместе». Другое дело, что такими словами можно было бы описать практически кого угодно: абсолютно все мы реактивны, немножко элементарны, несомненно драгоценны. В своей таблице Бейт делит героинь на шесть видов: драгоценные металлы, проводники, полимеры, катализаторы, стабилизаторы, взрывчатые вещества. Может ли это объяснить, как взаимодействую Кимберли Креншоу и Анита Хилл, Маргарет Сэнгер и Амани аль-Хатахтби? Никоим образом, но если в этой статье вам уже встретилось незнакомое имя, то эта книга точно для вас.


Потому что в конце концов это истории женщин, замечательных тем, до чего они особенные и разные — и во многом друг с другом не согласные. Бейт пишет о них с понятной экзальтированностью: «Все эти женщины — героини. Мы обязаны им нашими правами, и наш долг — продолжать борьбу». Это воодушевление странно сочетается с краткостью и скупостью энциклопедических главок, оставляющих чувство недосказанности. Биографии здесь не всегда изложены увлекательно, а позиции героинь могут быть не до конца ясны. Но этот недостаток не затмевает главного достоинства книги — в ней много женских имен и судеб, новых даже для тех, кто в феминизме разбирается, и понятных тем, кто только хочет о нем узнать.


Бейт пишет: пролить свет на жизнь женщины, остававшейся до этого невидимой, — уже акт феминизма, и с этим актом она справляется отлично. Прежде всего в этой книге много имен, многие из которых могут оставаться читателю неизвестными. Например, судьбы иранских и мусульманских феминисток или даже, например, история коммунистки Эммы Гольдман, работавшей на корсетной фабрике в Санкт-Петербурге, оттуда сбежавшей — и ставшей американской суперзвездой. По степени влиятельности ее, колесившую по Америке с лекционным турами, можно было бы считать Опрой своего времени. Но о Гольдман позже: ее недавно перевели на русский.


«Периодическую таблицу феминизма» стоит читать с карандашом: больше всего эта книга похожа на рекомендации по составлению собственной феминистской библиотеки. И для вас это точно будет полезный труд, если, добравшись до последних страниц, вы отправитесь искать уже редкие на русском книги Кейтлин Моран или «Загадку женственности» Бетти Фридан, добудете на английском Нааль эль Саадави, Белл Хукс, Джудит Батлер, подпишетесь на полку Эммы Уотсон Our shared shelf в Goodreads и навсегда разберетесь, чем четвертая волна отличается от третьей.

Еще четыре книги, написанные феминистками, — по одной на каждую волну.

Первая волна

Вторая волна

Симона де Бовуар «Второй пол»

Перевод с французского Анны Сабашниковой

«Первые осознанные эротические ощущения пришли ко мне около шести лет. (...) В хлеву у нас работал молодой крестьянин Петрушка — он пас коров и овец. Петрушка часто брал меня с собой на луг, и там я заслушивалась его мелодичной игрой на дудочке. Вечером Петрушка относил меня домой — я сидела верхом у него на плечах. Он играл со мной в лошадку: то бежал со всех ног, то подбрасывал меня вверх, ловил и прижимал к себе. От этого появлялось ­необычное ощущение — меня переполнял восторг, за которым следовало блаженное чувство освобождения».


Анархистку Эмму Гольдман называли самой опасной женщиной Америки — взгляды ее и правда отличались крайним радикализмом, тем более понятным современным радикальным феминисткам: не уничтожив патриархальный мир, говорила она, мы равенства не добьемся. Сегодня ее восхитительную и безумную автобиографию переводит по частям группа волонтеров. Гольдман многого достигла, была настоящей лекционной звездой, но главное, личным примером показала, как тяжело дается уничтожение привычного мира пусть даже для высшей цели: призыв бороться с системой давался ей нелегко, потому что в пожаре сгорало и то, что было ей дорого — и прежде всего культура.

«Отказаться от понятий вечной женственности, негритянской души, еврейского характера не значит отрицать, что на сегодняшний день существуют евреи, негры и женщины: для заинтересованных лиц это отрицание будет не освобождением, а уходом от существа дела. Ясно, что ни одна женщина не может, не кривя душой, утверждать, будто вырвалась за пределы своего пола. Несколько лет назад одна известная писательница не позволила поместить свой портрет среди фотографий женщин-литераторов: ей хотелось числиться в одном ряду с мужчинами, но, чтобы добиться этой привилегии, она использовала влияние мужа».


Пожалуй, самый главный феминистический труд ХХ века — тысячестраничная книга о том, что значит быть женщиной на протяжении истории и как устроена женская судьба. Хотя работа Симоны де Бовуар — уже настолько классика, что сегодня с ней принято скорее спорить, предъявляя авторке обвинения в мизогинии, виктимблейминге и слишком «мужском» взгляде, на русском ее полный перевод вышел только в 2017 году. «Женщиной не рождаются, а становятся», — писала Симона де Бовуар, и считается, что именно с этих слов началось различение пола и гендера. И пусть Джоан Роулинг не склонна с ними соглашаться, Бовуар убедительно показала, что женщины существуют в мире мужчин, в мире, сконструированном мужчинами. А значит, освободиться от Него как от абсолюта, от диктующей жизнь женщины сущности и есть главная женская цель.

Третья волна

Четвертая волна

Наоми Вулф «Миф о красоте. Стереотипы против женщин»

Перевод с английского Анастасии и Татьяны Графовой

Чимаманда Нгози Адичи «We should all be feminists. Дискуссия о равенстве полов»

Перевод с английского А. Долинской

«Женщина побеждает, когда разрешает себе и другим женщинам есть что и когда хочется, быть сексуальной, стареть, носить рабочий комбинезон, диадему из стразов, платье от Balenciaga, манто из магазина секонд-хенд или военные ботинки; наряжаться или ходить почти голой; делать все, что заблагорассудится, следуя своим собственным представлениям об эстетике или игнорируя их. Женщина побеждает, когда она чувствует, что то, что каждая женщина делает со своим телом — без насилия и принуждения, — это ее личное дело».


Феминистки второй волны задумались о том, что такое женственность и что значит быть женщиной. Феминистки третьей волны воевали с самим понятием женственности как с неким представлением об идеальной женщине, сконструированным опять же мужчинами. В своей книге Наоми Вульф убедительно показала, как красота остается тем золотым стандартом капиталистической гендерной системы, о который спотыкаются все попытки женщин добиться свобод и прав. Эта система использует женский образ красоты как оружие, сводит внешность к валюте и через нее утверждает мужское господство. И увы, пока женщина превращена в товар, ей от этого господства освободиться не удастся.

«Но самое худшее, что мы делаем с мужчинами, — заставляем их чувствовать, что они должны быть сильными, оставляя их наедине с их очень хрупким эго. Чем больше мужчина вынужден притворяться сильным, тем слабее его эго. И еще мы причиняем огромный вред девочкам, потому что мы воспитываем их так, чтобы они удовлетворяли хрупкие эго мальчиков».


Программный текст выступления на конференции TED, с которого можно отсчитывать наступление четвертой волны феминизма. Борьба не кончилась, говорит Адичи, и не завершится, пока мы не поднимемся на борьбу с угнетением единым фронтом. Гендерные проблемы неотделимы от расовых, а уничтожать существующую систему мы должны все вместе, осознавая ее несправедливость и не оставляя ответственность за текущий порядок дел только женщинам или активистам. По Адичи любой, кто не согласен с тем, как устроен мир, должен считаться феминистом. Ее призыв — к искоренению любой несправедливости, в котором должны участвовать все, даже если их это как будто не касается. Она рассказывает об этом на собственном опыте взросления в Нигерии, одной из самых патриархальных стран мира, где женщина всегда виновата в изнасиловании и ее высшее предназначение — вовремя приносить мужу тапочки и горячий ужин. Прозреть и обнаружить, что такое устройство вещей неправильно, по Адиче, должны все: мужчины, женщины, нигерийцы, белые. Притеснение касается каждого, и все мы должны стремиться стать лучше. «Мое определение феминиста таково: это мужчина или женщина, которые говорят: да, проблема с равенством полов есть, и мы должны исправить ситуацию».

Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}