T

«В Америке: лексикон моды»

Фото: Алла Анацко, Getty Images

На прошлой неделе мы следили за Met Gala по случаю открытия выставки «В Америке: лексикон моды» в Метрополитен-музее (продолжением этого рассказа станет экспозиция «В Америке: антология моды», запланированная на 5 мая 2022 года). 18 сентября она открылась для посетителей — специальный корреспондент The Blueprint в Нью-Йорке Алла Анацко посмотрела ее одной из первых и трезво оценила попытку куратора Института костюма Эндрю Болтона объединить Америку модой.

Куратор выставки Эндрю Болтон выбрал тему американской моды (или, если быть точнее, «мода в Америке», так как не все экспонаты — дело рук американских дизайнеров) в драматичный для страны период. Максимальное разобщение между «правыми» и «левыми», миллениалами и «ок-бумерами», белыми и черными. В придачу — чудовищное имущественное неравенство, радикализация рабочего класса, полицейский беспредел, кризис и безработица, не выдерживающая ни критики, ни пандемии система здравоохранения и война за репродуктивные права.

Институт костюма не первый раз делает «национальную» выставку; экспозиция «Китай: зазеркалье» была реверансом в сторону главного рынка модной индустрии на сегодняшний день. Но если политический мотив китайской выставки прочитывался невооруженным глазом, то возникает вопрос: какая задача стояла у Болтона в этот раз? В особенности если учесть, что Болтон — британец и, несмотря долгую и блестящую карьеру в Америке, все же смотрит на моду этой страны с некой дистанции. Если это не патриотическая выставка, то неужто попытка объединить враждующие стороны под безоблачным сводом красоты? (Наивно, не правда ли?)


Болтон объясняет идею с характерной сдержанностью: «Американская мода традиционно описывалась языком спортивной одежды и прет-а-порте. В ней подчеркивались принципы простоты, практичности, функциональности и равенства. Лексикон американской моды отрицал эмоциональность, с которой обычно описывают моду европейскую. В первой части выставки мы рассматриваем этот лингвистический дисбаланс, представляя обновленный словарь американской моды». Проще говоря, Болтон предлагает постигнуть Америку через набор ассоциаций — по экспонату на каждое слово.


В итоге некоторые термины, выбранные кураторами для обозначения экспонатов, оказались абстрактны и могли быть применены вообще к любой нации на земле. Иные оказывались настолько точны, что невольно начинаешь ухмыляться: помимо «оптимизма», «комфорта» и «братства» выставка встречала гостей известной американской «наивностью», непреклонной «уверенностью», пугающей «дисциплиной» и прочей прямолинейностью.

Начало экспозиции оказалось вполне предсказуемым: ансамбли, сшитые в технике петчворк (в том числе из денима), занимали всю первую комнату, были выставлены в два этажа — так же как на «Кэмп: записки о моде» в 2019-м. «Уникальное лоскутное одеяло родом из 1856 года, открывающее выставку, позаимствовано из коллекции Американского крыла музея Метрополитен. Оно служит метафорой Соединенных Штатов и их многообразной культурной идентичности», — гласит пресс-релиз выставки. Тем временем страна возможностей, свобод и разнообразия, похожая на лоскутное одеяло не только метафорически, но и географически, пребывает в политическом раздрае.


Для некоторых критиков уже этого будет достаточно, чтобы обвинить организаторов в нечувствительности. Тем не менее выставка местами получилась весьма остроумной; другое дело, была ли она таковой задумана или это случайная аберрация — особенность восприятия зрителя, к тому же не американца?


Экспонаты, помещенные в элегантные световые короба без стекла, образовывали лабиринт, в котором одна тема постепенно перетекала в другую — через цвет, крой и декор нарядов. Некоторые костюмы составляли пары и перемигивались: золотые платья Майкла Корса и Марка Джейкобса (assurance + sureness), крупный трикотаж The Row и Altuzarra (coziness + calm), безумные аппликации из пуговиц Джереми Скотта и Патрика Келли (playfulness + joy).


Другие экспонаты будто шептали об американском экзистенциальном ужасе, который всегда проглядывает из-за фасада позитивного мышления. Серые офисные костюмы-клоны Тома Брауна; киношная униформа чирлидеров и болванов из элитных колледжей, тиражируемая Ральфом Лореном и Томми Хилфигером. Свадебный наряд Прабала Гурунга с лентой, будто снятой с участницы конкурса красоты, и фразой Who gets to be American? — прямолинейное высказывание о «выписанных женах» и единственной для многих эмигранток возможности получить свою порцию американских свобод — через брак. Дополняет этот тревожный ряд свитер Вилли Чаваррии с перевернутым национальным флагом, с которого осыпаются звезды, — символ «изоляции».

Однако выставка, если представить ее как некий организм, оживший и мыслящий, оказалась не лишена рефлексии, а местами и самоиронии. В экспозиции нашлось место монструозным вечерним платьям диснеевских принцесс — это американское прочтение слова «красиво». А вот как выглядит diversity — тройка идентичных платьев-ночнушек Кристиана Сириано вроде бы и надета на манекены разного размера и «пола», но если бы не было таблички, воображение нарисовало бы трех белых девиц-прогульщиц, похожих друг на друга до полного совпадения. Ну и как вершина американского простодушия — платье Off-White, гибрид бального наряда с рюшами из тюля и практичной куртки Arc’teryx: идея, если вспомнить историю моды, поразительная в своей очевидности.

Американская мода по версии Болтона балансирует на грани самоосознания и культурного стереотипа. Но «В Америке» если чем и выигрывает у предыдущих выставок, так это возможностью трактовать ее как угодно — несмотря на жесткие рамки и подробные объяснения кураторов.


Читайте главные новости из мира моды, красоты и культуры в телеграм-канале
The Blueprint News

{"width":1200,"column_width":75,"columns_n":16,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}