До 16
и старше

ФОТО:
GETTY IMAGES, АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ

В отличие от многих артисток, набравших популярность еще в подростковом возрасте, британка Джорджа Смит смогла не потеряться после неудач — и вернуться с новым образом и новым звуком. Иван Сорокин объясняет, почему альбом What Are the Odds — это не только прекрасный образец того, как можно легитимизировать британский r’n’b нулевых, но и своеобразная победа певицы над индустрией.

What Are the Odds

Джорджа Смит, 2026

Если выделить историю британского хип-хопа из магистральной англофонной линии не столь просто (как хорошо видно на примере Литтл Симз), то ситуация с британским r’n’b еще более неоднозначная: вопрос о том, жизнеспособен ли он в отрыве от заокеанской вариации, остается открытым. В общественном сознании треки таких артистов либо никак не выделяются на фоне американских (насколько важно то, что автор суперхита 2008 года Ride It Джей Шон родился и живет в Лондоне, если по звучанию песни это не распознать?), либо замкнуты на внутреннем рынке. Задумайтесь на секунду: кого из британских певцов r’n’b нулевых и десятых вы можете вспомнить с ходу — за исключением Крейга Дэвида? Сколько людей помнят английскую звезду Джамилию, которой в свое время писал треки ни много ни мало солист Сoldplay Крис Мартин?

Джорджа Смит борется со стереотипами о британском r’n’b уже больше десяти лет — и свежий альбом What Are the Odds предоставляет множество аргументов в пользу автономности этой сцены. Но для того, чтобы вновь оказаться в статусе законодательницы мод, ей пришлось побыть большой надеждой индустрии, разочаровать всеобщие коммерческие ожидания, оградить себя от прессы, уехать из столицы — и вернуться к записи блокбастеров уже на своих условиях.

История того, как продюсеры обнаружили Джорджу, вполне характерна для середины 2010-х. Смит — уроженка Уолсолла, небольшого и в меру депрессивного городка в самом центре Англии, столь невзрачного, что даже родившийся здесь Джером К. Джером за всю жизнь не написал о Уолсолле ни строчки. Артистка еще в школе увлеклась музыкой: она играла на гобое и занималась академическим вокалом. В этих начинаниях ее поддерживал отец Питер — ямаец по происхождению, игравший соул тридцать лет назад в составе группы 2nd Naicha, не пошедшей дальше локальных клубов.

What Are the Odds, 2026

↑ →

Джорджа Смит @jorjasmith_

Опыт отца Джорджи совсем не уникален для региона: Мидлендс, где находится Уолсолл, в плане участия ямайской диаспоры в культурной жизни Соединенного Королевства способен поспорить даже с Лондоном. Именно здесь в конце семидесятых зародилась сцена Two-Tone — а значит, и «вторая волна ска» (в лице The Specials, The Beat и The Selector). Поэт и музыкант Бенджамин Зефанайя (известный массам по роли Иеремии Иисуса в «Острых козырьках») называл район Бирмингема Хэндсуорт «ямайской столицей Европы». Мидлендс регулярно поставляет ямайских британцев в сборную Англии по футболу (взять, к примеру, Дэниела Старриджа), а в противоположном направлении, в сторону Кингстона, стайками улетают англичане с карибскими корнями, чтобы играть за сборную тропического острова. Среди них — Кемар Руф, локальная легенда Чемпионшипа (второй по значимости футбольной лиги Англии) и кузен Джорджи Смит.

Смит пишет песни с 11 лет – но начала выкладывать каверы собственного исполнения на Youtube в 2012 году, когда ей было 15. Агенты обнаружили ее практически сразу — и следующие три года готовили к официальному дебюту (все это время она тренировалась в написании песен совместно с главным из своих ранних соавторов, продюсером Maverick Sabre). А потом случилось то, чего никто не ожидал: весной 2016 года Дрейк (на тот момент — один из главных трендсеттеров мировой поп-музыки) назвал второй сингл Джорджи, Where Did I Go?, своей любимой песней на текущий момент.

Родители Джорджи @jorjasmith_

Кемар Руф и Джорджа (справа) @roofe

Blue Lights, 2016

Blue Lights: A Colors Show, 2018

В течение следующих полутора лет певица съездила в тур Boy Meets World на разогреве у Дрейка и поучаствовала не в одном, а в двух треках микстейпа артиста More Life. Все это сопровождалось слухами об отношениях тридцатилетнего канадца и девятнадцатилетней англичанки — которые за прошедшие девять лет не были ни подтверждены, ни опровергнуты. Несмотря на это фанаты упорно связывают неназванную героиню трека Jaded 2018 года с Джорджей, а неназванного парня в песне Teenage Fantasy с дебюта Смит — с Дрейком.

На этом резкий взлет артистки не закончился: в конце 2017 года (еще до выхода первого альбома!) она разогревала Бруно Марса уже в его мировом туре, а в начале 2018 года попала на саундтрек к марвеловской «Черной пантере», который курировал Кендрик Ламар. У этого есть довольно необычное последствие: по состоянию на 2026 год Смит остается в очень коротком списке артистов, успевших поработать и с Дрейком, и с Кендриком и сумевших не испортить отношения ни с тем, ни с другим.

Lost & Found, 2018

Джорджа и Дрейк, 2017 @champagnepapi

Джорджа Смит, 2018

На момент выхода дебюта Lost & Found портфолио Смит было настолько огромным, что она не написала для него ни единого нового трека — а просто отобрала песни из списка. Альбом действительно звучал как эволюция сугубо британского r’n’b: в равной степени наследующего бондовскому соулу Ширли Бэсси и трип-хопу Massive Attack; ориентирующегося на передовой альтернативный соул США (Соланж, Кейлани, Джанель Моне), но не забывающего о пиратских афро-карибских радиостанциях Лондона. В том, как легко Смит переходила от баллад к речитативу, легко было услышать Лорин Хилл, а в ее мюзик-холльных интонациях — ключевую предшественницу Джорджи на троне английского r’n’b, Эми Уайнхаус (причем раннюю, периода альбома Frank — где было больше цвета, радости и салонного джаза).

Критика была единодушна в своих похвалах, да и продажи поначалу шли довольно хорошо — но только в Британии. Победа в категории «Лучшая артистка» на главной музыкальной премии страны, BRIT Awards, закрепила успех на родине — но даже номинации на «Грэмми» как «Лучшего нового артиста» (здесь Джорджу прокатили в пользу другой британки, Дуа Липы) не сделали этот успех трансатлантическим. Авансы, выданные певице, оказались преждевременными — по крайней мере в плане продаж, — но расстраивало ее саму в первую очередь не это, а собственная усталость.

Джорджа Смит на BRIT Awards, 2019

Джорджа Смит, 2020

Спустя восемь лет Смит вспоминает тот период с некоторым удивлением: вчерашняя школьница, в детстве путешествовавшая исключительно на автофургоне по бюджетным курортам Англии, оказывается в шикарных отелях рядом с Бруно Марсом, внутри эксклюзивных ночных клубов Лондона — и вдруг понимает, что ей нужно совершенно не это. Испугавшись пандемийного одиночества и собственных созависимых отношений со столицей Соединенного Королевства, Джорджа вернулась в Уолсолл — вопреки популярному мнению, не пытаясь убежать от славы как таковой, но желая вернуть творческий импульс.

В городе детства Смит много гуляла по лесам и холмам («мне нужно было вырваться куда-то, где я могу увидеть небо»), сторонилась толп и придумывала новое звучание. Мини-альбом Be Right Back, несмотря на заметную паузу с момента выхода Lost & Found, оказался достойным завершением балладной эры артистки, а полноценный сиквел дебюта, Falling or Flying, в полном соответствии с названием оказался посвящен поискам себя. В первую очередь лирическим, но и музыкальным тоже: здесь Смит при помощи африканской электроники и печальных гитар впервые пытается отделиться от певиц, использующих ее старые наработки для изготовления коммерческого поп-соула. (Этот подкол в меньшей степени относится к Рэй, а в большей — к Грифф и особенно к свежеиспеченной рекордсменке британских чартов Оливии Дин, таки взявшей «Грэмми» 2026 как «Лучший новый артист» за разбавленную версию звука Джорджи десятилетней давности.)

Be Right Back, 2021

← ↑

Falling or Flying, 2023

Примерно тогда же, в 2023 году, Смит свела к абсолютному минимуму собственную медийность — и на то есть очень понятная причина: если в начале карьеры журналы много внимания уделяли изменчивости ее внешности в позитивном ключе (особенно это относится к чередованию самых разных стрижек, причесок и укладок), то в 2023 году все, забыв о бодипозитиве, наперебой принялись комментировать ее округлившуюся фигуру. С тех пор Джорджа мало снималась и мало говорила с журналистами — при этом не переставая играть концерты (в свежих интервью она с удивлением встречает вопросы о собственном «возвращении» — проверьте, мол, мои экселевские таблицы с расписанием туров, я вообще ни один год не отдыхала).

Самоизоляция иногда доходит до смешного — и тому есть два очень разных примера. Так, о предполагаемом ребенке Джорджи известно только из одного источника — и это интервью Дональда Гловера 2024 года к очередному альбому его альтер эго Childish Gambino, где можно найти совместный трек с певицей; позже ни Смит, ни Гловер никак не комментировали эту цитату. Второй пример — это неожиданное появление Смит в прошлом году в центре скандала, связанного с использованием сгенерированного вокала. Первую версию своего сингла I Run продюсеры HAVEN. промоутировали при помощи хештега #jorjasmith — в то время как певица отказывалась подтверждать свое участие в записи. Не избалованные вниманием артистки поклонники уже были готовы посчитать сингл аутентичным — но потом анализ подтвердил, что поющая на нем «Джорджа» создана нейросетью. Все крупнейшие чарты удалили I Run из своих списков, HAVEN. перезаписали вокал с живой певицей, сингл таки стал хитом — а менеджмент Джорджи подал в суд на отчисления с продаж, и дело еще не закрыто.

Haven, I Run, 2025

I Lied, You Lied, 2026
@jorjasmith_ @ephoooooooo

Несмотря на всю нелепость последней истории, она стала отличной прелюдией к новому альбому Смит — как и недавнее участие Джорджи в саундтреке к сериалу «Наживка», где другой не белый британец Риз Ахмед исследует собственные отношения со славой. На What Are the Odds артистка окончательно прощается с собой формата 2018 года и предстает образцовым архивариусом английских нулевых. Это все еще r’n’b — но теперь снабженный гуляющими басами и пиццикато из UK garage 2004 года (What’s Done Is Done) или отсылающий к будуарному дансхоллу (I Lied, You Lied). Снова на месте и влияния из Западной Африки — как в совместном треке с нигерийской суперзвездой Wizkid.

Если в 2022 году Джорджа бежала из Лондона в Уолсолл, побежденная привилегированными тусовщиками, не сумевшая стать для них достаточно рафинированной, — то теперь она сознательно возвращается в отношения со столицей более радостной, более взрослой и в полной гармонии с собственной идентичностью. Не только лишь исполнительницей томных баллад, но капитаншей танцпола. Когда в интервью The Independent корреспондент спрашивает, не стоит ли в контексте ее нового альбома говорить не о Teenage Fantasy, а об Adult Fantasy, Джорджа не теряется ни секунды. «Это же звучит как название секс-шопа!» — говорит она и заливисто смеется.

@jorjasmith_