Они вам еще покажут

ФОТО:
АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ

Кому-то может показаться, что к концу лета культура встает на паузу — театры на каникулах, кинотеатры грезят «Одиссеей», а в книжных рейтингах все место под солнцем достается пляжным детективам, однако современное искусство живее всех живых и бодрее многих бодрых даже на рубеже августа, доказывает куратор музея «Гараж» Анастасия Митюшина, приводя в пример сразу трех перспективных авторов, чьи работы вы можете увидеть в Москве и Выксе прямо сейчас.

Василий    Кононов-Гредин 

Василий Кононов-Гредин

Возможно, вам знаком оттиск скомканной железной банки фирменного синего цвета The Blueprint или в пространствах между небоскребами iCity вы сталкивались с огромным экскаватором-флорариумом? Это «Антиформа 20» Василия Кононова-Гредина. Создавая тотальные инсталляции и объекты, Василий легко варьирует техники и медиа, неизменной остается открытость социальному и природному контекстам работ, и, конечно, пластическое остроумие. Заставил говорить о себе художник из Уржума масштабным «Садом камней» в карьере близ уральского городка Сатка (2021), а последние пару лет работает над серией крупноформатных скульптур «Антиформы». В них бытовые агрегаты — от пилы и пылесоса до холодильника и даже автомобиля — становятся реди-мейдами, только вывернутыми наизнанку. Художник разбирает готовую промышленную продукцию и пересобирает ее в объект, сохраняя целостность комплектации, но избавляясь от формы и/или функции. Эту смелость пересобрать что угодно заново и посмотреть на готовое решение со стороны Василий распространяет даже на собственный творческий метод. «По мне, художнику полезно максимально не иметь лица. Твое лицо — твоя рамка, то есть как только практика начинает управлять твоим высказыванием, то можно загреметь во внутреннюю клетку. Так что я за вольное искусство».

← Василий Кононов-Гредин, «Банка», 2024

Василий Кононов-Гредин, «Антиформа 20», 2026. Фото: Лиза Хосуева

Василий Кононов-Гредин, «Сад камней», 2021

Для проекта в Выксе, куда Василий отправился как участник The Blueprint 100, он создал уличную инсталляцию «То, чье имя написано на воде». Опираясь на эпитафию с надгробия поэта Джона Китса, Василий связывает его размышления о роли времени с темой резиденции этого года — водой. «Я давно хотел сделать проект, где звуковая волна становится волной видимой. Ведь мы на 50% состоим из воды, так что можно смело сказать, что люди — точки сборки на теле воды». Также в основе проекта лежит случай (он запечатлен на видео): однажды Василий с братом и соавтором Алексеем Кононовым попали на саундчек в честь 60-летия Дома культуры небольшого уральского города. Они оказались свидетелями робкой пробы сцены выступающими: каждый из них подходил к микрофону и произносил одно или два числа. Пойманное там техническое говорение, порой пронзительно грустное, а порой до коликов смешное, навело Василия на мысль о том, как даже такое минимальное высказывание интонационно описывает человека. Кроме того, цифры — это инструмент фиксации скоротечности времени или ограниченности чего-либо, и ровно потому «они эмоциональны. Ведь на стыке двух моделей вечности и конечности появляется человек». Перевести речь в вибрацию помог брат Василия, создав специальные вибродинамики. Благодаря им метафора скоротечности жизни Китса становится зримой. Сейчас Василий начал работу с темой лжи и ее влиянием на человеческие сообщества. «Я вижу, как алгоритмы соцсетей управляют общественным мнением и как образность в подаче информации начинает влиять на фактологию. Правда искажается благодаря ловкой манипуляции чувствами смотрящих, их склонности к аффектам». Пока Василий не раскрывает подробностей замысла, подчеркивая, что и при готовом произведении авторский комментарий избыточен, а уж при проекте на стадии зачаточной идеи тем более. «Художники занимаются иррациональным знанием, которое не может быть сформулировано четко и жестко вне художественного произведения. Кто говорит, что точно знает, к чему призывают его работы, тот лукавит».

Василий Кононов-Гредин, Инсталляция «То, чье имя написано на воде» в Выксе, 2026. Фото: Екатерина Стрельцова

Василий Кононов-Гредин, Инсталляция «То, чье имя написано на воде» в Выксе, 2026. Фото: Екатерина Стрельцова

Никита    Кроко

Никита — молодой живописец, изучавший международные отношения и историю в Лондоне и живопись на череде курсов и интенсивов в России и за рубежом. Его работы, нередко посвященные детским воспоминаниям, пленили коллекционеров и широкую публику. Герои, агнцы и оставленные игрушки на них кажутся одновременно неведомыми и родными. Убедиться в этом можно прямо сейчас в галерее Seréne, где идет его совместная с Марией Катьяновой выставка «Комфортное онемение». В картинах Кроко есть стилистические (томно изогнутые контуры, сопоставление пятна и линии как композиционное ядро) и сюжетные отсылки к символистской живописи начала ХХ века. Это живопись недосказанности и ускользания, притягательно заманивающая в мир грез или глубин подсознания. Жанр выбран удачно — подобная фигуративная живопись переживает новый виток интереса по всему миру, и в Moderna Museet в Стокгольме сейчас идет смотр «Дом Нисабы», объединяющий 29 авторов со всего мира, работающих с современным символизмом и аллегорией. И все же Никита настаивает, что обращение к символическим фигурам — не следование международным трендам, а побочный результат поиска собственного пути. «Я очень плохо температуру в комнате считываю, чтобы понимать, что сейчас тренд на это, тренд на то. Если бы я стремился кому-то угодить, то мне это быстро бы наскучило». В итоге то, что мы видим, оказывается стремлением воплотить собственные детские устремления: «Мне всегда были интересны символы, с детства. Тогда, видимо, я не мог понять, что это именно символ. Например, я увлекался рыцарями. Восхищался доспехами, мечами, гербами разных династий и так далее. И от фэнтези-фильмов фанател, и от героев Толкиена. На подсознательном уровне мне всегда было интересно, какой скрытый смысл они вкладывали во внешне такие доступные образы».

Никита Кроко

Никита Кроко. and no lock, 2026

Никита Кроко. sometimes you forget you have it (фрагмент), 2026 

Никита Кроко, voices in the leaves, 2026

Экспозиция выставки Comfortably Numb в галерее Serene, 2026

Никита Кроко. city is my church, 2026

Никита Кроко. those were some fiery words, 2026

Повзрослев, Никита создает уже собственную символику, рифмуя знакомые образы из самых неожиданных и разнородных контекстов. «На выставке есть огонь на голове мальчика. На сюжетную канву меня вдохновил портрет сына Льва Бакста из ГТГ. Меня цепанул контраст: внешняя простота небольшой работы — мальчик в детском стульчике с ложкой и коняшкой — и то, как изображенная ситуация полна вариантами событий. Я размышлял, а что еще может делать мальчик, который сидит вот там, может, ждет обед или завтрак, который мама ему несет? А что, если он там развлекается? И еда вовсе ни при чем? И вдруг появилась идея снеговиков потопить — вот он у меня их и топит, а сам в огне». Внутри Никиты, очевидно, также горит огонь — детской непосредственности, чем еще объяснить, что детское прозвище Кроко доросло до художественного псевдонима. Впрочем, при желании искусствоведы будущего смогут прицепить его к сатирическому журналу «Крокодил», обосновав это нашей следующей цитатой: «Я в детстве любил карикатуры рисовать, замечать деталь, которую можно довести до абсурда, или делать дикие сопоставления, переносы. Вот и снеговик всплыл из любимой книги знаменитого датского карикатуриста Хелруфа Бидструпа. У него были уморительные снеговики. И такие сюжетные сцепки рождаются случайно, у меня нет цели как-то намеренно какой-то символизм заключить. Иногда он просто кликает, то есть смешно. Это происходит как-то на таком интуитивном уровне, я вдруг понимаю “вот так будет здорово”».

На моментах интуитивных открытий Никита собирается сосредоточиться и в дальнейшем: «Я начал работать сейчас над серией, где будут изображены герои-подростки, которые делятся какими-то собственными откровениями — а на деле очевидными аксиомами. Мне хочется поймать этот трепетный момент поиска себя в мире».

Никита Кроко. omnibenevolence (фрагмент), 2026

Экспозиция выставки Comfortably Numb в галерее Serene, 2026

Полина    Рукавичкина

Художница и фотограф из Беларуси, одна из самых успешных выпускниц Школы Родченко последних пяти лет. Она прославилась сразу же по итогам первой персональной выставки 2024 года, где представляла проект «Тающие доспехи» (2022-2024) о подростках и их идентичности в пограничном городе Сортавала. С осени 2025 года Полина стала художником проекта pop/off/art lab по пестованию молодых дарований. Весной 2026 галерея shift успешно показывала работы Полины на ярмарке MIA Photo Fair в Милане. Сейчас ее работы из серии «Люты» (2022-2024) можно увидеть на групповой выставке «Комнаты» в галерее pop/off/art на «Винзаводе». В этом году Полина выделила себе время, пространство, ресурсы, чтобы выбрать дальнейший вектор развития и размеренно поработать над новым сольным проектом, который запланирован к показу в pop/off/art в 2027 году.

«В последнее время я много думаю о том, что развитие практики редко выглядит как последовательное движение вперед. Иногда это топтание на месте, возвращения, отклонения, попытки заново понять, что именно ты делаешь и почему. В этом году мне хотелось выделить для этого отдельное время. На курсе Марии Мориной “Карта практики” я попробовала посмотреть на свою работу немного со стороны и точнее сформулировать, куда интересно двигаться дальше. Параллельно я участвую в программе “Фотооснова” в “ГЭС-2”. Для меня она важна возможностью вернуться к истории фотографии через непосредственную работу с медиумом — от ранних процессов к цифре».

Также в этом году Полина осваивает еще одну компетенцию, часто увлекающую рефлексирующих авторов, — кураторскую.

«Интерес к кураторству возник у меня из разговоров с другими художниками, внимания к чужим проектам и желания соединять разные работы между собой. Курс Насти Цайдер и Пети Антонова “Кураторские практики в фотографии” помог лучше понять, как устроена эта работа, но одновременно показал, что некоторые ее аспекты я уже интуитивно осваивала. Мне интересно замечать связи между разными проектами, придумывать для них общее пространство и находить неочевидные возможности».

Полина Рукавичкина. Фото: Илья Никитин для obdn

Экспозиция выставки Melting Armour в Музее АРТ4, 2024

Полина Рукавичкина. Bed I, 2022 Из серии Luty, 2022-2024

← Полина Рукавичкина. Untitled VII, 2020-2025

Экспозиция выставки «Цветок Осенний» в Музее Вадима Сидура, 2025-2026. Фото: Евгения Жуланова

Пробовать кураторство на зуб Полина будет в Австрии, где готовит групповую выставку (Илья Никитин, Катя Селезнева, Хару, Катя Янова) в 40 минутах от Вены, в знаменитой еще с 1990-х фотосамоорганизации Fotofluss. Местные традиции сотрудничества оказываются Полине особенно близки: «В совместной работе мне особенно важно ощущение общего поля. Художественная среда во многом устроена вокруг сравнения и конкуренции: сходство между практиками часто воспринимается как дублирование. Работа над групповой выставкой становится для меня возможностью увидеть в сходствах основание для сообщества. Мне давно хотелось увидеть эти проекты рядом. Их объединяет внимание к повседневному и напряжение между фотографией как документом и фигурой фотографа как субъекта восприятия». Впрочем, находит Полина время и для более бытовых теорий и практик вроде учебы в автошколе: «Работа фотографа во многом зависит от физических и логистических возможностей. Во время съемок в Сортавале отсутствие машины сильно ограничивало мои перемещения. Мне кажется, именно такие невидимые условия производства обычно остаются за рамками разговоров о художественной практике».