Blueprint
T

Символичный сюр

ФОТО:
ВИТАЛИЙ КОТОВ, АРХИВ ПРЕСС-СЛУЖБЫ

«Самая главная выставка» сезона к 100-летию сюрреализма, Imagine!, проходит до 21 июля в Брюсселе. Из столицы Европы экспоблокбастер к сентябрю переберется в парижский Центр Помпиду, следом в Мадрид, потом в Гамбург, и затем, наконец, в Филадельфию. Специально для нашего Surrealism Issue Виталий Котов отправился на улицу Регента, чтобы оценить масштаб экспозиции и глубину задумки.

Кураторы проекта, подготовленного Королевскими музеями изящных искусств Бельгии и Центра Помпиду, выставку готовили аккурат к юбилею выхода «Манифеста сюрреализма» Андре Бретона — 15 октября 2024 года. И все же они с порога дают понять посетителям, что не намерены волюнтаристски вычленять сюрреализм из всей предшествующей и последующей истории искусства и говорить о его рождении ровно столетие назад. Нет, они как раз делают акцент на плавном и логичном вытекании творчества Рене Магритта, Сальвадора Дали или Макса Эрнста из поисков их предшественников-символистов конца XIX — начала XX века. А также на тех линиях разлома, которые пролегают между двумя этими течениями.


Таймлайн выставки начинается с 1883 года, когда в Брюсселе создается художественная группа «Общество XX» (Les XX) во главе с человеком-оркестром Октавом Маусом. В 1894 году «Общество двадцати» перерастает в объединение «Свободная эстетика» (La Libre Esthétique), которое просуществует до начала Первой мировой войны, защищая все новое в современном искусстве. Группировка бельгийских художников на свои ежегодные салоны «нового» искусства приглашала Родена, Сёра, Писсарро, Тулуз-Лотрека, Уистлера, Сарджента. Именно на выставке «Общества XX» 1890 года одной из художниц — членов группы была приобретена картина Ван Гога «Красные виноградники в Арле» (ныне в ГМИИ им. Пушкина), долгое время считавшаяся единственной прижизненной продажей работы художника. И именно из деятельности «Свободной эстетики» с ее поисками «нового стиля» родится первый в истории «тотальный» стиль ар нуво. Во многом благодаря этой арт-группе Брюссель на рубеже XIX-XX веков превратится в один из мировых художественных центров.


Выставка Imagine!
Рене Магритт, «Великие путешествия», 1926

Рене Магритт, «Великие путешествия», 1926

В ряд важнейших событий в истории сюрреализма кураторы ставят и публикацию в 1899 году первой крупной монографической работы Зигмунда Фрейда «Толкование сновидений» (Die Traumdeutung), и создание в 1912 году первого коллажа Пабло Пикассо, и выставку современного искусства Armory Show 1913 года в Нью-Йорке, и начало Первой мировой, и дебют дадаизма в 1916 году в Цюрихе. Безусловно, очень значимым событием становится изобретение самого термина «сюрреализм» Гийомом Аполлинером в 1917 году в качестве подзаголовка к его пьесе «Груди Терезия». Вслед за манифестом Бретона 1924 года идет создание им же спустя год в Париже журнала «Сюрреалистическая революция» (La Révolution surréaliste), преобразованного позже в более радикальное издание «Сюрреализм на службе революции» (Le surréalisme au service de la révolution). В 1926 году в Брюсселе формируется группа сюрреалистов во главе с Рене Магриттом, и в это же время Пабло Пикассо настоятельно пытается прибиться к движению. В 1927-м Магритт переезжает на три года в Париж, где регулярно встречается с Андре Бретоном, Сальвадором Дали, Полем Элюаром, Жоаном Миро и Хансом Арпом. Год спустя Бретон публикует свою монографию «Сюрреализм и живопись» (Le Surréalisme et la peinture), объединив в ней работы Макса Эрнста, Джорджо де Кирико, Жоана Миро, Жоржа Брака, Ханса Арпа, Франсиса Пикабиа, Пабло Пикассо, Ман Рэя, Андре Массона и Ива Танги. В 1929 году в Нью-Йорке происходит биржевой крах и начинается Великая депрессия, а к движению сюрреалистов примыкают Сальвадор Дали и Луис Бунюэль.

La Révolution surréaliste

«Второй манифест сюрреализма» Бретона выходит в 1930-м с иллюстрациями Дали, и в том же году Альберто Джакометти создает свой первый сюрреалистичный объект — «Висячий шар» (La boule suspendue), ставший ключевой работой в его карьере. В 1932 году Джулиан Леви открывает в Нью-Йорке первую в США галерею, специализирующуюся на сюрреализме — у художников направления появляется устойчивый круг обеспеченных американских покупателей. Журнал «Минотавр», выпускаемый Бретоном в Париже с 1933 по 1939 год со статьями на тему современного искусства, литературы, поэзии, археологии и психоанализа, объясняет публике идеи движения. Вторая мировая война в 1939 году останавливает бурную череду выставок сюрреалистов в европейских столицах, и вскоре Андре Бретон, Макс Эрнст и Андре Массон перебираются в США, где воссоединяются с Марселем Дюшаном, Роберто Маттой и Ивом Танги. Окончание войны в 1945 году знаменуется групповой выставкой Surrealist Diversity в лондонской Arcade Gallery, вновь объединяющей творцов, ранее рассеянных по двум континентам. И наконец, смерть Андре Бретона в Париже в 1966-м и Рене Магритта в Брюсселе в 1967 году кладет конец движению сюрреалистов, которое продолжается в одном из лозунгов студенческой революции мая 1968 года «Власть воображению!» (L’imagination au pouvoir), явно пародирующем лозунг Октября 1917 года «Вся власть Советам!».


Макс Эрнст, «Ангел очага, или Триумф сюрреализма». 1937

Макс Эрнст, «Ангел очага, или Триумф сюрреализма». 1937

И зачем мне знать все эти факты? — такой невольный вопрос, казалось бы, должен задать себе посетитель выставки Imagine!, решивший просто посмотреть знаковые и теперь уже всем знакомые с детства полотна Дали и Магритта. Но не задает: в европейской традиции живет вдумчивый интерес публики к сопроводительным текстам, которые принято тщательно изучать. И понятно почему: вечером за ужином с друзьями недостаточно будет просто упомянуть о посещении экспозиции сюрреалистов, нужно будет еще и поспорить о степени ее удачности.


Кураторы Франциска Вандепит (Королевские музеи изящных искусств Бельгии), Дидье Оттингер и Мари Сарре (Центр Помпиду) как будто специально заботятся о любителях искусств, увеличивая до размеров стены страницу из журнала La Révolution surréaliste с монтажом Рене Магритта «Я не вижу [женщину], спрятанную в лесу» (Je ne vois pas la femme cachée dans la forêt): паспортные фотопортреты 16 участников движения сюрреалистов и обнаженная женщина в центре композиции, которую они действительно в упор не видят по причине своих закрытых глаз. Перечень имен подсказывает нам, что славы добилась ровно половина героев работы Магритта: он сам, а также Луи Арагон, Андре Бретон, Луис Бунюэль, Сальвадор Дали, Поль Элюар, Макс Эрнст и Ив Танги. И ни одной женщины среди участников движения!


je ne vois pas la femme cachée dans la forêt

Выставка Imagine! в Королевском музее изящных искусств Бельгии, 2024

Рене Магритт, «Я не вижу [женщину], спрятанную в лесу», 1929

Выставка Imagine! разбита на десять тематических разделов — таких, например, как «Ночь», «Метаморфозы», «Космос» или «Слезы Эроса», в которых кураторы предпринимают героические усилия, чтобы показать общее и различное между символистами Ропсом, Спиллиартом, Кнопфом, Дельвилем или Минном и сюрреалистами Магриттом, Дали или Эрнстом. И надо сказать, эти усилия в полной мере оправдывают себя. Становится совершенно очевидно, что сюрреалисты возникли не в безвоздушном пространстве между двух мировых войн, а наследовали по прямой старшим коллегам. Так, «Ночное кладбище» Жана Дельвиля или «Закрытые глаза» Одилона Редона действительно считываются как предзнаменование работ Магритта, и в частности картины из его знаменитой серии «Империя света», состоящей из 27 холстов, — на выставке в Брюсселе представлена самая большая из них из коллекции Музея Магритта, который расположен по соседству с Королевскими музеями изящных искусств и более того — имеет с ним общую входную группу. Так же как развивает идеи символистов Брассай, запечатлевая своим объектом ночной Париж.


Одилон Редон «Закрытые глаза», 1890
Рене Магритт, «Империя света», 1954

Жан Дельвиль, «Ночное кладбище», 1890

Одилон Редон «Закрытые глаза», 1890

Рене Магритт, «Империя света», 1954

Тема леса была близка еще художникам-романтикам начала XIX века, досталась от них по наследству символистам в конце столетия, а затем перекочевала в работы сюрреалистов: кровеносная система человека у них представлена таким же переносчиком жизненной энергии, как ветви и листья у деревьев. Особое место лес всегда занимал в творчестве Макса Эрнста, а в 1925 году он изобрел технику фроттажа: перенос на лист бумаги структуры дерева, например дощатого пола с помощью натирания поверхности карандашом. Эта техника позволяет Эрнсту внести в его лесные виды следы реальности, основанные на полной случайности — и здесь снова возникает столь важная для сюрреалистов идея автоматического письма и автоматического рисунка как средство выражения бессознательного в искусстве.


Галлюцинации, переносящие зрителя в психологическое пространство беспокойства и изоляции, становятся темой следующего раздела, в котором узнаваемые ландшафты сменяются биоморфными существами и где в тревожных снах мы видим четыре агрегатных состояния материи. Сочетание плавной живописной манеры старых мастеров, резких контрастов освещения, нереальных цветовых схем особенно характерно для работ Дали и Эрнста, у которых мы часто видим психологическое болото, населенное как демонами, так и ангелами.


Особое внимание кураторы обращают на работы разных художников, образующих удивительные пары. Так, на фоне «Голубого акробата» (L’Acrobate bleu) Пикассо представлена антропоморфная скульптура Ханса Арпа Mirr — после этой выставки будет сложно себе представить два этих произведения по отдельности, в парижском Музее Пикассо и в Королевских музеях изящных искусств в Бельгии соответственно. «Возвращение к природе» (La retour à la nature) Магритта с дождевыми червями-свечами образует гармоничную пару с картиной Марион Аднамс «Свеча понимания в твоем сердце» (A candle of Understanding in Thine Heart) со свечами-улитками. «Портрет Маргариты Кнопф» главного представителя бельгийского символизма Фернана Кнопфа идеально сочетается с работой «Неожиданный ответ» (La réponse imprévue), в которой Рене Магритт действительно неожиданно помещает на место сестры художника черную дыру в двери.

Выставка Imagine! в Королевском музее изящных искусств Бельгии, 2024

Марион Аднамс «Свеча понимания в твоем сердце»
Рене Магритт, «Возвращение к природе»

Рене Магритт, «Возвращение к природе»

Марион Аднамс «Свеча понимания в твоем сердце»

Тема «Метаморфоз» Овидия и метаморфоз в более широком смысле волновала европейских художников со времен Возрождения, но нашла новый импульс в работах сюрреалистов, у которых вновь возвращаются на сцену все эти Аполлоны и Дафны, Сфинксы и лесные нимфы. Чудесное и иррациональное, свободные ассоциации и трансформации представлены работами Поля Дельво «Визит» и «Пигмалион» — на первой голенький мальчик посещает обнаженную женщину, а на второй живая Галатея пытается оживить статую Пигмалиона.


Поль Дельво, «Визит», 1939

des caresses

Фернан Кнопф, «Искусство, или нежность сфинкса» (Des caresses), 1896

Фернан Кнопф, «Искусство, или нежность сфинкса» (Des caresses), 1896

la tentation de Saint-Antoine

Сальвадор Дали, «Искушение Святого Антония», 1946

Сальвадор Дали, «Искушение Святого Антония», 1946

Возвращение подавленных воспоминаний и сопутствующие навязчивые идеи стимулируют художников спуститься в их личное подсознание: «Искусство, или нежность сфинкса» (Des caresses) символиста Фернана Кнопфа соседствует с главными хитами выставки, работами Сальвадора Дали «Искушение Святого Антония» (La tentation de Saint-Antoine) из коллекции брюссельского музея, «Мягкая конструкция с вареными бобами (предчувствие гражданской войны)» (Construcción blanda con judías hervidas (Premonición de la Guerra Civil) из Художественного музея Филадельфии и «Частичная галлюцинация. Шесть явлений Ленина на рояле» (Hallucination partielle. Six images de Lénine sur un piano) из собрания Центра Помпиду. По интересу публики к этим полотнам становится очевидно, кто тут самый главный на выставке. Подобно психоанализу, поэтический метод сюрреализма открывает дверь в сумеречную зону между сознанием и подсознанием. Но как граница между сном и кошмаром очень размыта, так же и лихорадочные видения 1930-х годов наполняются всем тем ужасом, который вызовет во всем мире торжество тоталитарных режимов.


Виктор Браунер, «Волк-стол», 1939–1947

Ханс Беллмер, «Кукла»

Скульптуре на выставке уделено не много места, но монструозные работы Ханса Беллмера «Кукла» (La Poupée) и Виктора Браунера «Волк-стол» (Loup-table) явно украшают пространство экспозиции.


Раздел «Слезы Эроса» получился обширным и содержательным. Сюрреалисты явно сосредоточились на изображении непристойного и даже отвратительного. Пожалуй, центральное место в этом разделе занимают шесть эротических рисунков Магритта — слегка неожиданные работы для художника, который так долго изображал человека в котелке и застегнутом на все пуговицы пиджаке. Целую череду продолжений рождает гравюра символиста Макса Клингера, изображающая мужчину, подбирающего потерянную дамой перчатку на скейт-ринге, — сюжет подхватывают и обыгрывают Ман Рэй, Дора Маар и Брассай.


Вынужденный отъезд большой группы сюрреалистов в США в годы Второй мировой войны исследуется в заключительном разделе выставки, который делает вывод об их безусловном влиянии на творчество Джексона Поллока (представлена его работа «Женщина-луна разрезает круг» (The Moon-Woman Cuts the Circle) и других абстрактных экспрессионистов.


Путешествие выставки на протяжении двух лет по маршруту Брюссель—Париж—Гамбург—Мадрид—Филадельфия будет захватывающе интересным: каждый из музеев на пути следования экспозиции, сохраняя ее ядро, собирается обогащать ее работами из своего собрания, подсвечивая собственное наследие сюрреалистов. Так, акцент на сравнении работ символистов и сюрреалистов делается именно в Брюсселе. Даже название будет меняться — уже в Центре Помпиду в сентябре броское Imagine! сменится более нейтральным Surrealism.


Джексон Поллок «Женщина-луна разрезает круг», 1942

Джексон Поллок «Женщина-луна разрезает круг», 1942

{"width":1200,"column_width":50,"columns_n":24,"gutter":0,"line":40}
false
767
1300
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}