T

Что происходит с         ?

ТЕКСТ: Алена Исаева


Пока критики критикуют Dior, покупатели покупают, а пользователи Instagram ставят лайки. Как Марии Грации Кьюри удалось угадать желания аудитории?

Глобальный успех Gucci, Balenciaga, Off-White и Гоши Рубчинского, который мы наблюдаем в последние несколько сезонов, приучил нас к мысли о том, что традиционные представления о красоте в моде больше не работают. И не так важно, почему вы отказываетесь от красоты — в пользу эпатажа, практичности, из стремления любой ценой привлечь внимание или, наоборот, слиться с асфальтом. Стало казаться, что еще немного,— и поколение нулевых поставит крест на моде вообще.


Но в моде как нигде «ничто не вечно, кроме перемен», а иногда оказывается, что и сами перемены не вечны. Последние отчеты с Парижской недели прет-а-порте показали, что по количеству ссылок и упоминаний на первое место вырвался Christian Dior, обойдя своего вечного конкурента Chanel, даже несмотря на всю медиаволну, связанную со смертью Карла Лагерфельда. А ведь мы знаем, что уход влиятельного дизайнера, не важно — в другой бренд или в мир иной, вызывает особенный ажиотаж вокруг покидаемого бренда и вертикальный взлет продаж — так было с Александром Маккуином, когда он умер, Рафом Симонсом, когда он ушел из Jil Sander, с Фиби Файло, когда она покинула Celine, и Альбером Эльбазом, когда с ним расторгли контракт в Lanvin. Тут же вперед, казалось бы, безо всяких информационных поводов вырывается бренд, который, декларируя революционное We should all be feminists, на самом деле утверждает самое что ни на есть We should all be feminine. Блогер номер один Кьяра Ферраньи получает почти миллион лайков за пост в красном приталенном жакете Dior с сумкой-седлом через плечо, а ведь еще два года назад компания Mattel, выпустившая куклу Барби в образе Кьяры, выбрала для нее костюм Chanel.

Dior, весна-лето 2017

Рианна

Кьяра Ферраньи

Джессика Честейн

Дженнифер Лоуренс


Мария Грация пришла в Dior в 2016 году — на следующий год после прихода Алессандро Микеле в Gucci и Демны Гвасалии в Balenciaga. Но несмотря на всю (надо сказать, довольно искусственную) шумиху, поднятую брендом по поводу первой женщины во главе Dior, и на все феминистские лозунги на майках, которые должны были упасть на плодородную почву охватившей мир борьбы с харассментом, ей все это время никак не удавалось ни обойти в популярности Chanel, ни перебить хайп, поднятый театрально-психоделическими коллекциями Алессандро Микеле и наглыми гротесковыми творениями Демны Гвасалии. Все три с лишним года, что Мария Грация Кьюри проработала в Christian Dior, модные критики относились к ней с изрядной долей скепсиса: слишком банально, слишком однообразно, слишком сладко… Если не считать лозунги на майках, в Dior не происходило не то что революции, но даже никакой особенной эволюции: нехитрые вариации на тему Bar Jacket, юбки в стиле нью-лук, платья из тюля и деликатная вышивка, которую мы помним еще по Valentino, — вот, собственно, и все, что предлагает дизайнер. Вместо прорывов в будущее, которыми нас будоражат Алессандро Микеле и Демна Гвасалия, — очевидное стремление удержаться в испытанных временем рамках и милые стилизации то на тему фехтовальщиц, то на тему наездниц, то на тему балета. Но почему же продвинутому, обожаемому поклонницами и прессой модернисту Рафу Симонсу в Dior не удалось то, что тихо и как бы без усилий удалось бывшему дизайнеру Valentino — создать новую генерацию Dior-girls?

Мария Грация Кьюри



Dior, круизная коллекция 2019

Dior, весна-лето 2019

Dior, pre-fall 2019 

Dior, весна-лето 2019, Couture

Вопрос тем интереснее, что эта неожиданная «диоромания» происходит на фоне «всеобщей маржелизации». Как это часто бывает, ответ кроется в самом вопросе: чем дальше мы удаляемся в эстетических экспериментах от собственной природы, чем сильнее ломаем пропорции (Balenciaga), чем больше усложняем декор (Gucci), чем равнодушнее становимся к тому, как мы выглядим (Гоша Рубчинский), тем большая возникает тяга вернуться обратно в границы собственного тела, к привычным стандартам красоты, и Мария Грация Кьюри предлагает нам в Christian Dior именно это. Казалось бы, ДНК Dior достаточно скромна — нью-лук, который в сухом остатке состоит из приталенного жакета «бар» и пышной юбки (разве сравнишь его с целым гардеробом из твидового костюма, маленького черного платья, трикотажа, мужского пиджака, брюк, жемчуга, цепей, браслетов, сумок и туфель, которые остались в наследство будущим дизайнерам от Коко Шанель?) Но вспомните, как долго этот нехитрый стиль продержался в моде — почти двадцать лет, с конца 1940-х до самой середины 1960-х. Тогда потребность в незамутненной женственности, которую воплощает нью-лук, была реакцией на тяготы военного времени. А сегодня? Сегодня, в эпоху победы инстаграма над книгой, картинки над печатным словом этот стиль снова пришелся как нельзя кстати — как оказалось, узкая талия, легкие юбки и стройные ноги — лучшие собиратели лайков. То, что весенняя коллекция Dior посвящена балету, не случайность — Мария Грация сознательно решила напомнить нам о красоте тела, которое слишком долго было погребено под пальто оверсайз с гигантскими плечами, под яркими принтами, под рюшами и воланами, под бесформенными худи и мешковатыми брюками. Мы увидели платья в греческом стиле из ставшего уже традиционным бежевого тюля, балетные трико, приталенные жакеты, легкие свободные юбки плюс немного хаки, немного денима, фольклорной вышивки и цветочных принтов. Ничего сверхъестественного — сплошная классика.




Dior, весна-лето 2019



Отдельного внимания заслуживают новые аксессуары. В отличие от Шанель Кристиан Диор не оставил нам ни одной сумки. Этот пробел заполнили Джанфранко Ферре и Джон Гальяно, работая в Christian Dior. С «Леди Диор», созданной Джанфранко Ферре в середине 1990-х, успешно экспериментировал еще Раф Симонс, а вот табу на наследие Джона Гальяно Мария Грация сняла только осенью 2018 года. Как это часто случается, когда что-то происходит в правильное время, новая версия сумки-седла, созданной Гальяно в 2000 году, произвела фурор. Мария Грация точно рассчитала, что сегодня, девятнадцать лет спустя, в погоню за ней бросятся девушки, которым в нулевые было около пяти и которые все детство промечтали о необыкновенной сумке, с которой ходила мама… Первая женщина в Dior знает, что делает. Чтобы в этом убедиться, достаточно просто зайти в бутик Christian Dior или корнеры марки в ЦУМе — они никогда не пустуют.

Dior Saddle Bag

Dior, рекламная кампания, осень-зима 2018


Лучшие материалы The Blueprint
в нашем канале на Яндекс.Дзен

{"width":1200,"column_width":101,"columns_n":10,"gutter":21,"line":21}
false
767
1300
false
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}"}