T

Новая глава в истории легендарного бренда Courrèges

Еще один важный дебют текущей недели моды в Париже — первая коллекция Николя ди Феличе для Courrèges. Ольга Михайловская после просмотра шоу поняла, что основатель дома Андре Курреж был бы доволен таким преемником.

3 марта — богатый на дебюты день недели моды в Париже. Сначала свою первую коллекцию в качестве креативного директора Chloé показала Габриэла Херст, а следом — и новый креативный директор Courrèges Николя ди Феличе. Руководство компании дало ему домашнее задание: к 60-летию бренда подготовить новую главу в истории легендарного дома на основе фирменного для Андре Куррежа футуризма. Ди Феличе взялся за дело с усердием отличника и изучил 10 000 архивных предметов женских коллекций Courrèges прет-а-порте и более 50 000 документальных материалов.



Николя ди Феличе, выпускник бельгийской La Cambre, той же самой, что и, скажем, Энтони Ваккарелло и Оливье Тискенс. Он больше десяти лет работал с Николя Гескьером и в Balenciaga, и в Louis Vuitton, ну и немножко с Рафом Симонсом в Dior. То есть опыт работы в исторических домах с богатыми архивами и серьезными ателье у него точно есть, и солидный, что с самого начала говорило в его пользу. Еще одним козырем на момент назначения считался его опыт в Balenciaga, который рифмовался с 11-летней работой там же самого основателя дома Андре Куррежа.


Курреж вообще фигура во всех смыслах уникальная во французской моде. Абсолютно нетипичная. Безусловно, главный герой 1960-х, он стал автором той самой, устремленной в космические дали футуристической моды, создателем мини (ну хорошо, возможно, наравне с англичанкой Мэри Куант), геометрических форм, «космических» комбинезонов, лунных сапожек, шлемов и боди. Он совершил революцию во французском кутюре. Порвал с классической элегантностью женщины средних лет, противопоставил ей моду молодых, подвижных, тех самых плоскогрудых девочек-подростков, главных героев эпохи Твигги. В его биографии нет типичных рассказов о детстве героя, в котором главную роль играют элегантные мамы и бабушки, и нет костюмов для кукол. Зато есть диплом Национальной школы мостов и дорог и служба во французских ВВС во время Второй мировой.

И к созданию одежды он подходил с инженерной точностью и ясным пониманием того, что такое «небо» и «полет», а это, собственно, и было ключевыми понятиями того времени, когда наука была в большой моде, а космос казался уже совсем близкой целью. Он свел формы к, казалось бы, чистой геометрии, а материалы — к новейшим на тот момент технологиям: использовал винил и нейлон, искусственную кожу и пластик. Кумиром Куррежа был Ле Корбюзье, про которого он говорил, что подобно тому, как тот впустил свет в свои дома, он хочет впустить свет в создаваемую им одежду. Ему это удалось в полной мере. Но его слава и его влияние всегда ассоциировались и ограничивались именно шестидесятыми.

Меж тем в дебютной коллекции Николя ди Феличе помимо 1960-х явно слышится и следующее десятилетие, 1970-е. Брюки клеш, длина миди, удлиненные тягучие линии, которые смягчают типичную геометрию Куррежа. Сам Феличе, собственно, и не скрывает, что его любимая коллекция Courrèges — поздняя, 1972 года, показанная уже совсем не в белоснежных стенах, а в полуразрушенном темном дворе, где модели выглядели яркими пятнами на сером фоне. Это, скорее, взгляд на 60-е мальчика, выросшего в 90-е, сквозь призму их мрачноватой романтики. И это, конечно, очень современный взгляд на радикализм и минимализм Куррежа.


Вообще, в этой коллекции есть идеальная пропорция уважения к наследию и умения общаться с «великими» на равных, без панибратства. Все знаковые вещи присутствуют в коллекции, и они абсолютно узнаваемы. Но не гнущиеся когда-то скульптурные платья-футляры сшиты из более мягких пластичных тканей. Жесткий геометрический крой стал чуть более плавным и скорее обтекает линии тела, чем правит их. Та самая искусственная кожа, разумеется, производится по совсем новым экологичным технологиям. И наконец, палитра далека от бескомпромиссной палитры Куррежа, который кроме белого признавал только ярчайшие красный, желтый, оранжевый и, разумеется, холодный металл. У Николя ди Феличе с ослепительным космическим белым мирно сосуществуют приглушенные синие и бежевые, припыленные оттенки земли и глины. Радикальное мини часто надето поверх брюк, а первый лук в коллекции и вовсе — объемное пальто миди, в котором считывается отсылка к Balenciaga.

Дебют получился явно удачным. Понятно, что на волне очередного увлечения 60-ми их романтизация и адаптация к современной жизни — ход стратегически верный. Понятно, что в коллекции будут коммерческие хиты — как минимум прямоугольные сумки и бомберы из искусственной кожи. Узкие, чуть расклешенные книзу брюки, отсылающие к первым коллекциям Гескьера в Balenciaga, были хитом тогда, станут наверняка и сейчас. Ну а объемные пальто купят те, кто ностальгирует по 60-м, но не готов к их радикализму. Так что с поставленной задачей Николя ди Феличе точно справился. Станет ли он кумиром 2020-х — вопрос открытый.

Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":90,"columns_n":12,"gutter":10,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}