Госпожа оформитель

ФОТО:
ВАРВАРА ТОПЛЕННИКОВА, ВЯЧЕСЛАВ ФЛЕОР, СЕРГЕЙ КРАСЮК, Рома Чарахчян, АРХИВ ПРЕСС-СЛУЖБЫ

Гигантская золотая фасолина в центре магазина Choux на Патриках, черные кокошники и холодное серебро недавно открывшегося ресторана «Культура встречи», обтекаемые столы для косметики в бутиках 2mood, розовый бабл-гам магазин Viva la Vika и звезды на ночном небе гала-ужина The Blueprint 100 — все это проекты архитектора, дизайнера интерьеров и участницы списка The Blueprint 100 Елены Локастовой, среди заказчиков которой — лидеры российской модной индустрии. Денис Бондарев поговорил с Еленой о современности в дизайне, деньгах и о том, как все это объединить с пожеланиями заказчика.

Фото: Рома Чарахчян

о задачах дизайна 

Хорошим дизайном будут одинаково гордиться и архитектор, и клиент. Для этого между мной и заказчиком должна произойти тонкая стыковка как в визуальных предпочтениях, так и в экономике проекта, потому что инвестиции в интерьер коммерческого объекта должны помогать приносить прибыль пять-десять лет.

Я стараюсь создавать интерьеры, которые влияют на эмоции людей. Результат должен всех удивить — кого-то восхитить, кого-то возмутить, но никого не оставить равнодушным. При этом мне нужно пропустить через себя пожелания клиента, задачи и суть его бренда.

К сожалению или к счастью, я — не свободный художник. Результат моей работы зависит от техзадания. В архитектуре техзадание скрещивают со средой, в которой появится здание, а в дизайне — с личностью заказчика. В идеале заказчик приходит ко мне как к эксперту, но со своим видением. «Делайте что хотите» обычно заканчивается тем, что на самом деле видение и техзадание были, просто о них забыли рассказать.

Например, при разработке дизайна магазина Viva la Vika на Патриках мы отталкивались от темперамента Вики Молдавской, ее любви к эпатажу, а общую рамку проекта задало слово «психоделический» и фантазии о вкусе жевательной резинки. За центральный образ я взяла махровую розовую шкатулку из коллекции бренда. В итоге концепт настолько понравился Вике, что, когда я предложила изменить цвет стен, потому что ткань такого оттенка было не найти в России, она настояла, чтобы ничего не менять. Магазин получился таким — розовым, с мебелью, напоминающей пузыри бабл-гама, броским, который нельзя не запомнить, — за счет переработки идей заказчика в четкую концепцию.

Магазин Viva la Vika x Choux
Фото: Сергей Красюк

Магазин Viva la Vika x Choux
Фото: Сергей Красюк

О трудностях поиска себя

То, чем я занимаюсь, во многом определил кризис, который случился со мной во время учебы в МАРХИ. Я с детства очень любила рисовать, и когда пришло время выбирать вуз, у меня было два варианта — Строгановка и МАРХИ.
Семья направляла меня в сторону архитектуры, казалось, в ней больше профессиональных перспектив. На третьем курсе архитектурного института студенты выбирают мастера, я пошла к очень опытному преподавателю, но получилось так, что интереса к профессии он мне не добавил, а, скорее, наоборот, отбил его.

Я никак не могла понять, что я делаю. Самой дойти до этого у меня не получалось, а мой наставник не помогал мне с этим. Архитектура —
это не просто цифры, чертежи и картинки, это целая философия, и важно
понять ее глубоко. Возможно, дело было в том, что большинство моих одногруппников — из архитектурных семей, им многое объясняли близкие, а я все не могла понять, чего от меня хотят. Как-то мой преподаватель заглянул в мой проект и вдруг спросил: «Вам это вообще надо?». Не помню первой реакции, но когда он вышел из аудитории, я осталась в ней и долго плакала.

Из-за всего этого на последних курсах у меня была тяжелая депрессия, и я вышла из нее, только когда закончила институт. Но, как ни странно, именно это состояние напомнило мне, что моя жизнь навсегда связана с творчеством. И если не архитектура, то это будет что-то еще. Тогда я сильно увлеклась графическим дизайном. Это оказалось чем-то близким к архитектуре, со схожими задачами — влить в один символ очень много смысла. Тонкая работа, отчасти психологического характера. Я была самоучкой, начинала с логотипов, изучала все сама. Мне это было суперинтересно. На день рождения я подарила себе курс по брендингу в ВШЭ. И так совпало, что я нашла первую работу одновременно с его окончанием.

Магазин Patron
Фото: Сергей Красюк

О начале карьеры

Сначала я работала графическим дизайнером в компании, которая занималась недвижимостью.
Это была самая скучная работа на свете, но там я научилась пользоваться всеми необходимыми программами.

Вторую работу я выбирала уже по эстетическим принципам, чтобы учиться красоте. Мне очень понравились графические проекты Crosby Studios, я написала им, выполнила тестовое, для которого за ночь изучила программу SketchUp, и меня взяли помощником архитектора.

Архитектура — это что-то грандиозное, необъятное, и проекты в ней идут долго. В дизайне интерьеров зазор между идеей и ее реализацией намного меньше, и мне это близко. Когда я училась в МАРХИ, преподаватели совсем не уважали эту профессию, слово «дизайн» было для них почти ругательным.

Нам внушали, что архитектору не подобает быть дизайнером.

Правда, было непонятно, чем дизайнер интерьеров занимается — в России это довольно молодая профессия, достойных примеров работ тогда не было.

За четыре года в Crosby Studios я получила огромный опыт, через меня прошло очень много проектов. Я научилась быть мастером на все руки, не видеть причин для отступления. Но в какой-то момент уперлась в потолок — поняла, что расти больше некуда.

Когда мне некомфортно, мне гораздо страшнее выйти из этой ситуации, чем остаться. И я оказалась как раз в таком положении — хотела уйти, но продолжала работать. Все разрешилось, когда в 2019 году компания перебиралась в Нью-Йорк. Я сильно волновалась из-за переезда, много обсуждала это. Как сказал тогда основатель компании Гарри Нуриев, «стала неуправляемой» — и меня уволили. Я была вне себя от горя, но в итоге это стало началом нового этапа — привело к открытию своего бюро, о котором я давно думала.

О своем стиле

Многие говорят мне: «Ой, это прямо твой стиль». Это очень приятно, но про себя я думаю: «Что за мой стиль?». Я не могу его как-то четко описать. Для меня важно понимание структуры пространства. Я люблю скрыть весь свет, музыку, вентиляцию. Не должно быть шкафов или диванов посреди зала, мебель нужно спрятать в стенах или нишах. Каждый метр пространства должен быть дизайнерским, но речь не об украшательстве: все детали и узлы должны быть подробно начерчены. И мы будем очень проедать голову строителям, чтобы все было сделано строго по чертежам.

Магазин Lindeza
Фото: Oculis Photography

Возможно, на мой подход повлияло то, что площадь моих первых проектов была небольшой. Я не могу забить на какую-то комнату или пространство, мне нужно ювелирно проработать все.

Я много думаю над визуальными составляющими — сочетанием форм, фактур, цветов, симметрией. Это как мазки на картине — палитра готовится долго, цвет подбирается старательно. Просто белого интерьера для меня недостаточно, всегда хочется внести какую-то яркую деталь — глазу всегда нужно зацепиться за что-то, чтобы сориентироваться. Так человек быстро понимает навигацию в пространстве. Но мне важно ломать шаблонные представления о том, как она должна быть устроена. Если все будет обычно, то завтра человек не вспомнит, где он был. А если превратить место в сцену, на которой идет некая игра, тогда оно начинает взаимодействовать с человеком.

Если превратить место в сцену, на которой идет некая игра, тогда оно начинает взаимодействовать с человеком.

Магазин Merci Lingerie 
Фото: Варвара Топленникова

О новаторстве и консерватизме

Этим летом в Венеции я побывала в квартире Винченцо де Котиса — итальянского архитектора, который тоже в основном занимается дизайном. Я была восхищена, как красиво и смело в ней все придумано. В квартире нет шкафов, все скрыто в стенах. В ванной комнате только зеркала, но за ними прячется огромный гардероб с подсветкой и всем необходимым.

Квартира находится в палаццо и, кроме красивых каменных форм, отреставрированных фресок и потолочных балок, там много современных элементов, которые ломают привычное бытовое поведение. Например, кухня находится в вытянутой комнате, похожей на коридор, в ее центре расположена полностью зеркальная конструкция шириной всего 30 см, в которой спрятано все — отсеки для хранения, техника, даже плита.

Мне грустно, что у нас заказчики дизайна частного жилья не готовы к экспериментам, не готовы менять бытовые привычки, по-новому смотреть на жизнь. Мы живем, как нам сказали, считаем, что у стула должно быть четыре ножки и сидеть на нем нужно только так. А ведь стул может быть и чем-то совсем другим.

Для таких экспериментов нужно обладать особенным складом ума. На это иногда готовы архитекторы и инженеры: они понимают, что непривычное не значит плохое. Остальные же считают: «А зачем? Мне есть над чем поработать, кроме привычек, которые всю жизнь меня формировали». Конечно, сложно тратить деньги на то, что не видел и не уверен, что это может быть прикольно.

Магазин Merci Lingerie 
Фото: Варвара Топленникова

У нас нет такого доверия к архитектору, как есть, например, к психологу,
хотя архитекторы тоже способны внутренне менять человека.

Про вызовы

Когда меня просят сделать классный проект, но говорят, что денег нет, —
для меня это не вызов, а обман. За это может взяться студент, у которого нет портфолио, и потратить на это огромное количество сил. Уважающий себя архитектор так работать не будет.

Магазин Flame
Фото: Вячеслав Флеор

Создать магазин Flame на площади в 8 квадратных метров было вызовом, но проект стоил не дешево для такого пространства. Мы разрабатывали его с учетом выкладки всего товара на полках, и заказчик окончательно поверил в него, только когда увидел со всеми деталями, как это будет устроено.

Интересным вызовом могут быть сложные конструкторские решения. Например, в магазине Choux нам нужно было так установить двухтонную скульптуру, будто она зажата между полом и потолком и опирается всего на две точки. Чтобы она эффектно выглядела и при этом не укатилась в Патриаршие пруды, пришлось укреплять перекрытия и построить сложную конструкцию, по сути — здание внутри здания. Вызов — это придумать что-то крутое, а потом реализовать без компромиссов.

Магазин Choux на Патриарших прудах

Про современность в дизайне

Я бы не сказала, что пыталась заглянуть в будущее, когда разрабатывала обтекаемую мебель для магазинов 2mood и Viva la Vika, или придумывала огромную бионическую форму в Choux — это слишком самоуверенно. Да и фильмам про будущее с такими представлениями о дизайне 50 лет, это уже ретрофутуризм. Эти проекты про современность, но немного не в том смысле, как мы привыкли ее воспринимать. Они про то, что нас удивляет.

Описать современность сложно. У меня в голове много разных не связанных между собой интерьеров, и все их можно назвать современными. Один — весь из металла, другой — из дерева, третий — с как бы незаконченной отделкой. Для меня главное в современном дизайне — цельность его восприятия и качество.

В устаревших интерьерах очень много ненужной детализации, которая создает визуальный шум. Огромное количество несочетающихся цветов, текстур и мебели. По отдельности все элементы нормальные, но вместе — абсолютно не работают.

Несовременность — это акцент на декоре, который заставляет человека воспринимать пространство частями, а не как единое целое.

Фото: Сергей Красюк

О выгорании и отдыхе

Много лет я работала и выгорала, работала и выгорала. Не знаю, на каком энтузиазме я вообще выжила. Когда выгораешь, прокрастинация — это единственное, что может тебя спасти. Но в какой-то момент я очень сильно с ней боролась, и это тоже было разрушительно.

Столы для косметики в бутиках 2mood
Фото: Сергей Красюк

Сейчас я ставлю себя на первое место, более серьезно отношусь к отдыху: у меня есть ответственность за бюро, сотрудников, заказы, я не могу позволить себе выгореть. Стараюсь вернуть в распорядок регулярный спорт, чтобы дисциплина была не вынужденной, а здоровой, полезной. Меняю образ жизни — питание и особенно отношения со сном.

Всю жизнь я старалась ложиться спать и вставать раньше, но из этого ничего не получалось — слишком много активной работы приходилось на вечера. В отпуске я живу по режиму, и меня это очень сильно перестраивает, а потом поддерживает и дает силы, когда возвращаюсь в рабочий ритм. Разница между жизнью по режиму и без него — колоссальная.

Магазин Moskvichka
Фото: Сергей Красюк

о проекте мечты

Я мечтаю спроектировать бутик-отель на 10-20 номеров. Продумать его тематику, атмосферу, какие чувства у постояльцев должны вызывать комнаты, какой ресторан и кухня там должны быть. Чтобы человек не хотел уходить из этого отеля ни в музеи, ни на шопинг, никуда. Чтобы он пошел в спа, записался на все массажи, три раза в день ел в ресторане и вернулся через пару месяцев уже с друзьями.

В интерьере было бы много камня, монументальных архитектурных решений. Пространство выглядело бы максимально аскетичным, но не бело-серый минимализм, а, например, с отделкой яркими натуральными материалами. Там были бы монокомнаты: бетонная, деревянная, из розового камня, текстильная.

Обязательно разработала бы пространства для перемены настроения — для этого есть много архитектурных приемов. Например, человек идет в спа-зону из библиотеки или бара, и путь уже настраивает его на отдых.

Создать спа — еще одна моя мечта.
Это одновременно подходящее пространство для красивой архитектуры и место, где человек находится в контакте с собой.

Там тоже можно придумать оригинальные сценарии передвижения, места, где можно смотреть на природу через большие окна. Спа должно защищать и от всего внешнего, и от рутинных мыслей, вырывать человека из реальности, но в хорошем, успокаивающем смысле.

Я люблю медитировать, и в современных классных местах для медитации она получается у меня гораздо лучше. Мне не все равно, где сидеть с закрытыми глазами, каким воздухом дышать при этом. У спа схожая функция, здесь человек тоже должен расслабиться, поэтому я чувствую что-то личное в том, чтобы создать классное спа.

Фото: Николай Зверков

Ресторан «Культура встречи»
Фото: Сергей Красюк

о том, что дает силы

Меня очень вдохновляют путешествия. Был сложный период в жизни, когда я думала: «Блин, зачем это все?». А потом подруга позвала меня в поездку на Шантарские острова. Я купила билет за полгода до вылета и сразу почувствовала прилив энергии, поняла, что очень важно иметь что-то на горизонте, к чему ты идешь. Для меня лучше работают поездки в новые места, где я не была, что-то труднодоступное.

На рабочий лад мне часто помогают настроиться цепляющие новости архитектуры. Бывает, я лежу без сил, листаю картинки, смотрю на проекты и вдруг вижу что-то, что меня сильно впечатляет, — например, ивенты агентства Bureau Betak или фэшн-шоу La Mode en Images: это каждый раз шокирующе круто. Такие кейсы могут дать огромный импульс, буквально поднять на ноги, вернуть в строй. Крутой опыт коллег подталкивает меня к действиям.

Еще меня наполняет и заряжает тишина. Когда не дергают чаты, можно спокойно посидеть и все обдумать, навести порядок в голове. В таком состоянии мне легко начать рисовать и придумывать что-то новое.