специальный проект

16 октября 2026

Три части
триеннале

Мехрет Мандефро и Елена Юшина о важности диалога в работе с культурным наследием

Триеннале — выставка, проходящая раз в три года. Формат триеннале задает темп, в котором работа проектной команды превращается в длительный процесс исследований, экспедиций, работы с архивами, локальными сообществами и поиска связей. Вместе с руководителем и куратором первой Международной этнографической триеннале (МЭТ) Еленой Юшиной и международным сокуратором Мехрет Мандефро поговорим о том, сколько времени требуется для подготовки масштабного выставочного проекта на стыке искусства, этнографии и научных исследований, и узнаем об основных подходах и кураторских практиках, облегчающих работу с культурным наследием.

РЕКЛАМа · АНО «Дирекция Выставки Достижений «Россия»

текст: Стася Дементьева

ИЛЛЮСТРАЦИИ: НАТАША ЮГАЙ

Часть I

Встреча как механизм культурного объединения

Елена:
Да, согласна. МЭТ строится не вокруг заранее сформулированных представлений о культурах, а вокруг диалога с теми, кто является их носителем и исследователем. Такие встречи позволяют увидеть контекст изнутри и уже на этой основе формировать содержание будущей триеннале. Поэтому для нас диалог — не просто формат, а один из главных инструментов МЭТ.

Мехрет:
Важно, что это понимание происходит не через преодоление границ между культурами, поколениями, дисциплинами, системами знаний и способами воспринимать Другого. Слово «преодолеть» предполагает, что граница равносильна проблеме, а ее устранение — ключевая цель. Мне кажется, это не так. Проекты, основанные на этой предпосылке, как правило, приводят к сглаженному космополитизму, в котором каждый соглашается быть «чуть менее самим собой». В нас самих и друг в друге всегда будет оставаться загадка, и, пытаясь ее разгадать, мы приобретаем новый опыт и новое знание. 

Это не конечная цель, а постоянный поиск — и именно поэтому диалог так важен: чтобы продолжать учиться.

Елена:
Разговор между разными культурами, поколениями и системами знаний без необходимости приводить их к единой точке зрения невозможен без встреч. Для меня важным опытом стала встреча и работа с куратором Каспером Кёнигом над биеннале Manifesta 10 в Эрмитаже. Одним из ключевых слов проекта тогда была «надежда». Сегодня, спустя двенадцать лет, для меня таким словом стала «встреча» — как возможность диалога и начало чего-то нового.

Мехрет:
Наша встреча МЭТ Ток (МЭТ Talk) — показательный пример твоих слов.

Елена:
МЭТ Ток (МЭТ Talk) показал, насколько продуктивным может быть непосредственный диалог с представителями разных институций. Именно из таких встреч постепенно складываются связи, темы и направления будущей триеннале. Важно, что взаимодействие участников МЭТ Ток (МЭТ Talk) продолжается и за пределами самого проекта, становясь основой для новых совместных инициатив. Так, в сентябре в рамках Культурного форума в Санкт-Петербурге мы подписали соглашение о стратегическом партнерстве между МЭТ и Российским этнографическим музеем. Его директор Юлия Аркадьевна Купина принимала участие в первом МЭТ Talk в Зарайске.

Мехрет:
Мы прокладываем этот путь пешком, поэтому давайте посмотрим, куда он нас приведет. Чтобы проект развивался органично, важно сосредоточиться на локализации — внимательнее работать с конкретными территориями, их контекстами и сообществами.

Елена:
Конечно, именно поэтому формат МЭТ Ток продолжает развиваться. Параллельно в рамках стратегического партнерства с Российским этнографическим музеем мы начинаем вместе формировать исследовательские маршруты. Каждый из них будет посвящен отдельной территории и ее особенностям — от локальной истории и культурных практик до современных форм взаимодействия с сообществами. Так шаг за шагом будет складываться собственная карта МЭТ.

Часть II

Как делать триеннале

Мехрет:
Давай поговорим о самой триеннале и о том, почему был выбран именно такой выставочный формат.

Елена:
В формате триеннале меня больше всего привлекают масштаб и протяженность во времени. Триеннале — это не просто выставка, которая проходит раз в три года, а длительный цикл исследований. Для МЭТ особенно важна именно эта процессуальность — возможность постепенно выстраивать связи, накапливать знания и развивать проект.

Мехрет:
Полностью согласна. Трехлетний горизонт позволяет мыслить масштабнее, ставить перед собой более амбициозные задачи и планировать работу на перспективу.

Елена:
Но важно учитывать и главный риск большого проекта — стремление слишком рано все определить и зафиксировать. Такой масштаб требует четкой организационной структуры, при этом содержание должно оставаться открытым, чтобы результаты исследований действительно могли влиять на развитие проекта. В моей профессиональной практике, впрочем, мне чаще приходилось сталкиваться с обратной ситуацией:

долгосрочные проекты нередко реализуются в очень сжатые сроки, когда практически не остается пространства ни для осмысления, ни для полноценной исследовательской работы.

Мехрет:
До первой Международной этнографической триеннале еще четыре года.

Елена:
Да, впереди несколько лет исследований, поездок и встреч. И мне кажется принципиально важным, чтобы сама тема МЭТ постепенно выросла из этой работы, а не наоборот, — чтобы все наши исследования стали иллюстрацией заранее сформулированной темы.

Мехрет:
В этом смысле сокураторство тоже становится важной частью работы над проектом.

Елена:
Абсолютно. Сокуратор — это прежде всего соавтор. Это совместная работа над концепцией, выбором участников и в конечном счете над тем рассказом, который складывается из всего проекта. Мы — равноправные сторителлеры, каждая со своей оптикой, опытом и способом видеть мир.

Мехрет:
И здесь для нас особенно важен Экспертный и Консультационный советы. Благодаря диалогу с их участниками к нашим собственным голосам добавляются другие перспективы, и работа над МЭТ с самого начала приобретает многоголосный характер.

Елена:
Это многоголосие создают и исследователи, и авторы проекта. Для МЭТ важен прежде всего их собственный взгляд — способность увидеть привычное иначе и предложить свой способ прочтения мира. И этот круг авторов только начинает складываться.

Часть III

Этнография и другие методы исследования

Елена:
Мехрет, почему для тебя этнография — предпочтительный метод исследования?

Мехрет:
Этнография — это длительное присутствие рядом с людьми, участие в их жизни и внимательное наблюдение. Она требует особого внимания и способности оставаться рядом с тем, чего ты пока не понимаешь, достаточно долго, чтобы по-настоящему это увидеть, начать понимать и мыслить совместно.

Елена:
В этнографии существует негласная заповедь: прежде чем описывать Другого, научись его слушать и попробуй увидеть мир его глазами. Это отсылка к «Десяти заповедям этнографа» Льва Штернберга 1920-х годов — своего рода этическому кодексу исследователя. Одна из его ключевых идей — не судить другую культуру из собственной системы координат и не спешить с выводами. Для МЭТ этот принцип особенно важен.

Мехрет:
В работе с Другим мне также близки открытые и полуструктурированные интервью — они оставляют пространство для неожиданного. А какие методы наиболее важны для тебя?

Елена:
Для меня один из главных методов — полевая работа: поездка, наблюдение, разговор, взаимодействие с местными институциями, исследователями и сообществами. Не менее важны архивы и коллекции. МЭТ как раз позволяет соединить эти разные способы познания — то, что мы видим и слышим сегодня, с тем, что сохранилось в документах, предметах и свидетельствах. 

Именно на пересечении этих источников часто возникают самые неожиданные связи — между прошлым, настоящим и будущим.

Мехрет:
Да, от прошлого невозможно уйти — оно неизбежно возвращается. Поэтому важно не избегать его, а вступать с ним в диалог и понимать, чему оно может нас научить.

Елена:
«В будущем нет ничего, кроме прошлого» — одна из моих любимых фраз. Мне интересно, как прошлое продолжает жить в настоящем — в языке, предметах, ритуалах, ландшафте. Сегодня много говорят о сценариях будущего, тогда как МЭТ предлагает обратиться к сценариям прошлого: увидеть, как современное искусство позволяет прочитать их заново.